Апогей пурпура и порчи - Павел Николаевич Корнев

— Не вертись!

Ладонь легла на лоб, повеяло запахом ладана, донеслись отголоски колокольного звона, и мой дух заметно перетряхнуло, но — ничего.

— Сюда больше не приходи! — объявил священник, возвращаясь за стол. — Нужно будет, сам тебя найду или Стремглава пришлю.

Предложения садиться не последовало, но я прекрасно обошёлся и без него, опустился на стул для посетителей и спросил:

— Чего это?

— Аура у тебя со следами неоднородности, а это первый признак одержимости.

— Да я просто в предел соответствия упёрся и вчера новый узел сформировал! Зудит — сил никаких нет.

— И вместе с тем каждый раз проводить проверку состояния твоего духа — чрезмерно утомительно, — отрезал отец Бедный. — Раньше на такие мелочи закрывали глаза, но в свете последних событий… — Он не договорил и развёл руками, после чего поинтересовался: — С чем пришёл?

Говорить об очередном полёте в Закряжинск повременил и кивнул в сторону двери:

— Волезар при вас теперь, так понимаю?

Навело на эту мысль меня слишком уж запанибратское общение с дворянчиком Ерша. Они точно знали друг друга не первый день, а свести воедино несколько предположений оказалось не так уж и сложно.

— И он, и Стремглав, — подтвердил мою догадку хозяин кабинета. — Но — ближе к делу.

Я рассказал о новом предложении торгашей, и священник уточнил:

— Обратно порожняком пойдёте?

— Скорее всего, — подтвердил я. — Как-то у нас перепродажа алхимии не задалась.

Ну да — пусть мы и остались при своих, но потратили кучу времени на закуп и попытки пристроить товар, а один чуть отсыревший бочонок так и вовсе до сих пор никто не взял даже за полцены.

— Хорошо, — кивнул отец Бедный. — Связь держать будем через Стремглава. Подготовлю бумаги — перед возвращением заскочите в Старокаменск, закупите там товары по перечню, сдадите мне.

Я заинтересованно подался вперёд.

— С какой наценкой?

— С нулевой! Вы трудники — вот и трудитесь! Свободен! — Но стоило только подойти к двери, и уже в спину прозвучало: — Нет, постой! С пепельными у тебя что?

Вопрос удивил, но виду я не подал и коротко ответил:

— Отстали.

— Давно собирался с тобой об этом поговорить, да всё недосуг было. И сейчас времени на это тоже нет. — Он вздохнул и предупредил: — Алхимию декларируйте от и до, чтоб всё официально через таможню проходило. Остальным скажи, чтобы о закупках в Старокаменске не распространялись особо, а если станут интересоваться — говорите, будто на перепродажу везёте, как в прошлый раз. И о таком любопытстве сразу через Стремглава весточку передавай. В общем, это всё на тебе.

— Я не полечу, дела в городе.

— Полетишь или нет — значения не имеет. Если что не так пойдёт, спрошу именно с тебя.

Я удержался и не чертыхнулся, вышел за дверь.

Непредвиденный визит в епархию заставил потратиться на извозчика — прокатился я до Чернильной округи с ветерком и задорого, но зато не опоздал на занятие профессора Горисвета, благодаря чему стал самую малость умней. Ну — или просто чуть более умелым в плане прикладного использования магии. Прикладного — это в том плане, что теперь я знал немного больше о том, как можно приложить ею противника.

— Всех своих студентов я уже аттестовал, поэтому если кто-то хочет забронировать освободившиеся тренировочные площадки — обращайтесь! — объявил профессор в конце занятия.

Аспиранты тотчас обступили кафедру, ну а наша троица никакого интереса к предложению Горисвета не проявила, что и вызвало не только удивление, но и вопросы.

— Да мы по ночам дежурим — приблудных духов гоняем, там так натренируешься, что никаких площадок не надо, — за всех ответил я.

— Ага, — кивнул Кабан, которого ко всему прочему и в хвост и в гриву гонял профессор Чернояр.

Мы покинули аудиторию, следом вышли Хорив и аспирант-огневик.

— А в Чернильной округе духов почти не осталось, — заявил водных дел мастер. — Как факультет награду назначил, так всех и повывели.

— Ещё и червоточину окончательно запечатали, — добавил его рыжеглазый товарищ. — Ну и чужаков гонять взялись, тоже свою роль сыграло.

Покинув факультет тайных искусств, мы распрощались: Кабан пошёл домой, Дарьян двинулся в библиотеку, ну а я похромал в подвальчик поблизости от главного корпуса, где меня дожидался Гродан. Я так и продолжил заниматься под его началом математикой, и поскольку обучал он меня теперь каким-то совсем уж заумным вычислениям, платить приходилось семьдесят грошей, и ещё тридцать уходило на обед.

— Серый! — окрикнули вдруг меня. — Подожди!

Я обернулся и увидел знакомых студентов: Борича и Звонимира.

— Ну ты совсем пропал! — укорил меня черноволосый крепыш.

Его упитанный спутник рассмеялся.

— Сам ты пропал! Я их через день с Гроданом вижу, а ты как с артелью Первослава связался, так только на занятиях и появляешься! Днём и ночью амулеты свои клепаете, простаков дурите!

— Никого мы не дурим! — вмиг взъярился Борич. — У нас и патент есть! А что не все стабильно работают, так совершенство недостижимо! Мы возвращаем деньги по рекламациям!

— Как благородно! — фыркнул Звонимир и сунул мне отпечатанную типографским способом листовку. — Полюбуйся вот!

«Лучше от злых духов нет, чем патентованный Первоцвет!» — прочитал я и спросил:

— А почему Первоцвет, если Первослав?

— Звучит солидней.

— Простаков дурить сподручней!

Перерасти дружеской перепалке в самую настоящую потасовку помешал донёсшийся от университетской церкви колокольный звон. Я напрягся было, но — нет, на предупреждение о близящемся небесном приливе размеренные удары колокола нисколько не походили.

Студенты на улице засуетились и начали расползаться кто куда, мои знакомцы развернулись и позвали:

— Серый, пошли на факультет!

— Меня Гродан ждёт!

— Да он и сам сейчас туда прибежит!

Так оно и оказалось: нагнал нас рыжий знакомец уже у ворот.

— Тегос взяли! — поделился он последними известиями. — Управа и епархия народные гуляния организуют, поэтому сегодня без занятий, Серый! Сегодня пьём!

Но я хоть и продолжал общаться с этой троицей, равно как поддерживал нормальные отношения с Хоривом и Демиром, ни на минуту не забывал, что кто-то из них может быть связан с сектой Кровавой зари, поэтому