Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин

Ква открыл дверь.

— Наконец-то! — заворчал господин абсолютно незнакомого вида, заваливаясь в каюту. — Ищешь-ищешь, ходишь-ходишь, а они тут….

— Э, не по возрасту и научному званию бубним, убавь навязчивости, — намекнул Ква.

— Да, малость усталый я, — господинчик пристроил странноватый инструмент, похожий на какой-то мерный, с раскрашенными рисками на древке, дротик, и бухнулся задом прямо на корзину полную мягких стружек. — Ноги отваливаются. Что за корабль⁉ Присесть негде, немедля лезут с бестактными вопросами.

Т-господинчик, одетый на удивление чистенько, в одежде из более приличной ткани, с кожаной сумкой через плечо, посмотрел на опешившего жильца мастерской:

— Что за индивид? Из сочувствующих или не очень?

— В меру. Эй, Фратта, побеседуйте пока с хозяином.

Мальчишка за рукав повернул к себе столяра и начал задавать вопросы, что-то насчет религиозных порядков и обычаев захоронения судовых мертвецов…

Ква пошептался с неузнаваемой Телле — ныне она была в образе инженера-инспектора корабельных помещений, его рожу, как выяснилось, знали и опасались все нижние палубы — оригинал немыслимо штрафовал жителей за технические, пожарные и мусорные упущения.

— … недурно, — сделал заключения Ква. — Нюансы важны, а к выводам я пришел примерно к тем же, что и ты. Хозяин попался гостеприимный, да и разговор мы с ним с правильной ноты начали.

— Да, но про гарем мы так ничего и не узнали. А ведь там точно что-то случилось. В смысле, еще до того, как непорочная Анжела де’Каррам за борт самоотверженно самошвырнулась. Круглый ноль у нас по гарему. Я, между прочим, к леди Теа очень хорошо отношусь, хотя она ко мне и не очень, — вздохнул Т-инженер.

— Теа — чрезвычайно требовательная особа. Она и к людям, с которыми была близка много лет, бывает «не очень».

— Это вы, босс, все играетесь, а я серьезно. Если с Лисой что-то случится, как мы возвращаться будем? Да и тетенька Розг тоже нам не чужая. Особенно некоторым нам.

— Обязательно тебя надо по затылку стукнуть?

— Нет. Не обязательно. Я, босс, от нервов и усталости дурю. Дважды чуть не засыпалась. Пришлось напрямую отбиваться. Порезанный там остался, наплетет невесть чего, слухи пойдут. Порочащие.

— Ерунда. На нормальном большом корабле должен быть маньяк. И не только официальный — вроде Его Сиятельности, но и обычный, криминально-бытовой — для народа и страшных баек.

— Это верно, — слегка воспряла духом юная оборотень. — Я тоже так подумала, добавила в момент схватки парочку сексуальных штрихов, задала людям интересную версию. У них с этим очень уныло, совершенно не разнообразят личную жизнь. Все «гарем, гарем». Нельзя всё отдавать на откуп высшим аристократическим кругам! Кстати, босс, ваша красотка Чииза — родственница Его Сиятельности. Извиняюсь, но вынуждена уточнить: и по крови родственница, и по постельным экспериментам. При этом они лихо ненавидят друг друга, и вообще на ножах.

— О, боги! Что за нравы⁈ — ужаснулся Ква.

— Да, интересный, но пока не очень понятный момент. И слухи мутные, как вода в колодцах здешних сливов. Мне вот той палкой уже дважды пришлось проверять, это инженерный щуп, между прочим, статусная вещь. А ужин на «Крепе» сегодня задерживается. Оригинальная традиция — обычно перед казнью кормят, а здесь все наоборот.

— Экономят. Его Сиятельность — не очень образован, но мудр и практичен. У нас пара рыб еще осталась, можешь перекусить.

— Прекрасная идея, босс! Я там креветок поклевала и пару крабов, но их здесь совершенно не умеют готовить, — приободрившаяся Т-инженер двинулся к верстаку, вытряхнул полегчавший рыбный мешок: — Наваливаемся, господа, рыба горячего копчения портится со стремительностью альбатроса, капающего пометом на свежевыдраенную палубу!

Столяр упрашивать себя не заставил, Фратта взялся за рыбу заторможено — все же к данности, что прекрасные и ужасные иллюзии приходят и уходят, а Телле под ними остается всё та же, привыкнуть бедняге было сложно. Но потом рыба пошла хорошо.

Ква размышлял над грядущим дельцем — времени оставалось всего ничего. Пока основная трудность виделась в занятии удобной тактической позиции. При всех раскладах получалось, что нужно проникнуть на Верхние палубы. Задача непростая, даже инженеров туда без вызова не пускали. Но уязвимый и доступный проход наверх просто обязан иметься. Верхняя часть «Крепы» достаточно просторна, охрана Султана едва ли способна контролировать все трапы и собственно периметр. Большой тут корабль, «в теле» была «Кронпринцессин Ева-Паула-II» при жизни, да и полумертвая весьма просторна.

Глава четырнадцатая

Вот и высунул из петли красный свой язык

Снаружи доносился шум, крики, топот и гопот. Провыла уже вторая труба дезим-феста, жители корабля-острова собирались на непростое торжество, а шпионы застряли и рисковали опоздать к столь замечательному моменту.

— … нет, не вижу, — сказала Телле, вися над провалом, — ничего не различить, там дверь-ворота свет заслоняют. Полнейшая тьма мракобесия.

— А ты внимательнее глянь, — настаивал Фратта. — Не бывает совсем уж беспросветных люков, щелочка обязана быть.

Парень, которому привычный вид подружки вернул равновесие разума, был прав — глухой люк на нынешней хаотично перестроенной «Крепе» маловероятен. Но это в философском плане, а сейчас момент унылой практики.

— Фонарь включи, — приказал Ква, удерживая девчонку за пояс штанов.

— Он яркий, заметят, — всполошился Фратта, страхующий соучастницу с другой стороны, намертво вцепившись в тощую руку.

— Вряд ли. Там все уже отвалили на праздничек.

Телле включила фонарик — яркий свет пронзил тьму шахты, высветил створки весьма больших горизонтальных ворот, преграждающих путь вверх.

— Понятно, выключай!

Девочку ощупью вернули на твердь. Все трое злоумышленников пытались проморгаться — фонарик слепил просто зверски. Вообще-то, Ква был знаком с компактными электрическими фонарями, безусловно, большой редкостью, но отнюдь не чудом из чудес. Но фонарь научной группы — рифленый цилиндр, легко помещающийся в ладонь, можно было считать откровенным оружием массового ослепления. «Аккумулятор непонятный, неизвлекаемый, да и как-то стремно его вытаскивать» сказала Светлоледи, в технике будущего весьма разбирающаяся, по поводу конкретно этого образца снаряжения.

— Солнце начнет вползать на трубы проклятой «Крепы», а мы так и будем здесь стоять, — скорбно сказал Фратта.

— Так прижмуриваться надо, когда включается. Я, например, вообще все вижу, — сообщила девчонка. — Давайте я всё сделаю, что время терять?

— Прямо сейчас. Тут тебе не игрушка, оно у меня ломкое, — заворчал Ква, осторожно приоткрывая глаз.

Эффект от зверского фонаря