Кругосветный атлас исчезнувших народов - Доминик Ланни

жителями острова Пасхи и народами, с которыми он уже встречался. Тогда Кук сделал вывод, что «они относятся к одной и той же расе, [представители которой] расселились по всем островам этого бескрайнего океана». В 1786 году на острове Пасхи останавливался Жан-Франсуа де Гало, граф Лаперуз, приплывший на Астролябии и Буссоли: «Никто из прочитавших рассказы о последних путешествиях не примет индейцев Южного моря за дикарей, – писал де Гало. – Напротив, их цивилизация достигла очень большого прогресса, и, по моему мнению, они настолько испорчены, насколько это возможно, учитывая их жизненные обстоятельства: я пришел к этому выводу, основываясь не на тех кражах, которые они не раз совершали, а на том, каким образом они их совершали». Самые бесстыдные негодяи Европы более порядочны, чем эти островитяне […]. Остановка де Гало на острове положила конец великим научным экспедициям эпохи Просвещения.

К сожалению, в начале XIX века остров Пасхи снова стал пробуждать жажду наживы; его жители становились жертвами жестоких набегов китобоев и безнравственных искателей приключений. Недоверие островитян настолько возросло, что, когда в 1816 году на остров прибыл не имевший злых намерений Коцебу[34], они закидали его камнями. В начале второй половины XIX века остров постигла страшнейшая трагедия. В 1862 году работорговцы из Перу истребили его население, похитив тысячу островитян, то есть половину всех жителей. Шестеро выживших, заболевших оспой и туберкулезом, заразили остальных жителей острова, население которого на момент появления первого миссионера в 1864 году составляло всего шестьсот человек. Однако на этом опустошение острова не закончилось. В 1868 году Жан-Батист Онезим Дютру-Борнье[35], стремившийся любой ценой установить над островом французский протекторат, устроил поджоги и кровопролития, после чего был убит. Посетив остров четыре года спустя, молодой воспитанник военно-морского училища Жюльен Вио, он же Пьер Лоти, сделал следующие заметки в своих тетрадях: «Рапануи – так называют остров Пасхи туземцы. В самом звучании этого слова, как мне кажется, заключены печаль, жестокость и мрачность… Мрачность времени, мрачность истоков или мрачность неба – толком неизвестно, что это за темнота […]». В 1888 году Чили аннексировала эти земли. Жители острова стали всего лишь призраками прославленных островитян, которые когда-то воздвигли статуи моаи.

Долгое время эти гигантские статуи, обращенные к звездам, вызывали настолько большой интерес у людей, что заставляли их выдвигать самые смелые гипотезы. Вот что писал эксцентричный Эрих фон Дэникен[36] в своей удивительной книге «Инопланетяне среди нас»: «Согласно устным преданиям, как-то давным-давно на остров приземлились летающие люди, которые показали его жителям, как добывать огонь. В этой связи нелишним будет отметить, что у некоторых каменных исполинов имеются крылья». Что касается наших дней, история и культура жителей острова Пасхи до сих пор хранят свои тайны; то же самое можно сказать и о ронго-ронго – деревянных дощечках с письменами, а также антропоморфными и зооморфными иероглифами, происхождение, время появления и значение которых остаются загадкой.

Сонгаи

Последняя из великих африканских империй

Именно в городе Кукия, в излучине реки Нигер, в VII веке переживало расцвет королевство Сонгай, которым управлял Фаран Мака Боте. Сонгай пережил значительное развитие и всего за несколько десятилетий стал одним из важнейших королевств Африки, что произошло благодаря выгодным отношениям, которые его торговцы установили с северными королевствами, в частности с Марокко, где они продавали различные товары, такие как амбра, смола, соль, труд рабов и золото, и обменивали их на зерно, ткани, оружие и украшения. Эта транссахарская торговля продолжалась на протяжении веков.

В конце VII века власть захватила династия Диа, которая удерживала ее на протяжении 600 лет. Около 1000 года правитель Коссу, или Коссой, принял ислам, что вслед за ним сделал весь его народ. Царство получило название Сонгай, а царь со своим двором обосновался в новой столице, Гао, в Нигере. Неподалеку находился пока еще небольшой город, которому предназначалось затмить Гао и стать центром транссахарской торговли, чьи пути проходили через Туат до Магриба и через Хоггар до Египта. Речь идет о Томбукту. Он служил экономической столицей царства и продолжал вдохновлять европейских исследователей столетия спустя, а также стал крупным религиозным и интеллектуальным центром. Вскоре в этом быстро растущем городе появились глинобитные постройки и величественные мечети. В XII веке, после того как Альморавиды завоевали Судан, Гао на несколько десятилетий стал мусульманским. Желая еще больше расширить влияние и границы своей территории, могущественная империя мандинка из Мали перешла к завоеванию Сонгая, который частично попал под ее контроль.

Примерно в 1275 году возникла династия Сонни. В самом конце XIII века взятый в рабство принц Али Колен совершил побег. Вернувшись в родные земли, в 1335 году он основал в Гао вторую Сонгайскую империю. В 1402 году рыцарь из Тулузы Ансельм д'Изальгие прибыл в Гао и женился на принцессе Сонгай, с которой восемь лет спустя вернулся в Окситанию, с восхищением рассказывая о роскошном дворе и величественной империи, о которой в Европе того времени почти ничего не знали.

Во время правления Али Колена Сонгай смог выйти из-под власти Мали и одержать победу над народами фульбе и туарегов. Али Великий, один из его преемников, расширил затем границы царства. В 1468 году он захватил Томбукту, а в 1473 году – Дженне, в результате чего Сонгай стал опасным соседом для империи мандинка. Его преемник Мохаммед Тур, основатель династии Аския, вернувшись из паломничества в Мекку, предпринял жесточайшую попытку обратить жителей царства в ислам. Он расширил границы царства до реки Сенегал, чтобы объединить завоеванные территории под знаменем полумесяца, привел их к процветанию, а затем превратил Гао и Томбукту в важные религиозные и интеллектуальные центры, где врачи, юристы и ученые могли обмениваться опытом. Побывавший в 1507 году в Сонгае Лев Африканский[37], который он называл «землей черных», с восхищением описывал ее в первой и седьмой книгах своего трактата «Африка – третья часть света». Империя Сонгай, занимавшая огромную территорию от Сенегала до излучины Нигера, переживала расцвет. Ее падение, вызванное династическими распрями, оказалось еще более внезапным.

В 1529 году Муса сверг своего отца. На протяжении 10 лет положение империи ухудшалось, пока другой сын Мухаммеда, Дауд, не лишил Мусу власти. Дауд восстановил королевскую власть, вернул империи Сонгай статус западноафриканской державы, возобновил торговлю с Марокко, которая находилась в упадке при его предшественниках, а также восстановил дипломатические отношения со своим султаном Ахмадом IV аль-Мансуром. После его смерти в 1589 году Сонгай восстановил былое могущество и величие. Однако мирная жизнь продлилась недолго.

В 1589 году султан Ахмад IV аль-Мансур, завидуя богатствам соседей и желая присвоить их себе, отправил первую армию, состоявшую из наемных солдат, в пустыню Тагаза, расположенную в Сонгае. В следующем году он послал вторую армию из трех тысяч человек, так как первая была измучена жарой и жаждой. Исхак II столкнулся с