Необыкновенные куры для лучшего фермера-птицевода - Келли Джонс

не восемь. И у меня тоже бывают свои дела. А до города всего три километра, так что, даже если сдуется колесо или слетит цепь, я сумею докатить велосипед до дома. К тому же до города ведёт всего одна дорога, если они вдруг начнут волноваться, достаточно просто сесть в машину и проехать немного – они меня без труда найдут. В конце концов родители согласились. Я пообещала, что если зайду куда-нибудь ещё кроме библиотеки, то пристегну велосипед перед входом, чтобы они сразу его заметили и поняли, где я.

Я и в самом деле ехала очень осторожно. Обочина шоссе не очень широкая, а люди порой ужасно торопятся. Не хотелось бы свалиться в заросший травой кювет у дороги. (Папа рассказывал, что ты водил его весной ловить головастиков в этом кювете, а потом из них вырастали лягушки, но сейчас слишком жарко и сухо, так что там даже воды нет.) Между городом и нашей фермой много холмов, и ноги мои порядком устали, пока я туда катила.

Большая часть домов в городе словно из старых времён, может быть, из лет твоей юности – с высокими красивыми фасадами, как в фильмах о Диком Западе. И там полно магазинов для туристов, мне в них делать нечего. Но я люблю рассматривать витрину книжной лавки. Тебе наверняка это тоже нравилось. У тебя было много книг – вся гостиная в книжных полках, жаль только, что там детских совсем мало.

Библиотека тоже старая, но новее остальных зданий в городе. Я привязала велосипед и вошла внутрь. Мисс О’Мэлли помогла мне найти ещё книги про кур (она решила, что мне понравится одна под названием «Прейри Эверс»[10] и ещё «Большое куриное бегство, фиаско, разгром»[11] – название интересное). Я вернула ей «Куриный переполох в Хобокене», хотя новая курица не успела его послушать. Может быть, я опять возьму её, если эти книги мне не понравятся.

В библиотеке у окна сидела девочка, у неё были каштановые волосы и карие глаза, примерно моего возраста. Она читала книгу о ламах. Может, у неё есть лама? Она подняла взгляд от книги и улыбнулась мне, а я улыбнулась в ответ. Но я не нашла, что ей сказать, ведь я ничего не знаю о ламах. Так что я сунула свои книги в рюкзак и покатила к магазину для фермеров. Может быть, я её ещё встречу в другой раз и тогда спрошу о ламах. Если снова не застесняюсь.

Мне нравится магазин для фермеров. Там есть почти всё: хозяйственные товары, корма, детали для тракторов, растения, большие мешки отравы для насекомых и сорняков, банки с краской и даже животные. Но цыплят у них сейчас нет, потому что не сезон. Джейн, которая работает в отделе красок, сказала, что весной у них их полным-полно, а иногда и утята бывают. Она заметила, что я любовалась листочками с палитрами красок, и предложила мне взять несколько, но я покачала головой. Мама говорит, что не следует брать то, что не собираешься использовать, даже если это просто бумажки с образцами красок. Мы всё ещё освобождаем дом от старых вещей, так что пока я даже стены не могу толком разглядеть. Но я уже решила, в какой цвет покрашу свою комнату, если на это будут деньги. Я выбрала очень красивый жёлтый оттенок – словно пух цыплёнка, он называется «небо в подсолнухах». Правда, отличное название?

Но сегодня я приехала туда не для того, чтобы просто поглазеть, как бывает, когда я прихожу с папой и он целую вечность выбирает, какую проволоку купить. Сегодня мне надо было разобраться в кормах для кур и узнать, что почём. Я уже подсчитала, что корма для Генриетты мне хватит до конца каникул, но теперь у меня появилась ещё и невидимая курица. Плюс Агнес говорит, что та чёрная – тоже одна из моих, только я не знаю пока, как её поймать. А мне надо всё рассчитать, прежде чем рассказать маме и папе о других курах.

Корм продают в очень больших мешках. Я боялась, что это дорого, но оказалось – не больше тридцати долларов. Конечно, для меня и моих родителей это всё равно дороговато, ведь денег у нас нет совсем.

Я прошла в другой ряд – туда, где стояли кормушки и совки, мне надо было подумать. Там я увидела красивую металлическую банку, на ней было написано «поилка» и нарисован счастливый клевер с четырьмя лепестками, а другая банка, открытая сверху, называлась «кормушка». Если у меня когда-нибудь будут деньги, я куплю их для Генриетты. Они как раз подойдут в её домик.

Я брела вдоль этого ряда и вдруг услышала, как кто-то спрашивает совета, как лечить больную курицу. У меня сердце ёкнуло, я замерла и прислушалась. Вдруг мои куры тоже заболеют, а я ничего не знаю об их болезнях. Неплохо бы и мне подучиться.

Продавщица, кажется, была опытная. Она отвечала дружелюбно и со знанием дела и предложила несколько недорогих средств: ванночки с английской солью и добавление к корму оливкового масла. А ещё посоветовала на несколько дней поместить курицу в тихое тёмное место. Она пригласила покупательницу обращаться снова, если понадобится ещё помощь. Они приближались, я увидела их в конце ряда.

Дорогой дедушка Джим, мне очень жаль говорить тебе об этом, но та дама, что давала советы, оказалась мисс Григсон. Надеюсь, ты хочешь, чтобы твои куры достались не ей, а мне.

С любовью,

Софи

P. S. Признаюсь, я рада, что ты не можешь написать в ответ и велеть отдать моих кур.

P. P. S. Я очень стараюсь поскорее всему научиться.

P. P. P. S. Папа так и не получил работу. Он очень огорчается. Вот если бы он разбирался в сельском хозяйстве, то мог бы работать в магазине для фермеров.

P. P. P. P. S. Может быть, я возьму для него книги о фермах, когда снова пойду в библиотеку.

21 июня

Агнес

Редвуд – товары для фермеров

Грейвенстайн, Калифорния 95472

Нет. И не думайте присылать кого-нибудь за моими курами. Вы велели мне их никому не отдавать. Вот я и не отдам. Мне всё равно, что за ними сложнее ухаживать, чем за обычными курами, и неважно,