Барон Оболенский - Александр Горин

Андрей широко раскрыл глаза и его челюсть буквально отвисла.

— Не может быть, — прошептал он, покачивая головой из стороны в сторону. — Это же Дар. Настоящий Дар. Но… как? У тебя же никогда его не было!

Он умолк, глядя на меня как на божество.

— Я и сам не понимаю, — честно ответил я. — Раньше такого никогда не замечал. Может, после того удара по голове или здесь, за Границей, что-то изменилось.

— За Границей многое меняется, — Андрей перешёл на лекторский тон, деловито задрав нос кверху. — В старых хрониках упоминается, что некоторые разновидности Дара проявляются только в зонах хаоса или рядом с определёнными аномалиями. Но чтобы так сразу… и с животными… Это похоже на дар управления животными. Редчайший! Его не было в княжестве со времён Великого Падения!

Лиля слушала, разинув рот. Для неё всё это было, видимо, такой же новостью, как и для меня.

— А ещё я… — тихо сказала она и робко посмотрела на меня. — Я иногда слышу, о чём думают люди. Но только дедушка это знал. Он говорил, что надо молчать об этом, а то… — она замолчала и опустила глаза.

— А то Тайная Канцелярия заберёт, — мрачно закончил Андрей.

— Не будем терять время, — сказал я, кивая на телегу, чтобы наш отряд занимал места. — Разбор полётов сделаем в дороге.

— Каких ещё полётов? — удивлённо спросил Андрей, забираясь на облучок. — Мы никуда не летали вроде, — он запрокинул голову и засмеялся в голос. — Не научились пока!

Да, мне всё-таки нужно за языком сильнее следить, а то выпалю что-нибудь совсем неуместное и объяснять потом будет трудно.

— Полетов мыслей, дружище, — с улыбкой ответил я и зашагал по дороге. — Не только птицы летают. Трогай.

Андрей удивлённо округлил глаза, но всё же дёрнул вожжи, и наша кобыла тронулась с места.

— А-а, ты про мысленное управление ежом! Всё-таки говорить ты стал иногда чудно. Наверное, и правда на тебя так Заражённые земли влияют, — сделал вывод приятель. — Сразу в тебе стало больше… — Андрей сделал паузу, подбирая слово подипломатичнее, — всего.

Ноги сами несли меня по убитой временем и дикой природой дороге, и я получил передышку, чтобы всё обдумать.

Так, по пунктам. Во-первых, я слышал крик девочки в голове, а потом мы смогли с ней даже мысленно общаться. Во-вторых, эта ситуация с ежом. Напрашивается вывод, что я не просто попал в тело охотника, а ещё и притащил с собой в этот мир чувствительную психику, которая здесь, судя по всему, вылилась в «редкий Дар» или что-то типа того.

Надо проверить, что я ещё могу. Я замедлил шаг, позволив подводе немного опередить меня, и уставился в спину Андрею.

«Эй, рыжий! Слышишь меня?» — мысленно сказал я ему.

Андрей лишь почесал затылок и что-то сказал Лиле на совсем другую тему. Не прокатило. Попробуем тогда проще.

«Оглянись», — послал я ему новую мысль.

Тоже ничего, как сидел сгорбившись, так и остался сидеть. Вот чурбан. А с Лилей, интересно, сохранилась связь?

«Лиля, а ты меня слышишь?» — мысленно позвал я девочку.

«Слышу, ваше благородие,» — раздалось у меня в голове. — «Очень хорошо слышу.»

«А как я Андрея звал, слышала?» — поинтересовался я.

«Неа, до этого вы молчали», — ответила девочка.

Так. Значит, эта штука работает направленно.

«Никому не говори, что мы с тобой так можем, пусть это будет нашим секретом.»

«Хорошо, ваше благородие», — пообещала Лиля, но сама всё это время ко мне даже не обернулась. Умница девочка, соображает.

— Паша, глянь-ка впереди, — взволнованный голос Андрея прервал наше ментальное общение.

Посмотреть было на что. Ровно поперек старой и без того сильно поросшей бурьяном дороги лежала огромная сосна. Её толстые сучья с высохшими иголками раскинулись вокруг ствола, который я едва бы смог обхватить руками. Проехать нам не было никакой возможности.

А если объехать? Тоже не получится: справа и слева были глубокие канавы с обрывистыми краями. Бросить телегу и тащить скарб на руках? Нет, это совсем не вариант, для выживания нам понадобятся и лошадь, и подвода. Решение видится только одно. Хорошо, что инструмент есть.

— Вот же… — протянул Андрей, спрыгнув на землю. — Какое здоровенное бревно.

Я взглянул на положение солнца на небе, оценивая сколько у нас есть времени в запасе. Уже полдень, а до места, по моим прикидкам, еще километров десять. С нашей скоростью это часа два без остановок. Время пока есть.

— Доставай топоры и пилу, — сказал я, приняв единственное верное решение. — Будем прорубать проход.

— Вот чёрт, — Андрей осмотрел масштаб предстоящих работ и совсем приуныл. — А что, по-другому никак?

— Никак, дружище, — заверил я его, намечая как распределить работу. — Не теряй время, доставай инструмент.

Андрей со вздохом вытащил из недр подводы два крепких топора и старую двуручную пилу.

— Лиля, оставайся в телеге и смотри по сторонам, будешь нашим часовым, — сказал я Лиле, беря в руки топор. — Если что — сразу кричи, хорошо?

Девочка молча кивнула, её большие глаза смотрели на лес с явной опаской. Наверно, ещё свежа в памяти гонка с волками. Я снова ощутил исходящий от неё лёгкий холодок страха. Надо привыкать, но, с другой стороны, это тоже может оказаться полезным.

Работа закипела. Сначала мы взялись за ветки, работая топорами, а потом стали пилить двуручной пилой толстый ствол. Когда Андрей совсем выбился из сил и уже слабо стал тянуть-толкать свою ручку пилы, я дал ему немного отдохнуть, а сам снова взялся за топор, запаса энергии у меня явно было на порядок больше.

Через пять минут я снова мобилизовал Андрея поработать пилой. К этому моменту я уже полностью избавился от самых больших веток, когда вдруг услышал тонкий, пронзительный девичий крик:

— Ваше благородие!

Я резко выпрямился и обернулся. Лиля сидела на подводе, белая как полотно, и её вытянутая рука указывала куда-то в чащобу слева от нас. Из леса прямо на нас тут же выскочила стая волков.

— Андрей, волки! — рявкнул я и рванул к телеге с таким расчетом, чтобы занять позицию удобную для защиты Лили и лошади. — Быстро в телегу и бей из лука!

Из-за ствола поваленной сосны, метрах в семи от меня, выскочил ещё один волк. В этот раз не чёрный, а серый, со странным красноватым отливом шерсти. За несколько секунд он преодолел разделяющее нас расстояние и прыгнул прямо на меня.

Хрен тебе, а не обед! Мои ноги сами перераспределили вес, рука сделала короткий замах вкладывая