Капитан Фантом. Том 2 - Поль Анри Феваль

Максвелл, который вышел сразу за Маккензи, сказал ему:

– Если останемся живы, лейтенант, то сыграем в эту дьявольскую игру. Вечером перед сном мы могли бы в штабе покидать кости.

В харчевне, где по-прежнему находились хозяйка и лодочник Мартин Диего, остался один Черный Комин. Старуха, очень довольная оставленным вознаграждением, убирала со стола. Мартин Диего вернулся в свой угол и с удовольствием приканчивал бутылку вина. Комин обхватил голову руками и размышлял.

Внезапно он поднялся и, ни слова не говоря, покинул харчевню. Мартин Диего запил последний кусок баранины последним глотком вина и отправился за ним.

Лошади у Комина не было, и он шел пешком. Лодочник заметил его, когда тот был уже в конце улицы. Лэрд быстро шагал в сторону английского штаба.

Ночь выдалась очень темная. Неизвестно, долго ли в тот день Мартин Диего работал веслами, но у него ломило поясницу, а ноги совершенно задеревенели. Шел он с трудом и, казалось, падал от усталости. Внезапно в ночи показалось чье-то на удивление белое лицо. Диего остановился и сказал:

– Все нормально… Ты здесь один?

– Здесь все четверо, – ответил человек с белым лицом.

– А ваши лошади?

– Лошади тоже здесь.

– Отлично, – сказал Мартин Диего. – Следуйте за мной, но держитесь подальше и ожидайте.

Разговор продолжался несколько мгновений, однако Мартину Диего пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы компенсировать отставание. Комин шел очень быстро. Тем не менее Мартин нагнал его у монастыря иеронимитов и подошел так близко, что Комин услышал звук его шагов.

Он узнал лодочника из харчевни, прижался к стене и, когда тот поравнялся с ним, мощной рукой схватил его за шиворот и спросил:

– Почему ты меня преследуешь? Что тебе надо от меня?

В его левой руке блестел шотландский нож.

Мартин Диего не стал оказывать сопротивление и с вызовом ответил:

– Вы правы, сеньор, я шел за вами. Уберите ваш нож. Мне тоже надо зарабатывать на жизнь.

– А заработаешь на свою смерть, если не ответишь быстро и четко… Что тебе надо от меня?

– Сеньор, – спокойно ответил лодочник, – мои жена и дети находятся в Толедо, и я должен их кормить. Если вы меня убьете, то они просто быстрее умрут с голоду. Вы говорили о том человеке, которого мой товарищ отвез по реке. Я понимаю толк в мести. Вы жаждете крови этого человека, и я хотел предложить вам мою лодку.

Черный Комин на секунду задумался, а затем отпустил преследователя.

– Иди своей дорогой, – сказал он, – мне не нужна твоя лодка.

– Тем хуже для вас, сеньор, – не трогаясь с места, ответил Мартин Диего. – Но потом вы заговорили о неких дамах… Я знаю толк в любви. Предлагаю вам мой кинжал и мою руку.

Черный Комин вновь задумался.

– Дружище, – сказал он наконец, – ты ошибся дважды. Речь не идет ни о мести, ни о любви. Я английский офицер и служу только Англии. Беглец, которого твой товарищ отвез в своей лодке, является французским шпионом. Поэтому я его и преследую. Что касается дам, то у французского шпиона имеется любовница. Она тоже шпионка, причем смелая и очень опасная. У меня есть приказ. Я должен схватить эту женщину.

Мартин Диего закатал рукава своей коричневой рубахи и с жутким хладнокровием сказал:

– Может статься, что английскому офицеру будет неприятно убивать женщину. А мы, бедные люди, готовы выполнить любую работу.

– Нет, – с еще большим спокойствием отозвался Комин, – я не испытываю отвращения к убийству. Но я один, а дом может быть под охраной. Ты получишь десять пистолей, если поможешь мне проникнуть в дом, а затем постоишь на часах.

– Я готов выполнить любой приказ сеньора.

Таким образом, пакт был заключен. Комин двинулся дальше и вскоре оказался перед домом, который ему указали. Двери и окна дома были закрыты, но он был к этому готов.

Мартин Диего прижался к стене, чтобы его не заметили сквозь жалюзи, а Комин подошел вплотную к двери и три раза ударил молотком.

Открылось окно, и голос из-за жалюзи спросил:

– Кто вы и что вы хотите?

Комин, изменив голос, ласково произнес:

– Это я. Откройте быстрее, я пришел за вами…

– Кто вы?

– Вы не узнаёте меня? Это я, Сезар де Шабанель.

Послышался радостный крик.

Мартин Диего схватился за сердце.

– Внимание! – тихо произнес лэрд.

Хорошо укрепленная дверь открылась, и на пороге с лампой в руке показалась Хоакина. Увидев Комина, она с усилием попыталась захлопнуть створку двери, но Мартин Диего подставил ногу и помешал ей осуществить задуманное.

Комин с пистолетом в руке ворвался в дом. Он оттолкнул Хоакину, которая силой и мольбами пыталась его остановить. Она вцепилась в его одежду, и Комин проволок ее в комнату, в которой находились перепуганные донья Менсиа и Лилиа.

А захлебывающаяся от ярости Хоакина вопила:

– Убийца Анхеля! Убийца Бланш! Убийца! Убийца! Убийца!

Затем она, словно безумная, повисла на шее Комина, громко крича:

– Отец! Ведь вы мой отец! Пожалейте ее!

Лэрд, не глядя на девушку, оттолкнул ее и тихо сказал:

– Да, я твой отец и действую в твоих интересах.

Мартин Диего остался снаружи и охранял вход.

Менсиа и Лилиа ожидали, что будет дальше. Менсиа была перепугана, а смертельно бледная Лилиа выглядело смело и вызывающе. Комин остановился на пороге комнаты.

– Лилиа без роду и племени, – произнес он, заряжая пистолет, – она же Хуанита Леонская и она же Хоакина де Кабаниль, вы приговорены к смерти за пособничество главному курьеру. Солдат, который в любом месте обнаружил