Космология и практика сибирского шаманизма - Елена Вадимовна Нам

шаманской идеологии не имеет значения. Важно только то, каким образом мир приобрел свои нынешние черты и как сохранить сложившийся порядок. Шаман в такой традиции выступает лицом, которое призвано охранять этот порядок от разрушительного воздействия изнутри и извне и делать все, чтобы сохранить имеющееся равновесие.

В даосизме появляются достаточно абстрактные понятия для обозначения «добытийного» состояния мира, что свидетельствует об отходе от мифологического мировосприятия, так и не произошедшем в шаманизме. Кроме того, это состояние вызывает очень большой и неслучайный интерес, о чем речь пойдет ниже. В даосских текстах можно встретить разные обозначения для этого «добытийного» состояния: пустота, небытие, бесформенное, единое, беспредельное, мир нечувственного и т. д. Некоторые из этих понятий могут иметь разные значения в разных контекстах. По всей видимости, философская мысль искала наиболее адекватное знаковое выражение для беззнаковой реальности, что и породило множество выражений одного и того же смысла. В то же время даже в этих философских поисках слышны явные отголоски шаманского влияния: «То, что называю бесформенным, есть название Единого. То, что называю Единым, не имеет пары в Поднебесной. Подобный утесу, одиноко стоит; подобно глыбе, одиноко высится. Вверху пронизывает девять небес, внизу проходит через девять полей. Его окружность не выписать циркулем, его стороны не описать угольником. В великом хаосе образует одно. У него есть листья, но нет корня. В нем покоится Вселенная. Оно для дао служит заставой» [1484]. Этот отрывок из «Хуайнаньцзы» интересен в нескольких смыслах. Во-первых, здесь можно увидеть явные параллели Единого с мировой осью, а именно с мировой горой и мировым деревом. В качестве такового Единое является основой космического порядка, содержащего в себе три уровня, а также по девять слоев в верхнем и нижнем уровнях. Это недвусмысленно является отсылкой к шаманской картине мира. Во-вторых, Единое, хоть и не имеет формы, но имеет характеристику (оно одно), позволяющую противопоставить его какому-либо множеству. И при этом в нем покоится вся Вселенная, а само оно находится в хаосе. В-третьих, оно служит заставой для Дао. Далее в «Хуайнаньцзы» есть следующий текст: «Было бытие. Тьма вещей во множестве пустила корневища и корни, образовались ветви и листья. …Это уже можно было подержать в руке и измерить» [1485]. Единое порождает тьму вещей, как дерево порождает ветви и листья. В то же время оно пускает корни и корневища, то есть укореняется в бытии.

В «Ле-цзы» процесс космогенеза имеет много общего с приведенными выше текстами из «Хуайнаньцзы». «Хаос означает смешение всех вещей, еще не отделившихся друг от друга. Всматривайся в него – и не увидишь, вслушивайся в него – и не услышишь. Посему он зовется «простотой». Простое не имеет ни формы, ни границ. Претерпев превращения, оно стало Единым, а из Единого оно стало семью, семь же превратилось в девять. На девятке превращения исчерпываются и снова приходят к единице… Чистое и легкое поднялось вверх и образовало небо, грязное и тяжелое опустилось вниз и образовало землю, а дыхание, пронизавшее и то и другое, породило человека. Вот так Небеса и Земля заключили в себе семя всего живого, и все сущее обрело жизнь» [1486]. Получается, что хаос (или простота) изначален. Затем в результате каких-то превращений он становится Единым, то есть потенциальным носителем оппозиции «единое/многое», а значит, и всего многообразия мира. Хаос и Единое из этих текстов аналогичны понятиям «у-цзи» (Беспредельное) и «тайцзи» (Великий предел). Превращение Хаоса в Единое никак не проявляется вовне. Единое отличается от Хаоса только своей потенцией, своей возможностью разделения на инь и ян, на тьму и свет. В шаманских традициях также хаос негласно содержит в себе возможность для разделения. Где-то на дне Мирового океана находится земля, и требуется приложить большие усилия, чтобы ее достать и таким образом сделать явной скрытую двойственность бытия, а именно разделение на воду и сушу. Выше (Глава 3) уже шла речь о том, что основу многих сибирских космогоний составляло отделение света от тьмы. В китайской традиции свет является сыном Бесформенного, то есть его первым порождением, доступным восприятию. У истоков космогенеза находится и вода. «Бесформенное – великий порядок вещей. Его сын – свет, его внук – вода. Свет можно видеть, но нельзя зажать в ладони, воде можно следовать, но нельзя ее уничтожить» [1487]. Также выше говорилось о том, что в описаниях космогонического процесса активно использовалась символика чисел 7 и 9. По всей видимости, даосская традиция взяла за основу первичную интуицию мифологического сознания для выработки собственной оригинальной концепции космогенеза.

И, конечно же, необходимо выяснить, какое влияние мог иметь шаманизм при выработке концепции Дао. Уже в «Дао дэ цзин» Дао содержит черты как хаоса, так и единого. «Дао бестелесно, туманно и неопределенно. В его туманности и неопределенности содержатся образы, вещи, тончайшие частицы». «Дао рождает одно, одно рождает два, два рождают три, а три рождают все существа. Все существа носят в себе инь и ян, наполнены ци и образуют гармонию» [1488]. Давайте вспомним, что в даосизме Полярная звезда выполняла функции мировой оси и называлась «осью Дао». В обыденном языке «дао» означало: а) путь, закономерность, принцип; б) дорогу, обычный путь; в) говорить [1489]. В шаманских традициях символизм Мировой оси (дерева) воплощает собой концепцию шаманского пути, то есть способности пространственных перемещений, а также получения сокровенного знания или поэтического дара. В значительной степени сама речь (в устах сакральных лиц) воспринималась как нить или дорога, протягиваемая от мира людей в мир богов или духов. Поэтому все три варианта перевода слова ʽдаоʼ прекрасно укладываются в рамки шаманских представлений о сакральном центре, соединяющем миры. Дао – это путь, по которому идет человек, стремящийся обрести сокровенное знание. Дао – это источник бытия и гарант космического порядка. Дао – это постоянное движение, в котором пребывает тьма вещей: «Дао выходит из одного источника, проходит девять врат, расходится по шести дорогам…» [1490]. И в то же время Дао – это то неизменное, что содержит в себе изменчивый мир вещей, или, скорее, оно воплощает собой единство изменчивости и неизменности. Дао одновременно является границей и дорогой, которая преодолевает все границы. (Вспомним Мировое дерево в шаманизме, которое было дорогой, соединяющей миры, и в то же время устанавливало четкие границы этих миров.)

В даосизме большое значение придавалось проблеме восприятия. В этом смысле исследователями даосизма неоднократно отмечалось, что даосская философия типологически сопоставима с философией Гуссерля и Хайдеггера [1491]. Небытие –