Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

венецианской базилики (возведенной в 828 г. специально для хранения мощей Св. Марка, согласно легенде тайно вывезенных из египетской Александрии двумя венецианскими купцами). Изначально прокуратор был один и назначался непосредственно дожем; впоследствии, как это было с рядом других магистратур, число членов коллегии увеличилось до девяти, а прерогатива назначения перешла к Большому совету. В сферу деятельности прокураторов входили различные вопросы общественного характера, как то: надзор за содержанием сирот, ведение деятельности богоугодных заведений, организаций милосердия и помощи населению в различных кварталах Венеции. Благородство миссии и одновременно ее государственный характер (ибо именно от лица государства велась вся эта работа), приближенность к высшим должностным лицам возводили прокураторов на самую вершину венецианской структуры власти: по степени оказываемых почестей и общественного уважения они уступали только самому дожу Местом заседаний коллегии прокураторов стали боковые залы дворца на площади Св. Марка, что также подчеркивало их значимость. Должность прокуратора рассматривалась как важный этап государственной карьеры, на котором получивший ее патриций мог набрать вес в обществе или более чем достойно завершить свою работу на административных постах.

Совет десяти

Совет десяти, об истории и функциях которого следует рассказать подробнее, появился значительно позже уже рассмотренных нами институтов управления. В отличие от должности дожа и деятельности Большого совета, начальный период существования которых практически лишен точных датировок по причине отсутствия достоверных свидетельств, в отношении Совета десяти мы можем оперировать точными датами и с уверенностью проследить предпосылки его создания: Совет десяти был образован для борьбы с последствиями заговора Тьеполо-Кверини.

Заговор Тьеполо-Кверини является, безусловно, одним из важнейших эпизодов истории Республики Св. Марка; для исследователей это событие представляет интерес как серьезный тест на прочность всей венецианской системы управления, пройденный, как известно, с минимальным замешательством и скорым успехом. Во главе заговора, целью которого был захват власти несколькими семьями и, как следствие, превращение Республики в синьорию, встал Байамонте Тьеполо, сын Якопо Тьеполо младшего, внук дожа Лоренцо Тьеполо и правнук дожа Якопо-старшего. Уже одно перечисление имен членов его семьи дает исчерпывающее представление о положении Байамонте в венецианском обществе: упомянем лишь, что «серрата» Большого совета его никоим образом не коснулась, и венецианские законы давали ему полное право принимать непосредственное участие в управлении государством. Все его родственники занимали посты в различных венецианских магистратурах; сам он незадолго до описываемых событий был избран в Кварантию. Таким образом, как кажется, причин для недовольства и открытого выступления против республиканских устоев у него не было. Однако, по предположению ряда исследователей, именно комфортное положение во власти и могло стать тем ключевым фактором, который подтолкнул Тьеполо к попытке полного захвата управления в свои руки. К тому же, этому решению благоприятствовала общая политическая ситуация: за несколько недель до выступления Венецией была предпринята попытка завоевать город Феррару, закончившаяся полным поражением. Экспансия против Феррары активно поддерживалась дожем Градениго; оппозицию ему составляли гвельфы, сторонники папы, активно пытавшиеся, как следствие, воспрепятствовать захвату папского города. В конечном итоге Венеция потерпела поражение. К военным неудачам добавился наложенный папой интердикт, запрещавший всем христианам вести какие-либо отношения с венецианцами. Обычная практика воздействия на противника, неоднократно используемая Святым престолом в военных и дипломатических конфликтах, как и прежде, оказалась эффективной: прибыли от торговли резко сократились, сделки застопорились, множеству планов не дано было осуществиться. Это не могло не вызвать недовольства в венецианском обществе, которым и хотели воспользоваться заговорщики Байамонте Тьеполо и примкнувший к нему Марко Кверини, возглавлявший венецианское войско в окончившейся фиаско войне с Феррарой.

По их замыслу, выступление должно было состояться на рассвете 14 июня 1310 г. Выступив из дворца Кверини, бунтовщики должны были общей группой дойти до Риальто и затем разделиться: предполагалось, что часть под предводительством Марко Кверини отправится к площади ев. Марка, в то время как остальные, возглавляемые Байамонте Тьеполо, должны были продвигаться к городскому рынку и складам с продовольствием. Однако в планы заговорщиков вмешались непредвиденные обстоятельства: сильная буря, разыгравшаяся ночью, продолжилась наутро сильным дождем, и оглушительный гром почти заглушал голоса бунтовщиков, скандировавших: «Свобода! Свобода!» Тем временем о бунте узнали во дворце дожей: туда были спешно созваны члены Малого совета, главы Кварантии и некоторых ведущих магистратур, специальный посол был направлен оповестить военный гарнизон в Кьодже и на островах Торчелло и Мурано. Таким образом, к моменту появления заговорщиков на главной площади Венеции все необходимые меры уже были приняты, и отданные распоряжения не допускали ни малейшей вероятности пощады возмутителям спокойствия. Марко Кверини был убит охранником дворца практически сразу же после появления возглавляемого им отряда на площади Св. Марка; его сторонники рассеялись и обратились в бегство. Аналогичным образом войскам дожа удалось справиться с отрядом Байамонте Тьеполо. Важно отметить, что заговорщики не получили абсолютно никакой поддержки населения. Тех, кто не пал на поле боя, ожидала тюрьма, многих — казнь.

Несмотря на столь скорое и безапелляционное подавление восстания, многие в высших государственных органах Республики разделяли сомнение, что угроза повторения событий полностью исключена. Основные виновные были наказаны, но кто-то, без сомнения, остался на свободе или, более того, во власти, учитывая широкий круг знакомств Байамонте Тьеполо и Марко Кверини. В качестве превентивной меры 10 июля 1310 г. был образован особый орган контроля — Совет десяти: его члены наделялись широкими полномочиями в целях борьбы с заговорщиками и устранения всех последствий восстания, включая и тех, кто был вовлечен в него косвенно или принимал в нем непосредственное участие. В документе, объявлявшем о создании Совета десяти, был указан и срок прекращения его работы 29 сентября 1310 г.; таким образом, предполагалось, что двух с половиной месяцев будет вполне достаточно для полной нормализации обстановки.

Структура Совета десяти была не нова и повторяла в общих чертах принцип организации других венецианских магистратур. Многие из них состояли именно из десяти членов: как считалось, это количество было оптимальным для эффективной деятельности и полностью исключало возможность чрезмерной концентрации власти в руках кого-либо из магистратов. В таком виде Совет десяти просуществовал до конца сентября, однако к завершению отведенного ему срока выяснилось, что ситуация продолжала оставаться напряженной, и последствия заговора еще не были устранены в полной мере, по причине чего мандат Совета был продлен на два месяца. Аналогичная процедура повторилась и по прошествии двух месяцев, и несколько раз в дальнейшем, пока в 1311 г. не было принято решение об увеличении срока работы Совета сразу на пять лет. Наконец, 20 июля 1335 г., после неоднократных временных постановлений, Совет десяти был преобразован в постоянный орган власти и получил официальный государственный статус как еще один институт венецианской системы