Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин

— Вот она! Держи! — хором завопили у знаменитого трапа.

Телли-Анжела де’Каррам стройненькой стремительной молнией пронеслась по мосткам тротуарчика в обратном направлении, на ходу превратилась в коренастого неуклюжего ремонтника. В этот момент шпионы синхронно перевалили за борт мертвые тела и метнулись прочь. Т-ремонтник, потерявший в стройности, но не в шустрости, догнал товарищей. Все трое успели остановиться, развернуться…

…из-за угла надстройки выскочили двое крайне азартно настроенных охранников. Как по заказу снаружи из-за борта донесся довольно шумный плеск, немного сдвоенный, что было лишним.

— Чего ее не схватили⁈ Эх, вы! — басом закричал Ква. — За борт девка сиганула!

Охранники бросились к борту, шпионы, тоже перевесились через борт.

До поверхности воды было изрядно. Корабли и лодки, похожие на игрушки, узкий край причала, там тоже какие-то фигурки обернувшиеся на звонкий «бульк!» в воду. Среди пены от удара на миг всплыло голым задом вверх мертвое тело, рядом начало подниматься другое. В этот миг что-то начало рвать трупы на куски, видны были только темные тени, похожи на гибкие алчные веретена…

— Это даже не акулы, — озадаченно сказала Телле.

— Не важно. Приберут и хорошо.

— Как же не важно⁈ Наука не терпит неопределенности. Мы видели акул, но здесь какие-то ящеры, следовательно, мы имеем уникальный ареал-микс юрского или мелового периода…

Ква не выдержал и украдкой отвесил короткий подзатыльник.

— Да, не вовремя гипотеза начала выстраиваться, — сдержанно признала научная разгильдяйка.

Стражники смотрели в их сторону. Смотрели с ужасом. Да, наказанье за роковое упущение наверняка последует, и, судя по манерам Его Сиятельности, отправка в Трюма может оказаться для всех присутствующих еще не самым худшим вариантом.

Ква, надеясь, что на таком расстоянии его не узнают, сокрушенно махнул рукой. Один из стражей лишь скорбно кивнул.

— Начальству доложим! — пробасил Ква и трое шпионов без задержки направились вдоль борта.

Навстречу уже кто-то бежал, с истошным скрежетом отворилась дверь, оттуда тоже полезли встревоженные крепцы.

— Девка! За борт сиганула! — размахивая руками, и загораживая товарищей, огласил Т-ремонтник. — Да! Сходу «чаечкой» — прыг! Вон — стражники от трапа за ней гнались, чуток не схватили. Эх, беда! Вы смотрите, смотрите — жрут ее там! Дожирают, такую красивую…

Крепцы дружно перевесились через борт, трое шпионов, двинулись подальше, уворачиваясь от бегущих навстречу по мосткам аборигенов…

— Славная была смерть, запоминающаяся. Ах, как птичкой вольной порхнула, красотуля-то наша, — загрустил Т-ремонтник, когда злоумышленникам удалось свернуть в заваленный разобранными конструкциями проход. — Честная была девушка, замечательный художественный образ, эксклюзивный, трогательный, боролась с харассментом бесстрашно, пошла до конца.

— Не шмонди! — прошептал Ква, озираясь.

Шпионы оказались у противоположного — правого и более низкого борта «Крепы». Здесь мусора валялось гуще, а узенькие мостки в два бревна вообще не выдерживали критики.

— Довели корабль, — молвил Т-ремонтник, опасно свешиваясь за ржавые леера. — Вот, прямо под нами открытые иллюминаторы. Вы на «минус-первую» палубу или сразу на «минус-вторую»? Первая престижнее, вторая безопаснее.

— Откуда ты знаешь? — не выдержал Фратта.

— Молчащий, не отвлекающийся на вульгарных девиц, мыслящий индивид успевает увидеть и сделать логических выводов на порядок больше, — намекнул Т-ремонтник, не отвлекаясь, впрочем, от дела.

В четыре руки закрепили катушку с тончайшим трис-шнуром — вещь незаменимая в шпионской работе, выручавшая уже не раз. Ква торопливо застегнул карабин на поясе мальчишки:

— Идешь вторым. Подхвачу.

Фратта с ужасом посмотрел на тончайший шнур, можно сказать, на нить, но, ни сказал ни слова.

Бывший шпион пристегнулся сам, натянул перчатки, мигом перекинулся через борт:

— Найдешь нас?

— А как же! — с достоинством заверила юная оборотниха. — Только всю рыбу не сожрите.

Чуть слышно заскрипела катушка, упираясь ногами, Ква спускался, стравливая слабину шнура. Отличное оборудование и отработанный навык — почти гарантия успеха. Ну, и опять же повезти должно…

…ноги нашарили проем распахнутого иллюминатора, Ква, не жалея ребер ввинтился, проклятая лишняя одежда и снаряжение здорово мешали…

…первое что увидел — вытаращенные глаза замершего с оружием в руках человечка. Пришлось мгновенно бить каблуком в лоб — абориген рухнул. Ква, полувися в неудобной позе, выхватил тесак, но больше в комнате (вернее, каюте) никого не было. Шпион проскочил к двери, заклинил ее низ подхваченной из вороха у стены доской. Отстегнулся, шнур с карабином уехал вверх…

Фратта и мешок пришлось подтягивать к иллюминатору, парень, хотя и приноровился работать на снастях и лазить по вантам, но тут немного иное дело. В самый неподходящий момент зашевелилось тело на полу.

— Сидеть! Горло вырву! — злобно прошипел Ква, втягивая в иллюминатор соучастника.

Хозяин каюты замер. Фратта разумно не последовал его примеру, ухватился за стол у иллюминатора, подтянулся и с облегчением утвердился задницей на заваленной деревяшками крышке.

— Лови за окном! — не глядя, приказал Ква, возвращаясь к владельцу каюты.

Мальчишка пробормотал что-то погребальное, очень подходящее данному случаю, но спущенную сверху катушку со шнуром подхватил.

Некоторое время пощелкивала, сматывая шнур, катушка, все вдумчиво слушали. Ква попутно оценивал обстановку.

Владелец каюты, видимо, владельцем не являлся, все обстояло наоборот — тянувшаяся от стены цепь завершалась расклепанным обручем, надежно сковывающим худую щиколотку «постояльца». Странное дело — в какие края не наведаешься, непременно кто-то тощий на цепи там кукует.

«Тощему» на вид было под сорок, вид довольно запущенный, но не особо пахучий. Одет стандартно для «Крепы»: комплект штанов и рубахи сильно поношен, дыры кое-где заштопаны, видимо, сам постоялец и портняжил. Работящий, по всему видно. Оружие, что в момент прибытия в иллюминатор причудилось Ква, оказалось не оружием, а просто коротким рабочим долотом. Собственно, каюта — однозначная мастерская, стружки и опилки в неказистых корзинах, деревяшки заготовки, столярный простенький инструмент; у стены готовая продукция, вполне узнаваемая: сменные лопасти для лодочных весел. Среди всего этого стоит топчан самой лаконичной конструкции, одеяло относительно аккуратно расправлено.

— Здоров будь, дедуля, — с некоторым опозданием поприветствовал столярного человека Ква. — Голова как? Не треснула?

— Вроде, не особо, — сообщил жилец, осторожно трогая отпечаток каблука посреди полысевшего лба.

— На, приложи холодное, — Ква протянул узнику топорик, неназойливо следя, как именно абориген берет инструмент.

Мыслишка что ему оружие дают, у столяра явно промелькнула, но взял топор именно для прикладывания к башке, даже подчеркнул движением.

— Вижу, ты, хозяин, вполне разумен, — одобрил шпион. — Извиняюсь, заехал сходу, тут пролазить неудобно, да еще и липко.

— Липкость