Космология и практика сибирского шаманизма - Елена Вадимовна Нам

лица довольно долго вызревала в рамках шаманского мировоззрения и очень медленно обретала свой самостоятельный облик. То же самое касается и даосской космологии, которая в значительной степени несет на себе черты мифологической эпохи.

Парадоксальная природа Дао также является наследницей мифопоэтического сознания, поскольку философская мысль даосизма не отбросила, а по-своему переработала и усвоила мыслительный опыт предыдущей эпохи. Дао – это путь, дорога, которую шаман прокладывает из мира людей в мир духов, и вместе с тем это сакральный центр, соединяющий миры. В то же время Дао в даосизме – это результат философской рефлексии, стремящейся выйти, как за границы утилитарных практик, так и за пределы бытия, в добытийное состояние мира. Таким образом, мы можем сказать, что даос стремится выйти за пределы космического порядка, который шаман хочет сохранить как залог благополучия социума.

Эффективность применения феноменологической методологии можно проследить в сравнительном анализе шаманских и даосских телесных практик. В даосской традиции можно выделить два основных опыта культурной идентификации, которые были проанализированы в шаманизме: идентификация «своего» мира и идентификация «своего» тела. Более того, в даосской философии можно проследить рефлексию по поводу первичного опыта соприкосновения с реальностью. Здесь мы встречаем феноменологические описания безграничности и неопределенности существования-в-себе, двуединства и постепенной поляризации существования-для-себя и, наконец, перетекания одних форм в другие в рамках существовании-для-других. Даосские философы использовали основы шаманского мировоззрения и практический опыт телесных трансформаций шаманов для создания практик по выходу за пределы знаковой реальности, для открытия пути к бессмертию. Даосские практики, в отличие от шаманских, иллюстрирующих феноменологическую ситуацию «качания» между существованием-для-себя и сущестовованием-для-других, предлагают путь «кругового вращения» с последующим выходом к существованию-в-себе. На наш взгляд, феноменологический анализ даосской философии и даосских практик прекрасно коррелирует с самой даосской философской традицией, методологически близкой к феноменологическому дискурсу.

Заключение

Один из наиболее характерных механизмов формирования системы представлений о мире в рамках традиционного мировоззрения – перевод природных объектов в разряд культурных символов, придание им дополнительных значений, выходящих за рамки их природного функционирования, и таким образом – наведение смысловых «мостов» или «переправ» между миром природы и миром культуры. Механизмы такого «перевода» были запечатлены в многочисленных космогонических и этиологических мифах, повествующих о демиургах, культурных героях и шаманах, осуществляющих культурную трансформацию реальности. Такого рода мифы являются «памятью» человечества, они составляют мировоззренческую основу архаических и традиционных (в том числе шаманистических) культур, освящают многочисленные ритуальные практики, открывают нам загадки мыслительной деятельности наших далеких предков. В них заключены основные принципы культурной коммуникации, отражающие период становления нашего мышления. Архаические и традиционные культуры демонстрируют нам не бессилие мысли древнего человека, а ее мощь, поскольку потребовались титанические усилия, чтобы сформировать символическую (мифологическую) картину мира – первую картину мира, которая четко отпечаталась в памяти человечества.

С учетом проведенных исследований, можно сделать вывод о том, что переход от мира природы к миру культуры, от непрерывности к дискретности, от беззнаковой реальности к миру знаков происходил постепенно. В рамках феноменологического анализа были выделены три основные способа существования человека. Существование-в-себе осуществляется полностью в природном контексте. Существование-для-других – это погружение человека в мир культуры. Однако в этой дихотомии есть посредник (что соответствует теории медиации К. Леви-Строса) – существование-для-себя. Одна из главных особенностей мифологического мышления – отсутствие жесткого противопоставления мира природы и мира культуры. Они скорее постоянно перетекают друг в друга. Это связано со способностью первобытного человека достаточно свободно возвращаться к существованию-для-себя, переживаемому как сакральная реальность, в противоположность реальности профанной.

Смысловые мосты, соединившие мир природы и мир культуры, создавались для того, чтобы человеческая мысль непрерывно путешествовала. Конструирование различных миров было характерной особенностью формирования пространственно-временной структуры реальности. Только так можно было сформулировать идею альтернативности, неоднородности, позволяющую поддерживать гибкость и активность мысли. Шаман-путешественник как особое ритуальное лицо архаических и традиционных культур является наследником ранних вариантов переживания человеком своего присутствия в мире. Переход в мир культуры осуществлялся не сразу. Прежде чем обжить свой мир, человек много путешествовал по разным мирам, в то же время создавая их неповторимый облик.

Как универсальный коммуникатор, поддерживающий контакты и в то же время определенную дистанцию между миром природы и миром культуры, шаман выполнял еще одну важнейшую функцию – функцию интеграции. Видимая неоднородность реальности и альтернативность миров грозили распадом, утратой главного завоевания мысли – осознания целостности бытия. В качестве цементирующего начала, скрепляющего все многообразие мира, выступали сакральные образцы, запечатленные в мифах и таким образом сохраненные в памяти. Роль таких образцов выполняли доминантные символы, которыми буквально пронизана вся ритуальная деятельность шамана. Надевая свой костюм и беря в руки бубен или посох, шаман сам становился символом единства и сакральной укорененности определенной социальной общности. Постоянно сверяясь со священными образцами, человек получал возможность мысленного овладения столь опасной для него пестротой окружающей реальности. Так он смог сохранить свою культурную идентичность, постоянно помнить, какие смыслы вкладываются в слово «человек» и во все то, что с ним связано.

По итогам проведенного исследования мы можем сделать конкретные выводы.

Для теоретико-методологического обеспечения исследования были рассмотрены различные методологические подходы: социально-исторические теории, позволяющие изучать шаманизм по оси диахронического анализа, функциональный и структурно-семиотический методы, позволяющие изучать механизмы функционирования социальных институтов и особенности мышления по оси синхронии, социально-исторический метод, позволяющий совмещать диахронный и синхронный анализ. Были сформулированы актуальные на сегодняшний день принципы исследования шаманизма:

1) Отход от эволюционно-монистического взгляда на традиционные общества и рассмотрение шаманизма как органического сегмента этнических мировоззренческих систем, содержащего центральную идею и ряд «доминантных» символов, которые ее выражают;

2) Отход от религиозной детерминированности в характеристике шаманизма, рассмотрение его как системы представлений о мире и месте в нем человека;

3) Рассмотрение шаманизма как системы представлений в контексте мифологического мировосприятия;

4) Рассмотрение шаманизма как знаковой системы, в рамках которой были выработаны различные варианты коммуникации, обмена ценностями, расшифровки и передачи информации из различных семиотических зон.

В процессе исследования было выявлено, что традиционные мировоззренческие системы народов Сибири предполагают сосуществование большого количества ритуальных специалистов. Принципиальное различие между ними заключается в том, что их деятельность представляла собой культурные варианты коммуникации, различные способы установления и реализации диалогических отношений с «духовной» реальностью. В рамках шаманистических культур духовная реальность (а точнее – мир духов) – это не мир сакрального, это мир, а точнее, миры альтернативной профанности. Поэтому вариантов коммуникации с этими мирами могло быть множество. Происхождение всех ритуальных лиц могло быть независимым и опираться на различные варианты коммуникативного опыта. В то же время общение с миром духов предполагает открытость и возможность для совмещения и пересечения различных видов подобного опыта.

Терминологический и функциональный