Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX–XX столетий. Книга XIV - Алексей Ракитин

переигрывал, поскольку к 24 июля уже все жители Восточного побережья США, следившие за криминальными новостями, уже хорошо знали, кто такая Дайан Догерти и как славно она покуролесила во Флориде. Тем не менее прокурор задал свой вопрос, и Дайан принялась многословно рассказывать, как долго она обдумывала в тюрьме события во Флориде, как много всяческих деталей припомнила и… решила в конце концов, что специальное Большое жюри округа Бристоль должно узнать истинную правду о Кеннете Понте — именно ту, которая известна ей и которую она готова поведать.

Перво-наперво Пина уточнил, когда же именно Дайана познакомилась с Понте, и женщина ответила, что впервые увидела его 3 июня того года в аэропорту «Орландо». Это заявление сразу дискедитировало показания Дайан, данные во Флориде, и доказывало, что летом 1989 года он в доме Лесли Мелло никаких признаний в убийствах не делал и делать не мог… Продолжая рассказ в произвольной форме, Дайан Догерти сообщила членам жюри, что посадив её в свой автомобиль, Кеннет сразу же заставил… удовлетворить его орально, что Дайан и делала, вернее, якобы делала, на всём протяжении от аэропорта до Порт-Ричи. А это — секундочку! — два часа езды на автомашине. Кеннету Понте шёл уже 41-й год — он родился 6 декабря 1949 года — и рассказ о его двухчасовом оральном ублажении во время езды в автомобиле звучал совершенно завирально [прежде всего с точки зрения мужской физиологии], но окружной прокурор на подобном пустяке фиксироваться не стал. Он лишь уточнил, какое отношение этот рассказ имеет к преступлениям «Убийцы с хайвея», и Дайан, выпучивая глаза, ответила, что пыталась сопротивляться, но Кенни её припугнул, сказав, что либо она сделает, как он говорит, либо останется у дороги.

Женщина поняла, что он имеет в виду убийство и сброс трупа, подобно тому, как это делал «Убийца с хайвея».

Но это было только начало рассказа! Далее последовало повествование, воистину достойное очень-очень-очень забористого порнографического романа. В нём присутствовали эпизоды, связанные с изнасилованиями в традиционных и нетрадиционных формах, использование металлического предмета для разного рода сексуальных манипуляций, а также секс с кошками Кеннета Понте, которых насчитывалось аж даже 10! Дайан Догерти перечислила всех…

Можно не сомневаться, члены Большого жюри сидели, развесив уши и вытаращив глаза, поскольку абсолютное большинство людей проживают свои жизни, не сталкиваясь ни с чем подобным и даже не подозревая о существовании всех тех фокусов, что, смакуя подробности, в деталях описывала свидетельница.

Но это была только разминка, лишь подход к «гвоздю программы», каковым стал рассказ, посвящённый «снафф-порно», виденное или якобы виденное Дайан Догерти в доме Понте. Отвечая на наводящие вопросы окружного прокурора, женщина заявила, будто Понте показал ей фильм, в котором он насиловал в общей сложности девять женщин, которых впоследствии убивал. В этих женщинах свидетельница опознала жертвы «Убийцы с хайвея». О том, что их смерти, запечатлённые видеокамерой, истинны и не являются мистификацией, ей сообщил сам Кеннет Понте. Фильм этот назывался «Whispers Wildies» — на русский язык это словосочетание можно перевести как «Дикарский шёпот» или «Шёпот дикарей» — и его заказчиком являлся владелец известного в Нью-Бедфорде бара «Whispers». Этот человек держал в своих руках крупнейшую в округе Бристоль сеть наркоторговли с оборотом более 5 млн.$ в год, и Кенни Понте задолжал ему. Выпуск фильма в формате «снафф-порно» должен был покрыть долг.

Однако и это было ещё не всё! По словам свидетельницы, Кеннет Понте признался ей в убийстве Рошель Клиффорд, но это преступление не было связано с порнофильмом. Рошель обокрала Понте и, в частности, украла пистолет, хранившийся в доме адвоката. Ронни Пина в этом месте остановил допрос и обратил внимание членов Большого жюри на то, что они только что услышали важное свидетельство виновности Кеннета Понте. Последний всегда утверждал, будто виделся с Рошель Клиффорд в последний раз 3 апреля, однако пистолет в её квартире появился намного позже [об этом в настоящем очерке уже сообщалось]. Если Кеннет Понте рассказал Дайан Догерти о похищенном пистолете, значит, он виделся с Рошель Клиффорд много позже 3 апреля 1988 года.

Забористо, не так ли?

Хотя сказанное Дайан Догерти в тот день формально ещё долгое время оставалось тайной, тем не менее какие-то фрагменты её неслыханных доселе признаний стали известны журналистам. Последние, разумеется, бросились за разъяснениями как к членам следственной группы, так и членам Большого жюри. Один из них при условии сохранения анонимности многозначительно изрёк: «Эти показания важнее, чем рассказы любого другого свидетеля, звучавшие в этом зале суда на протяжении последних 20 месяцев» («crucial testimony than any other witness we’ve had in this courtroom in the past 20 months.») Эти слова, разумеется, стали широко известны, и репортёры бросились за комментариями к Реддингтону, продолжавшему исполнять обязанности законного представителя Кеннета Понте в Массачусетсе.

Реддингтон не стал драматизировать ситуацию, видимо, понимая истинную ценность болтовни Дайан Догерти. Адвокат уклончиво сообщил журналистам, что не знаком с показаниями этой женщины в деталях, однако, он знает саму Дайан Догерти. После чего не без сарказма выразился в том смысле, что если власти действительно станут доказывать виновность Понте ссылками на показания Дайан, то у них возникнут большие проблемы.

1 августа 1990 года Кенни возвратился в Массачусетс. В аэропорту «Логан» его встретил адвокат Реддингтон. Последний стал свидетелем нескольких сцен, оставивших крайне неприятное впечатление.

Кенни встречала большая группа журналистов, что не укрылось от многих пассажиров, которые подходили ближе, наблюдали за его поведением и даже задавали вопросы. Один из таких пассажиров простодушно предположил, что Кенни Понте, наверное, очень важный человек, и последний не придумал ничего умнее, чем брякнуть: «Да, да, именно так, я посол Ирака и прибыл сюда, чтобы решить с президентом США все проблемы Персидского залива». Другой мужчина, напротив, узнал Понте и стал об этом говорить, дескать, вас показывали по телевизору, вы находились во Флориде… Кенни небрежно перебил его, сказав, что перед ним стоит самый известный серийный убийца Америки.

Кевин Реддингтон был шокирован легкомысленным и крайне неумным поведением подзащитного. Он строго отчитал Понте, указав на то, что многие люди не чувствуют юмора и понимают сказанное буквально, после чего напомнил о том, что именно необдуманное поведение Кеннета, пригласившего Дайан Догерти во Флориду, привело его к месячному тюремному заключению. Причём большой удачей стала кратковременность этого заключения, ведь власти округа Паско могли продержать его под замком и три месяца, и даже больше.

Кеннет прислушался к критике своего адвоката и обещал ему впредь сохранять благоразумие и хорошенько думать над своими ответами. Вечером того же дня он появился в телевизионном шоу одного из бостонских телеканалов, а на следующий день отправился в дом матери в Нью-Бедфорд. За ним следовала кавалькада машин, в которых находились радио-, теле-