Антология еврейской средневековой философии - Коллектив авторов

причины этих воздействий и подверженности воздействию. И возможно, ты найдешь причины этих причин, пока не дойдешь до [воздействия] сфер, а затем [ты дойдешь] до причин [действия] сфер и, таким образом, — до Первопричины. И поэтому справедливым будет высказывание, что все предопределено Богом, да превознесется Он, и справедливым будет высказывание о свободе выбора и наличии случайности, не исключающих при этом Божественного предопределения.

Если хочешь понять это лучше, представь следующую классификацию: воздействия могут быть Божественные, или природные[725], или случайные, или в соответствии с выбором [человека]. Божественные исходят непосредственно от Первопричины и осуществляются непременно, у них нет иной причины, кроме желания Бога, да превознесется Он. Природные [воздействия происходят] благодаря цепи промежуточных причин, подготавливающих [воздействия] и доводящих их до конечного результата, если этому не воспрепятствует одна из причин, относящаяся к другим трем типам. Случайные [воздействия] также [происходят] по промежуточным причинам, но они [происходят] случайно, не благодаря законам природы, не в соответствии с порядком и не по намерению. В них не заложены подготовка и завершение действия, к которому бы они стремились и в котором бы утвердились. И они зависимы от причин трех других типов[726].

Но причиной тех, что происходят в соответствии с выбором [человека], является желание человека во время его выбора. Выбор — это одна из промежуточных причин, и у того или иного выбора также есть причины, цепь которых доходит до Первопричины. Но эта цепь не связана неизбежной причинно-следственной связью, потому что наличествует возможность, и душа находится между воззрением и его противоположностью — она выберет то, что захочет. Именно поэтому душа может быть восхвалена или осуждена за свой выбор, что не имеет смысла в отношении других промежуточных причин, так как нельзя обвинить случайную или природную причину, несмотря на то что у некоторых из них есть возможность[727]. Ведь ты не обвиняешь ребенка или спящего, если они причинили тебе вред, хотя все могло сложиться противоположным образом; ты не обвиняешь их потому, что их действия не подчинены разуму.

Взгляни на тех, кто отрицает возможное. [Неужели] они не гневаются на того, кто причиняет им вред преднамеренно? И смирятся ли они с тем, что кто-то похитил их одежду, из-за чего им пришлось мерзнуть, так же как они смиряются с северным ветром, когда он дует в холодный день, заставляя их мерзнуть? Или они полагают, что гнев — это бессмысленная сила, напрасно вложенная в человека, чтобы тот гневался по одному поводу, а по другому — нет? И как быть с тем, что человек что-то хвалит, что-то ему нравится, что-то он любит, ненавидит и прочее? Стало быть, выбор как таковой не имеет неизбежной причины, иначе он сам обернется неизбежностью, и тогда дела человека будут вынужденными как биение его пульса. Но это противоречит тому, что мы наблюдаем. Все время, пока ты под властью разума, не будет управлять тобой нечто другое.

А если бы все возникающие направлялись первым намерением от Первопричины, тогда творения возникали бы каждый миг, и мы в любой момент были бы вправе сказать о мире, что его сейчас сотворил Творец. И тогда не было бы у послушного предпочтения перед ослушником, так как они оба были бы послушны, действуя так, как их вынуждает [Первопричина]. И есть еще много неприемлемых заключений, вытекающих из этого мнения, но самое тяжелое из них — отрицание очевидного, как мы сказали.

А трудность, возникающая у того, кто считает, [что есть] выбор, состоит в том, что тем самым в некоторых случаях отрицается предопределение Бога, да превознесется Он. Против этого возражения можно привести довод, о котором мы уже упоминали: Божественное предопределение не отрицается, но осуществляется путем цепочки причинно-следственных связей. Возможно и другое возражение. А именно, [что предположение о свободе выбора] ведет к отрицанию знания Богом [будущего], ибо то, что является возможным в абсолютном смысле, не может быть заранее известно по своей природе[728]. И уже говорили об этом мутакаллимы и пришли к выводу, что знание возможного является акцидентом по отношению к нему, и что знание вещи не является причиной существования этой вещи, и поэтому нельзя отрицать знания Богом всего существующего. И можно добавить, что независимо от того, существует возможное или нет, знание не является причиной его существования, так же как знание того, что было, не является причиной его существования [в настоящем], а только указывает на него, будь то знание Бога, ангелов, пророков или прорицателей. Если бы знание было причиной существования, тогда многие люди с неизбежностью находились бы в раю, поскольку Бог знает, что они — праведники, без того, чтобы они служили Ему. А другие были бы в аду в силу того, что Бог знает, что они — ослушники, без того, чтобы они совершили прегрешение. И из этого следовало бы, что человек может насытиться, не вкушая пищи, в силу того, что Бог знает, что этот человек будет сыт в определенное время. И тогда не было бы места всем промежуточным причинам, а тогда прекратилось бы существование всех промежуточных творений.

И в силу того, [что существует свобода выбора,] стало возможным высказывание: «Всесильный испытал Авраг̃ама»[729]. Оно означает, что Всевышний хотел, чтобы послушание Авраг̃ама из потенциального перешло в актуальное[730], чтобы была причина для его преуспевания, ведь сказано: «Так как ты совершил это дело [и не щадил твоего сына, твоего единственного]. То Я благословлять буду тебя»[731].

И все возникло либо в силу Божественных причин, либо в силу причин других типов[732]. И поскольку возможно, чтобы все они были Божественными, народ в своей массе решил отнести все их к Нему, ибо так укрепляется вера. Но внимательно изучающий явления должен отличать один народ от другого, одного человека от другого, видеть различия во времени, месте и обстоятельствах. И поступающий так увидит, что возникшее [непосредственно] от Бога в большинстве своем проявлялось только в определенной стране, и это — Святая [Земля], и в среде определенного народа, и это — сыны Израиля, и только в определенное время и при определенных обстоятельствах, при которых им были даны заповеди и законы, соблюдение которых ведет к благополучию, а нарушение — к бедам. Но природное и случайное не принесет пользы соблюдающим заповеди и не навредит при его нарушении. И поэтому сыны Израиля [и то, что происходило с ними] стали для всех народов доказательством против неверующих, следующих греку Эпикуру, согласно представлению которого все происходит