Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин

— Мы незваные, так что излишних претензий не выставляем, — Ква горстью стружек обтер рубашку на животе. — Вода-то есть? Почиститься бы, а то как-то неудобно беседовать.

— Воды вдосталь, вон краник открой, — узник указал на стену.

Кран был, ого, как массивен — металла не жалели. Наверное, противопожарным оборудованием когда-то считался. Но напор хилый — струйка толщиной с мизинец.

— Как энергию заведут — хлестанет этак что из ведра две трети воды вышибает, набрать трудно, — пояснил узник. — А сейчас нормально.

— Пресная? — уточнил Ква, осторожно пробуя воду.

— А как же. Это же «Креп» тут без фильтров и энергии передохли бы давно все. Только наследством древних времен и живы, — пояснил явно неглупый столяр.

— Ты рассказывай, рассказывай, оно интересно, — заверил Ква, умываясь.

— Чего не рассказать. Только это… с кем сижу-то? Неужто беглые?

— Мы⁈ Ничуть! Гости корабля, хотели здесь обосноваться, но как-то не сложилось. В Трюма нас мигом спровадили. Чистое недоразумение, должно было быстро разъясниться. Но тут какая-то шалая красавица у Султана пропала, мы в суету не полезли, дай, думаем, отсидимся, пока беготня поуспокоиться. Я — Нильс Гусятчик, а это мальчик, он со мной. Так что там с фильтрами?

…сидели, беседовали. В соседних мастерских кто-то монотонно пилил заготовки, далее по коридору неутомимо постукивали, вбивая мелкие гвоздики. В коридор Ква выглянул, оценил обстановку: темновато, уровень пола отчасти выровнен мусором, запах как в запущенном сыроватом курятнике. Вдалеке лампа тускло горит — там пост у выхода на палубу. Коридорный район этой палубы носил законное название Древесных мастерских, и был заселен цепными жильцами. Распорядок жития прост: завтрак и ужин приносят утром и вечером, продукцию забирают через трое суток на четвертые. Вынос трупов умерших мастеров — по мере необходимости.

— … жить можно, но не особо хочется, — пояснял столяр-Жео, неторопливо и с наслаждением разбирая пальцами рассыпчатую тушку копченую рыбы. — В целом кормят исправно, интереса, чтоб я немедля сдох, у власти нет. Все ж им весла и прочее необходимы, а делать вещи нужно уметь. Работаем. Но, ежели я завтра сдохну, то и не особо пожалею. С кокосовой каши не так уж много восторга жизни. На фесты дают суп с рыбьими потрошками, праздник, но как-то не очень вдохновляет.

— Кстати, а вы — цепные — в дезим-фесте не участвуете? — поинтересовался устроившийся на верстаке Ква.

— Не, я же цепной. Мое дело сидеть, строгать да подтачивать, — сказал столяр. — А что, на сегодня опять дезим-фест назначили? Видать, в дурном настроении Его Сиятельность. Утром слух прошел, что вещевая лотерея будет, с обычным, праздничным, фестом, корабль же захватили. А оно и опять дезим, надо же.

Ква хмыкнул:

— Решили совместить, чтоб два раза не собираться. Слушай, а ведь эта дезим-фест — так себе традиция. Вольные крепцы не особо против нее возражают?

— Чего ж им не возражать? Регулярно вскидываются. Я уж два бунта пережил. Но, по сути, от этих бунтов вольных корабельщиков даже больше, чем от дезима, гибнет. У Султана, — что у прежнего, что у нынешнего — личной охраны не так много. Но как начнут трещать огневым инструментом — мертвяки десятками ложатся. Страшноватое оружие, против него острогами не победить. Вот и считается, что проще дезим-фест пережить чем новый мятеж поднимать. Вешают по жребию быстро, а мятеж дело утомительное, в такие дни еще и провиант не завозят, и подача воды встает, — всем худо становиться, — пояснил столяр.

Дезим-фест был довольно прост по замыслу — все вольные крепцы, за исключением беременных и гаремных женщин, детей и высокопоставленных чинов, собирались на Рыночной полу-палубе, палач султанской стражи готовился, начиналась публичная жеребьевка — каждый двадцать пятый гражданин корабля препровождался к виселице и вздергивался. Иной раз дезим-фест проходил снисходительно, вполсилы — каждого пятидесятого вешали. Но ходило по «Крепе» предание и о жуткой «десятчине», но то было давно, после случившегося на самой верхней Бальной палубе пожара. Жео тогда на «Крепе» еще не было — он всего шесть лет назад на проклятый корабль попал, когда малое суденышко с пятью членами экипажа зловредный шторм сюда — на Перекресток Морей — загнал.

В целом история здешнего мироздания была несложна. Некогда на здешние воды занесло удивительного плавучего гиганта, ныне именуемого «Крепа», корабль сел на мель, на борту имелась полная команда и тысячи пассажиров. Они долго ждали помощи, но океан будто вымер. Невеселая ситуация напрягла нервы, затерявшиеся у неведомых островов моряки и пассажиры малость повздорили, проредили списочный состав. Далее смирились, начали выживать и обустраиваться. Впрочем, о тех временах ходили лишь смутные байки, которые чужак-Жео не особо-то и знал. Чужеземец, человек второго сорта, кто тут ему разъяснять будет.

— … сначала думал — сущие дикари, даже читать не умеют, — рассказывал столяр. — Но это не совсем так. На верхних палубах даже библиотека сохранилась, книги плесневеют медленно, там специальные люди их проветривают и протирают. Вот только власть «Крепы» считает, что грамотность не всем нужна, а простому народу без нее так даже намного спокойнее.

— Угу, знание — сила, а сила учета требует, — кивнул Ква, показывая мальчишке «дай человеку еще рыбу, не жмотничай».

Фратта вздохнул, достал еще тушку, ту что поизмятее — невзирая на размолвку, берег ценный продукт для подружки-проглотши, как будто коки-тэно себе ничего съестного на корабле не ухватит.

— Благодарю, — вежливый столяр принял рыбу, — вот истинно у меня сегодня праздник. А насчет знания, вы, господин Нильс, совершенно правы — большая сила. Но ведь нужно эту силу как-то с умом использовать. Тут же смешно получилось. Сменяющие друг друга Султаны, следя за тем, чтоб только верные людишки ценным знанием владели, слегка перегнули. Ученые люди — раз! — и как-то внезапно кончились. Может, мятеж какой случился или еще что, я точно не знаю. Победили тогда люди сильные и быстрые, но необразованные. Да, не знаю, как там вышло, но нынешний Султан по сути… э, я все же не буду рисковать и неуместные слова вслух говорить. В общем, он умен, но обходится без библиотеки. Оно, вроде бы, и не обязательно. Энергию Трюма все еще дают, опреснители работают, инженеров еще человек тридцать осталось, и они вовсе не глупые люди. Только они уже не