На краю - Александр Капков

Он настаивал, и Ксения уступила. Они решили пожениться будущей весной. Теперь этим планам пришел конец.

Весть об аресте Антона дошла быстро. А вот за что и почему, никто не знал. Ходили одни слухи. И то глухие, неясные. С тридцать седьмого года Ксения боялась, что за ней придут. Потихоньку приучала себя к этой мысли. Просыпалась среди ночи, прислушиваясь к разным звукам на улице, а потом долго лежала без сна. Молилась. Она не считала себя верующей, не ходила в церковь. Молитвам научила бабушка. Ксения всегда произносила их про себя, когда на душе становилось тревожно. Так ей было легче. Постепенно тревога стала уходить. Она совсем было успокоилась. Но нет. Оказалось, эту беду не отвести. Пусть арестовали Антона. Не её. А вот жизнь сломали им обоим. Тоска! Черная, глубокая тоска заполнила собой существование Ксении в последующие дни.

Глава шестая. Матвеев

Человек в форме НКВД с ромбом в петлицах гимнастёрки и кожаной папкой в руке вошёл в приемную заместителя наркома. Молодой человек за секретарским столом поднял голову.

- Меня вызывали к двадцати двум часам.

Вошедший бросил взгляд на настенные часы в деревянном полированном футляре. Стрелки показывали десять без одной минуты.

– Проходите, пожалуйста, товарищ комиссар вас ждёт, – сказал секретарь.

Он встал, открыл тяжелую, обитую кожей дверь в кабинет и придержал ее, пропуская посетителя.

– Товарищ комиссар государственной безопасности первого ранга, – доложил вошедший.

– Майор госбезопасности Матвеев по вашему приказанию прибыл.

Хозяин кабинета, сидевший за столом и что-то писавший, поднял голову, блеснув стеклами круглых очков, и молча кивнул, показывая жестом левой руки, что тот может сесть. Яркий свет от абажура на столе очерчивал круг, в котором находился пишущий, оставляя все остальное пространство кабинета в тени. Посетитель четко, но совершенно бесшумно, ибо звуки шагов тонули в толстом ворсе ковра, дошел до стола, сел на стул и замер в ожидании. С минуту человек за столом продолжал писать. Затем он отложил ручку и откинулся на спинку стула, массируя рукой шею.

– Напомни мне. Что за вопрос у тебя был? – проговорил замнаркома с мягким грузинским акцентом.

- По старшему майору Столярову, товарищ комиссар. Вы дали задание подготовить справку.

Майор госбезопасности открыл папку и передал два листка комиссару. Тот положил их на стол.

– Вспомнил. В его деле следует разобраться. Докладывай. Но кратко, по существу. Подробности я позже прочту.

Он приготовился слушать, поглядывая на Матвеева сквозь стекла очков.

Матвеев деликатно откашлялся.

– Столяров Дмитрий Сергеевич, – начал он, – с 1932 по 1936 год руководил резидентурой стран Центральной Европы, находясь в Румынии. Затем перебрался в Швейцарию и последние два года занимался выявлением политических связей нацистов на американском континенте. В июне его отозвали по приказу Ежова. Он не подчинился и при попытке его захватить бежал.

– Тоже попросил политического убежища? – с презрительной иронией спросил замнаркома.

– Нет, товарищ комиссар. После того, как Столяров скрылся, он больше на связь ни с кем не выходил. Фриновский приказал его найти и привезти в СССР. В крайнем же случае сотрудники внешней разведки должны были его ликвидировать.

– Понятно, - усмехнулся замнаркома. – Замести мусор под ковер. Ну и как?

– Не удалось. Найти они его нашли и тут же потеряли. Были предприняты определенные усилия, но обнаружить тогда его убежище не удалось.

– Вот ведь хитрый лис! Переиграл, значит, молодцев Фриновского вчистую.

Заместитель наркома, как показалось Матвееву, искренне порадовался за Столярова.

– Тогда не нашли, значит. Сейчас мы знаем, где он?

-–Так точно! Установили.

– И где Столяров сейчас?

- В Латинской Америке. В Уругвае. Нашли ниточку. Он задействовал своих агентов, но нам они также известны.

– Далековато! Так может, он и оттуда сбежал?

– Никак нет, товарищ комиссар. Столяров находится в стране. Его видели в Монтевидео. Мы предполагаем, что он состоит в тесном контакте с кем-то из высокопоставленных чиновников. И его очень умело прикрывают.

– Надеюсь, не из-за того, что Столяров поделился нашими секретами. Ведь он должен знать их немало. Хотя…

Заместитель наркома потянул это слово.

– Зачем Уругваю наши секреты?

Он улыбнулся одними губами. Майор тоже улыбнулся, показывая, что оценил шутку. Однако благоразумно отвечать на вопрос не стал, ожидая более конкретной реакции комиссара.

– Что будешь делать?

– Готовить новую операцию. Если вы санкционируете.

Комиссар бросил на Матвеева взгляд из-под очков.

– Скажи-ка, в чем ценность Столярова как разведчика? Что он знает?

– У него обширные связи в странах Центральной Европы. Особенно среди дипломатов, военных и промышленников. Информацию Столяров поставлял качественную, но Фриновский ему не верил.

Замнаркома взмахнул рукой, точно отгонял муху.

– Фриновский и его мнение уже в прошлом. Нам же сведения Столярова очень бы пригодились на будущее. Этой информацией мы просто обязаны завладеть. А для этого нужно что?

– Привезти его живым в Москву.

– Правильно, майор! Это и будет твоей главной задачей. Начинай готовить операцию. И тщательно! Чтобы без помарок все прошло. Чисто, а не как в прошлый раз. Хорошо бы еще иметь какой-нибудь козырь в рукаве. Наживку. Ты копался в его прошлом? Хоть что-то нашел?

– Кое-что есть, товарищ комиссар, – с готовностью откликнулся Матвеев. – Я изучил дело Столярова с точки зрения подходов. И вот, пожалуйста.

Он протянул второй листок с совсем коротким машинописным текстом комиссару.

Тот прочитал его и задумчиво пробарабанил пальцами по столешнице.

– Племянник - его единственный близкий контакт? – спросил он, пристально изучая пуговицу на форме своего подчиненного.

– Так точно! Я полагаю, что мы можем использовать его.

– Интересно, - задумчиво протянул замнаркома. – Тебе стоит попробовать. А где он сейчас, этот Изломин?

– Сидит, товарищ комиссар!

– Где сидит? – не понял замнаркома. – В лагере?

– Нет, на Севере. Во внутренней тюрьме областного управления НКВД. Но работает с ним наш следователь. Из Центрального аппарата. Еще Фриновский так распорядился: «Приготовить Изломина как свидетеля к процессу над Столяровым».

– Михаила давно перевели, – ворчливо заметил замнаркома. – Да, понятно. Пока бумаги написали, пока начали…

Он понимающе кивнул. И тут же оживился:

– А нам с тобой это на руку. Поезжай туда и сам во всем разберись. Надеюсь, тамошние костоломы во главе с нашим орлом-следователем не довели его