Необыкновенные куры для лучшего фермера-птицевода - Келли Джонс

потом появилась курочка-хамелеон, и, кажется, чёрная рябая тоже решила остаться. (Я хочу назвать её Бегунья, так зовут кукушку-подорожника из мультфильма, а она на неё очень похожа.) Вот только я пока не рассказала о новеньких родителям.

Когда я вернулась домой днём, папа был занят изучением твоего старого телефона (ну, ты знаешь, того допотопного, что висит на стене), кажется, он хотел его разобрать. Может быть, тяга к технике у него от тебя. Но только детали, побывав у папы в руках, не всегда потом встают обратно на место. Конечно, мне следовало бы встревожиться, но в здешних краях у меня нет друзей и звонить некому, так что пусть делает с телефоном что хочет.

– Софи, тебе звонил Грегори с почты.

С этими словами папа протянул мне клочок бумаги. У меня сердце ёкнуло. Грегори мне нравится, но зачем ему звонить мне, если он и так сегодня привезёт нам почту? Я каждый день встречаю его у почтового ящика, поскольку из окна сарая вижу, когда он подъезжает. Хорошие новости, как правило, могут подождать, а вот плохие – нет. Я долго смотрела на номер на бумажке. А потом перевела взгляд на телефон на стене.

– Папа, а как тут номер набирать?

Папа велел мне приложить один рожок на проводе к уху и говорить очень громко в воронку, вделанную в аппарат на стене. Он подставил табуретку, чтобы я дотянулась. Я сунула пальцы в отверстия и несколько раз повернула диск. Грегори сразу же ответил.

– Алло, Грегори? Это Софи Браун.

– Привет, Софи. Кажется, я нашёл ещё одну курицу Джима Брауна, когда развозил почту. Но её надо забрать сегодня. Возьмешь её или мне поискать кого другого?

Я закусила губу. Очень мило, что Грегори пытается нам помочь. Я уже рассказала ему, что мои родители не очень-то хотят заводить на ферме всякую живность, но если это и в самом деле одна из наших необыкновенных кур, Агнес наверняка бы захотела, чтобы я о ней позаботилась и чтобы она оказалась в безопасности вместе с остальными. Вряд ли кто решится держать необыкновенных кур, да и обыкновенные курицы могут не ужиться со странным чужаком вроде Генриетты. Если только почтальон не имел на примете мисс Григсон.

– Можешь подождать минутку, я спрошу папу?

Я не знала, какое из отверстий закрыть, чтобы Грегори не слышал нашего разговора, так что действовала наугад. И лихорадочно думала: мне не хотелось врать, но и услышать от папы «нет» тоже.

– Папа, нашлась ещё одна курица дедушки Джима. Грегори говорит, мы должны забрать её сегодня. Если мы не справимся с ней, он попробует подыскать другого хозяина.

(Хорошо бы под шумок рассказать папе и о двух других.)

Папа страшно рассердился. Он терпеть не может, когда люди думают, будто нам нужна помощь. (Жаль, что мне пришлось раздразнить его, но ведь надо как-то спасать этих кур.) Он прошагал к маминому кабинету и дёрнул дверь. В коридор вырвалась мамина музыка.

Я немного успокоилась и снова задумалась. Мама не любит благодеяния ещё больше, чем папа, так что, может быть, всё получится. (Люди вечно думают, что мы бедные. Они так считали, даже когда у нас были деньги, просто потому, что мы «коричневые» латинос. Мама привыкла, хотя всё равно её это злит, особенно теперь, когда у нас и правда туго с деньгами. Но не думаю, что папа когда-нибудь с этим смирится.)

Я взяла карандаш со столика в коридоре и убрала руку от трубки.

– Спасибо за ожидание, Грегори. Когда надо забрать курицу?

Повисла долгая пауза, а потом он спросил:

– Софи, а ты хоть что-нибудь знаешь об этих курах?

Грегори не сказал мне, о какой породе идёт речь, но я сразу догадалась, что он имел в виду. Выходит, почтальону известно о дедушкиных необыкновенных курах. Но Агнес велела мне никому не рассказывать, значит, и Грегори тоже. Нет, я не стану сейчас всё запутывать. Я сделала глубокий вдох.

– Да, – ответила я. – Может быть, я не очень разбираюсь в куриных болезнях, английской соли и всём таком прочем, но Агнес учила меня, как ухаживать за необыкновенными курами. И насколько могу судить, теперь я знаю о них не меньше, чем кто-либо другой в этих краях. Разве только за исключением мисс Григсон. Но тебе известно, что Агнес обо всём этом думает. Это я должна позаботиться о курице.

– Знаю, – кивнул он.

Повисла ещё одна пауза, такая долгая, что я подумала: не отключился ли телефон? Как быть, если я не прошла тест Грегори? Зачем он позвонил мне, если сомневался в том, что я смогу ухаживать за новой курицей? Наконец почтальон вздохнул.

– Только будь осторожнее, ладно?

Пока папа с мамой обсуждали, что решить, я подробно записала, куда ехать. Когда они наконец вышли и объявили мне, что я могу взять и эту новую курицу, у меня уже был подробный адрес. Я послушно передала Грегори, что мои родители согласны. Он повесил трубку, чтобы перезвонить тем, кто нашёл курицу, и сообщить, что я приеду за ней. Папа посмотрел на часы и вздохнул.

– Я опаздываю на встречу с Бобом, он обещал помочь заменить ключ у трактора. Софи, может это подождать до моего возвращения?

– Не проблема, папа, – сказала я и обняла его. А мама ушла к себе в кабинет и снова включила музыку.

Я подождала минут десять, чтобы она успела с головой уйти в работу, а потом постучала в дверь и спросила, можно ли мне пойти и самой забрать кур, поскольку это всего в миле от нас.

– Конечно, что угодно, только оставь меня в покое ещё на пятнадцать минут, – ответила мама, не поднимая головы.

Так что я решила забрать ту курицу до того, как папа вернётся и мама вспомнит, что она мне разрешила. (Не волнуйся, я оставила записку и написала, куда я ушла.) Только мне всё-таки немножко не по себе. Что если мисс Григсон там объявится? Или те люди решат, что я выгляжу недостаточно солидно и не внушаю доверия? Кажется, это важное условие, если собрался разводить кур.

С любовью,

Софи

23 июня

Марипосе Гарсии Гонсалес

В Землю мёртвых

Querida Abuelita, я раньше никогда не боялась кур. Конечно, мне не хотелось, чтобы меня клевали, а Генриетта пару раз заставила меня поволноваться, когда слишком долго на меня смотрела, но я её больше, так что вряд