Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

Глава 13.

Потестарные институты и должности в Испании в V–XV вв.

Обширные территории Пиренейского полуострова входили в состав Римской империи как провинция Испания к (Hispania). Это название закрепилось за ними и использовалось как средневековыми хронистами и королевскими писцами, так и учеными последующих эпох. В отдельную область, а затем и королевство выделилась лишь Лузитания, о которой обычно писали особо. Таким образом, под средневековой Испанией понимается целый ряд государственных образовании, рождавшихся и уходивших в Лету, сливавшихся и распадавшихся, имевших различную систему управления и формы государственности, но неизменно находившихся в тесном взаимодействии и взаимном влиянии, что, безусловно, нашло самое непосредственное отражение и в потестарных институтах. Последнее обстоятельство наряду со сложившейся историографической традицией позволяет нам объединить в общий раздел вестготский, аль-андалусский, кастильский, наваррский, каталонский и арагонский материалы.

Средние века и раннее Новое время были для Пиренейского полуострова эпохой сильнейших политических трансформации, что, разумеется, придало властным институтам и возникшим здесь должностям известное своеобразие. Вестготское королевство, возникшее на месте римской провинции, унаследовало многое в представлениях о природе и функциях публичной власти у римлян, что ярче всего прослеживается по сочинениям ученых-эрудитов той эпохи, законам. В то же время германские порядки обладали не меньшим влиянием, поначалу переплетаясь в сфере управления с римскими, а постепенно и потеснив их, благодаря чему частноправовые отношения в Испании, как и в остальной Западной Европе, преобладали, нагляднее всего воплощаясь в таком институте, как Двор.

Испанской особенностью следует считать и то обстоятельство, что оформление государственности и выработка теоретической и законодательной базы политической власти шли при активном участии церковных иерархов. Влияние христианской церкви, безусловно, присутствовавшее не только на Пиренейском полуострове, здесь, однако, приобрело институциональную форму в виде Толедских соборов, акты которых до сих пор остаются неоценимым источником по интересующему нас предмету.

Еще одним немаловажным фактором, под воздействием которого складывались придворные должности Вестготского королевства, был опыт северного соседа — Франкской державы.

Раннесредневековые источники, к сожалению, сообщают мало сведений о местном управлении, гораздо больше внимания уделяя должностям центрального аппарата, хотя и они представляются весьма расплывчато, что во многом было связано с соединением в них публичных и частноправовых функций.

В VIII в. Вестготская монархия пала под ударами мусульман, и на территории Испании возникло обширное государство, по природе своей теократическое, получившее в современной научной литературе название Аль-Андалус. После недолгого периода становления власти, когда все управление было сосредоточено в военных структурах, Аль-Андалус пережил административную реформу, следствием которой стало быстрое формирование центрального аппарата с четко выраженной иерархией должностей, который специально предусмотренным образом сообщался с местными органами управления.

Особенностью центральной администрации Аль-Андалуса было ее разделение на две части государственную канцелярию и финансовое ведомство, которое отличалось наибольшей централизованностью. Такой порядок стремились сохранять даже во времена политического упадка.

Примечательно, что система управления, созданная в Кордове, воспроизводилась по мере возможностей и после исчезновения Халифата с политической карты — в разрозненных мелких мусульманских государственных образованиях, имевших скорее монархическую форму правления, нежели теократическую.

История Аль-Андалуса изобилует сочинениями, опираясь на которые можно реконструировать общую картину должностей и потестарных институтов, среди которых и хроники, и истории, и юридические трактаты, и сборники фетв, и биографические словари, и художественная литература, и надгробные эпитафии.

Мусульманское присутствие оставило глубокий след в системе управления и в наименовании должностей, существовавших уже в рамках христианских королевств Испании. В наследство Кастилии и Арагону досталась, кроме того, конфессиональная многоукладность, свойственная мусульманскому обществу и аппарату, вызвавшая к жизни многие характерные только для Испании должности, в ведении которых находилось управление мусульманскими и иудейскими общинами или контроль над ними.

Рядом с обширными мусульманскими владениями на севере полуострова продолжали существовать небольшие христианские графства и королевства, не имевшие ни возможности, ни потребности сохранять вестготский опыт. Об их управлении осталось не так много свидетельств, которые собираются по крупицам в хрониках и актовом материале. Частноправовые начала устроения власти имели здесь первостепенное значение, что проявилось и в концентрации публичных и частных функций во дворце государя Palatium, и в формировании королевской курии, испытавшей сильное франкское влияние, и в высокой самостоятельности территориальных управителей. Последнее обстоятельство было напрямую связано с условиями Реконкисты и постепенно привело к складыванию сеньориального управления. Однако роль монарха по-прежнему была весьма высокой, чему в немалой степени способствовало право государя распоряжаться ресурсами всего королевства, а не только своим патримонием. Можно утверждать, что его власть была значительно крепче и обеспеченнее, чем власть других европейских монархов.

Уже во второй половине XII в. на заседаниях королевской курии появлялись представители от городов, что дает исследователям основание говорить о возникновении на Пиренейском полуострове одних из первых в Европе сословно-представительных органов кортесов. Прошения, поступавшие в королевскую курию от сословий, и принимавшиеся королем решения и законы нашли отражение в актах кортесов.

С успехами Реконкисты на Пиренейском полуострове сложился особый институт королевских управителей пограничных земель, концентрировавших в своих руках власть над обширными территориями.

Ещё одной своеобразной чертой местного управления начиная с XIII в. явилась развитая муниципальная администрация, бравшая на себя функции по управлению городом и округой. С конца столетия королевская власть начала активно поддерживать консехо, т. к. была в них заинтересована и, стремясь контролировать городские органы самоуправления, назначала туда королевских должностных лиц.

XIV в. принес много нового в систему центрального аппарата, переживавшего эпоху реформирования и упорядочивания, с одной стороны, которая хорошо известна по королевскому законодательству и регламентам, а с другой стороны, сильно разросшегося в том числе и за счет почетных должностей. В это же время оформляется как самостоятельный и централизованный орган королевской администрации канцелярия. Публичные должности постепенно переходят в ведение юристов, отделяясь от частных дворцовых.

Известным своеобразием отличалась система управления Арагонской Короны, поскольку она представляла собой в классическое и позднее Средневековье конфедеративное государство, объединявшее под рукой одного монарха земли, которые обладали автономным статусом и собственными органами сословного представительства и центрального аппарата. Стремление отстаивать свою политическую независимость в рамках Арагонской монархии наиболее ярко проявилось в оформлении специального, призванного контролировать деятельность государя, органа — т. н. Дипутасьон, возникшей в Каталонии и имевшей серьезный политический вес.

О потестарных институтах и должностях, существовавших на Пиренейском полуострове в классическое Средневековье, мы узнаем, кроме того, из фуэро, королевского законодательства, в том числе из обширных сводов законов, таких, например, как Семь Партид короля Альфонсо Мудрого, из грамот, королевских и сеньориальных, из монастырских и соборных формуляриев и документов, из актов городских советов, самыми знаменитыми из которых являются установления Барселонского совета — т. н. «Обычаи».

В позднее Средневековье к уже традиционным источникам прибавляются королевские Ордонансы, регламентировавшие жизнь двора,