Самшитовый город / 1 - Сергей Григорьевич Зайцев

— Интересно, каких врагов мы увидим на ТС №8? — чтобы побыстрее соскочить со скользкой темы, поинтересовался я. — Если знать заранее, можно лучше подготовиться.

— Актуальная тема, — понимающе улыбнулась Рыжая. — Что может быть хуже здоровенного ящера 24-го уровня?

— Например, три здоровенных ящера 27-го уровня? — предположил я с нарочито невозмутимым видом.

— Типун тебе на язык!!! — выругался Гонор, даже слегка побледнев.

Ну да, это я перестарался. Танчить-то ему, а не мне.

— Филин, я тебя, конечно, люблю и уважаю, но стрелу в почку ты с такими прогнозами заслужишь гарантированно, — с напряжённой улыбкой пообещала Рыжая, которой такая перспектива тоже не пришлась по душе.

— Да ладно вам, раскудахтались, — рассмеялся я. Реакция была предсказуемой. — Нормально всё будет.

— Время! — рявкнул Гонор. — Тишина!

Процесс Репликации — штука загадочная.

В Песочнице игроки возрождались в специально отведённом для этого помещении, в отдельных саркофагах, чувствуя себя словно после пьянки — разбитыми и дезориентированными. То есть в максимально безопасных условиях.

Но здесь, в мире второго порядка, возрождение происходило на открытой всем взглядам площадке. Гонор уверял, что как только осознал себя, то самочувствие оказалось вполне сносным, даже лучше, чем в Репликаторе. А это значит, что времени до объявления ультиматума у нас будет немного — до того, как Месть сообразит, что к чему, и даст дёру. Вернее — попытается.

Для этого Каспер и нужен — он не позволит ей скрыться в невидимости.

Блоха всем своим естеством впитывал наше напряжённое ожидание, возбуждение, тревогу и нетерпеливо крутился рядом с «клинком», кровожадно поглядывая жёлтыми глазами хищника на круг Колыбели. Клыкан с его чутким нюхом и Задира с его сонарным зрением — наша дополнительная страховка. Надеюсь, всё предусмотрено.

Рыжая наготове со стрелой на тетиве. Гонор, разминая запястье, играет булавой. Я проверил расходники в кармашках пояса и перехватил поудобнее посох. Над плечом деловито гудела магосфера.

Вот оно.

Центральная плита засветилась изнутри. Струящиеся потоки янтарного света поднялись из неё на пару метров в высоту и переплелись, словно змеи, усиливая интенсивность свечения. В глубине этого сияния начали стремительно появляться контуры женской фигурки.

Не раздумывая, я запустил каст, и рядом с Колыбелью в паре метров над землёй начал быстро сгущаться воздушный вихрь «Воронки». Повеяло ледяной свежестью, зашумело. Из-за чего, понятное дело, разговаривать вслух сразу стало труднее.

Гонор: «Ты чего творишь⁈»

Филин: «Заряды нащёлкаю заранее, мало ли что».

Краем глаза я уловил одобрительный кивок Гонора, но мне было уже не до него — всё внимание поглотил контроль над заклинанием. С угрожающим гулом хобот воздушной «Воронки» вытянулся вниз и закружился над плитой одного из внешних порталов. Волшебство Репликации тем временем продолжалось: неподвижная фигура в центре Колыбели обретала плотность и насыщалась красками.

И наконец, ненавистно знакомый облик Мести оформился окончательно: чёрная с серебряными вставками курточка, обтягивающие ноги бриджи с короткими сапожками. Худощавое миловидное лицо, белые волосы со стрижкой под «пацанку». За спиной — лук, на бедре — кинжал в ножнах из чернёной кожи, там же колчан. Причём полный.

Вот она шевельнулась, настороженно сузив серые, как дождливое осеннее небо, глаза. Покачнулась от лёгкой дезориентации. Заметила меня. Сообразительности хватило, чтобы резко оглянуться по сторонам. Замерла, поняв расклад. Месть не глупа, лишь безумна. Фигуры Рыжей и Гонора не оставили сомнений, что она в западне. Стоило ей это осознать, как Каспер вынырнул из невидимости за её спиной, спокойным деловитым движением схватил свободной рукой за волосы и аккуратно приставил кинжал к горлу.

Я погасил «Воронку», удерживая накопленные заряды, — шум как отрезало.

Поведение людей редко подчиняется логике, мы слишком эмоциональны для этого. Что уж тут говорить об Алисе, этом ходячем бедствии, считающей себя центром мироздания и не желающей смотреть дальше своего носа. Но сейчас её проняло до печёнок. Мы специально воссоздали такую же сцену, как перед её гибелью.

В наступившей мёртвой тишине было отчётливо слышно прерывистое дыхание строптивой лучницы. Смертоносное лезвие у горла, одно резкое движение — и её голова снова слетит с плеч. И даже любимого голема рядом не оказалось. Тревога блонди сменилась животным ужасом, уродливо искажая черты мертвенно побледневшего лица.

А тут ещё и Блоха добавил жару. На 13-м уровне он был уже весьма рослым «парнем», так что, подбежав к объекту нашего общего внимания, поднял лобастую голову и, угрожающе оскалившись, зарычал ей прямо в лицо. Шерсть на загривке клыкана встала дыбом, ясно показывая, что пет не шутит.

Я стиснул зубы. Мерзко всё это. Никакого удовольствия. Но необходимо. Гонор и Рыжая, похоже, чувствовали то же самое — они напустили на лица маску кажущегося спокойствия и уверенности в собственных силах.

— Вы что творите, придурки? — охрипшим от волнения голосом выдавила Месть.

— Заткнись, Алиса, — сухим тоном бросил Гонор. — Слушай внимательно. Думаю, даже твоих куцых мозгов хватит, чтобы сейчас не дёргаться.

Зараза. Он намеренно вернул ей почти те же самые слова, с которыми Алиса обратилась к нам при первой встрече в этой локации. Не подозревал, что наш в целом добродушный здоровяк может быть настолько злопамятным. Смерть многое заставляет переоценивать.

— Мы оставим тебя в живых только при одном условии, — продолжал клирик. — Ты дашь клятву. Ты оставишь попытки причинить вред любому из нас или своим бездействием допустить, чтобы кому-то из отряда был причинён вред. Ты будешь повиноваться всем приказам, кроме тех случаев, когда они противоречат вышесказанному. И ты будешь заботиться о собственной безопасности в той мере, в какой это не противоречит озвученным условиям.

Я озадаченно хмыкнул. Что-то мне эти формулировки определённо напоминали… Слышал в прошлой жизни? Возможно.

Дальше всё пошло по заранее намеченному сценарию:

— Ты ведь понимаешь, что она может пообещать сейчас что угодно? — поинтересовался Каспер, продолжая прижимать острое лезвие к шее под подбородком пленницы. — Как мы поймём, что она скажет правду?

— Проще простого. Клятву она даст не нам. Такую клятву нарушать — себе дороже.

Закинув булаву за плечо, Гонор решительным шагом подошёл к Мести почти вплотную и вскинул руку. Где-то в глубине серых глаз девушки сверкнула жгучая ярость, она инстинктивно попыталась отшатнуться, но не тут-то было.

За миг до того, как на лоб блонди легла рука клирика, на его ладони словно сверкнула солнечная вспышка. Гаэдо Доблестный принял нового неофита под своё крыло.

И по условиям наказание за нарушение клятвы — потеря текущих сейвов. Всех сейвов.