Все тайны романа «Мастер и Маргарита» - Виктория Крапива

Символика белого цвета в разных культурах имеет много общего. Он часто ассоциируется с непорочностью, целомудрием, душевной чистотой, осененностью божественным светом. В иконописи белым обычно писались одежды праведников и святых, фигуры ангелов и детей – то есть исключительно праведные души. В христианской символике он означает высшее совершенство, присутствие вездесущего и всемогущего Бога. Белая лилия и белая роза считаются символами Девы Марии.

Ассоциативно его связывают с самыми величественными явлениями, космической упорядоченностью, всепроникающим солнечным светом.

В древности в белый часто облачались служители культа – жрецы Исиды в Египте, жрицы богини Весты в Древнем Риме и т. д. Соотносимый с величием, знатностью, статусностью, он становился атрибутом верховной власти, одеянием египетских фараонов, римских патрициев. Белой традиционно была одежда римского прокуратора. В знаменитом «белом плаще с кровавым подбоем» предстает перед читателем Понтий Пилат. И в случае с прокуратором белый цвет – это не просто атрибут высокого социального статуса, но еще и цвет высокомерия, отчужденности, внутренней отдельности от происходящего.

В бытовой речи белый вызывает, как правило, позитивные ассоциации: белый свет, белая магия, белый голубь как символ мира, рыцарь на белом коне и т. д. И в повседневном сознании он тесно связан с чистотой и милосердием – с медицинской помощью. В романе эта область присутствия белого освещена особенно подробно: клиника профессора Стравинского, куда попадает Иван Бездомный, переполнена белым цветом. Вездесущие белые халаты, белые двери, матовые белые лампы, белые постели, белые стены и белые шторы в палатах… Окруженный этой белизной Иван в доме скорби словно проходит очищение от мучивших его страхов и душевного смятения, а сблизившись с мастером, узнаёт совершенно новый мир, далекий от его пролетарско-писательской среды. Для него, как и для всех пациентов, пребывание в окружении белого цвета – это своего рода психологическое чистилище.

В ежедневном московском быту белый присутствует мало, разве что белые носочки и берет на гражданке, фиксирующей посетителей ресторана в амбарной книге, белый халат на продавце в Торгсине, белые бумажки, имитирующие деньги, во время сеанса черной магии в театре Варьете.

Он почти отсутствует в образе Маргариты, появляясь только однажды, в символичной сцене прощания с мастером перед его исчезновением. Сцене, построенной на подчеркнутом контрасте черного и белого. В разговоре с Бездомным мастер описывает ее так: «И вот, последнее, что я помню в моей жизни, это – полоску света из моей передней, и в этой полосе света развившуюся прядь, ее берет и ее полные решимости глаза. Еще помню черный силуэт на пороге наружной двери и белый сверток».

Мастер и Иешуа Га-Ноцри тоже почти никак не соприкасаются с белым цветом в своей земной жизни, за исключением считаных эпизодов. Например, по дороге на казнь у всех осужденных, в том числе и у Иешуа, на шее висят белые доски с надписью «Разбойник и мятежник». Еще одна интересная деталь в облике ершалаимского мессии – белая повязка с ремешком вокруг лба – внезапно откликнется в портрете мастера, уже покинувшего свое земное тело. В финале книги, когда конная кавалькада летит над землей, глазами Маргариты мы видим, «как изменился мастер. Волосы его белели теперь при луне и сзади собрались в косу, и она летела по ветру». Так белая повязка на голове Иешуа через две тысячи лет перекликается с белыми волосами мастера, развеваемыми ветром.

Красный

Белый плащ с кровавым подбоем – один из самых запоминающихся зрительных образов романа. Традиционное одеяние прокуратора Иудеи упоминается в тексте пять раз. И хотя в красный окрашена кайма тоги Пилата, этот цвет визуально доминирует и притягивает внимание, так что кровавый окрас ткани намертво запечатлевается в памяти.

Красный – горячий, сильный цвет и очень неоднозначный символ. Он символизирует красоту, радость, любовь, страсть, физическую и эмоциональную полноту жизни, расцвет природы. А с другой стороны – агрессию, кровь, бойню, бунт, огонь-разрушитель, адское пламя. Ассоциируется он также с властью, силой и величием.

В Византии император восседал на пурпурном троне, а подпись ставил красными чернилами. В римской мифологии красный был цветом Марса, бога войны. В романе есть два облеченных властью – и имеющих отношение к оружию и убийствам – персонажа, которые носят багряный плащ: это Афраний, начальник тайной стражи прокуратора, и красавец легат, командующий легионом.

Особым символизмом наполнен красный цвет в христианстве. Связанный с кровью, он олицетворяет жертвенность Христа и христианских мучеников, страдавших за грехи человеческие. В иконописи в цвет алого огня окрашивают крылья архангелов-серафимов, приближенных к престолу Божьему. Иногда красным делали фон иконописного сюжета, языки пламени в сценах Страшного суда. В зависимости от сюжета в красных туниках могли изображаться святые, в красном хитоне – Иисус Христос, в красной накидке с капюшоном – Дева Мария. Иногда святых писали в образе воинов, и тогда плечи их украшал алый плащ-сагум.

Ассоциируясь с жертвой Христа, красный символично сопровождает все празднование Пасхи, Светлого Христова Воскресенья. Начало Пасхальной службы священники проводят в белых облачениях, затем переодеваются в красные, и все сорок пасхальных дней служат в красном. Тут он выступает знаком не только кровавой жертвы, но и торжества божественной любви.

В романе тесно переплетаются мотивы любви и смерти – любви-страсти и любви-смирения, которые оказываются одинаково неудобны этому миру, словно не нужны и чужды ему, и обе заканчиваются смертью. Виновник гибели Иешуа, Понтий Пилат, даже визуально овеян зловещим отсветом смерти – не случайно Булгаков каждый раз акцентирует внимание именно на кровавом, а не просто насыщенно-красном, подбое его плаща. Кровавый шлейф тянется за ним и дальше по тексту. В сцене с разбитым винным кувшином прокуратор долго смотрит на две белые розы, утонувшие в «красной, как бы кровавой, луже». Этот эпизод наполнен глубоким символизмом. Кровь у семитских и многих других древних народов считалась вместилищем души, и растекающееся лужей вино, окрашенное в цвет крови, – очевидная отсылка к загубленной душе наивного проповедника Иешуа.

Красные нотки несколько раз звучат и в истории любви мастера и Маргариты. В разговоре с Бездомным всплывает последнее воспоминание мастера перед его исчезновением: «…осыпавшиеся красные лепестки на титульном листе и еще глаза моей подруги». Это титульный лист его романа, отвергнутого всеми редакциями. Перед встречей с мастером, которую устроит ей Воланд, Маргарита рассматривает «единственное ценное, что имела в жизни» – вещи, оставшиеся на память о возлюбленном, и среди них «распластанные между листками папиросной бумаги лепестки засохшей розы». Те самые красные лепестки – знак сбереженной, несмотря ни на что, любви.

На балу у сатаны роскошные стены красных