Архитекторы террора: Паранойя, теории заговора и антисемитизм во франкистской Испании - Пол Престон

четкого плана гражданских структур Испанского военного союза по подготовке почвы для предстоящего переворота[138]. Позже Карлавилья рассказывал, что полиция попыталась предотвратить распространение книги, но сумела конфисковать только 4000 экземпляров. На самом деле Карлавилью обвиняли в том, что он сам организовал изъятие коллегами по полиции большей части экземпляров, оплаченных его правыми покровителями, чтобы не снизились продажи его книг[139].

То, что Карлавилья был одержим финансовыми вопросами, видно по наглой приписке в конце «Убийц Испании»:

Дорогой читатель! Если эта книга пробудила в твоей душе хоть какое-то сочувствие ко мне, помоги мне выжить, одалживая ее только тем, кто не может позволить себе купить свой экземпляр. Просто подумай, что каждый непроданный экземпляр – это песета, которую я теряю. Деньги не получат и другие: книготорговец, печатник, переплетчик и т. д. Прежде всего помни, что только с твоей помощью я смогу продолжать выступать в защиту истины, несмотря на все связанные с этим риски, неприятности и происки врагов[140].

В октябре 1935 г., как раз когда вышла в свет эта книга, группа его поклонников из числа монархистов и фалангистов выразила желание организовать его чествование. Поскольку личность автора должна была остаться неизвестной, обычный в такой ситуации банкет был исключен. Вместо этого они предложили собрать по подписке средства на публикацию роскошного издания его первых трех книг по поразительно высокой цене в 50 песет (около 100 фунтов стерлингов по сегодняшнему курсу) или только «Убийц» по 25 песет. Деньги были собраны и, предположительно, переданы в дар Карлавилье, но эти издания так и не вышли. Объявление появилось в газете La Nación, принадлежавшей одному из инициаторов этого сбора, Мануэлю Дельгадо Баррето, – человеку крайне правых взглядов и другу Хосе Антонио Примо де Риверы. Возможно, из-за того, что пожертвования поступали медленно, такое же объявление неделю спустя разместили и в La Época вместе с яростно антисемитской статьей под заголовком «Израильские заповеди», где утверждалось, что подлинность «Протоколов сионских мудрецов» была доказана научно. Далее автор писал, что масоны являются основным орудием достижения планов евреев на мировое господство. Хотя текст подписан одной буквой «М», более чем вероятно, что его автором был сам Карлавилья[141].

Нападки на Камбо показывают всю степень антисемитизма Карлавильи:

Его еврейские черты очевидны, несмотря на все его кривляния. Его присутствие можно учуять, как звериный запах. Его можно распознать по изощренным маневрам, по тому, как он держится в тени, по крови, по несчастьям. От него исходит талмудическое зловоние.

Книга заканчивалась провокационным вызовом правым. Описывая евреев, левых и масонов как стервятников, кружащих над трупом Испании, Карлавилья писал:

Враг заходится от хохота, пока прислуживающие Сиону нации разыгрывают в дипломатические кости землю этого трупа. Это может стать настоящим концом Испании, которой когда-то боялись сотни народов. Так и будет, потому что ее сыновья больше не умеют умирать. И убивать[142].

Антимасонские тирады Маурисио Карлавильи широко цитировались в карлистской прессе, где их содержание не ставилось под сомнение[143].

В середине 1935 г. Карлавилья продемонстрировал, что за его язвительностью скрывается по-настоящему ядовитая злоба. В своей статье о роли полиции Альваро де Альборнос, занимавший пост министра юстиции Республики с 1931 по 1933 г., высказал кое-какие соображения относительно «Коммунизма» и «Врага»: «Подписанные псевдонимом Маурисио Карл, они во всей полноте показывают нам нравы прежней испанской полиции, хотя и сдобренные современной псевдокультурой, барочной и живописной». Отметив, что ненависть к масонству «заполонила страницы "Врага" яростью и ядом», Альборнос пришел к выводу, что «ни один из ведущих республиканцев не застрахован от этой мстительной ненависти». Он цитировал суждение Карла о Сантьяго Касаресе Кироге, бывшем министре внутренних дел: «Возможно, его судьбой должны стать пять пуль из маузера, которые превратят его в кровавый плевок на перекрестке». Альборнос предположил, что Маурисио Карл – нынешний глава полиции в Мадриде Сантьяго Мартин Багенас: «Страшно подумать, что тот, кто это написал, может иметь под своим командованием все испанские силы правопорядка». Разъяренный Карлавилья ответил ему в El Siglo Futuro, что Маурисио Карл – это не Мартин Багенас, как тот намекает. То же самое он повторил и в «Убийцах Испании», при этом случайно сболтнул лишнего, заявив, что если бы он действительно являлся высокопоставленным офицером полиции, то разгромил бы масонство, а сам Альборнос был бы уже мертв[144].

В феврале 1935 г. либеральная газета La Voz выступила с критикой написанной Сезаром Гонсалесом Руано биографии генерала Примо де Риверы, в которой утверждалось, что тот был убит масонами. Автор статьи журналист Руфино Бланко Фомбона назвал эти обвинения «диким преувеличением грошовых слухов»; Фомбона задавался вопросом, откуда у Гонсалеса Руано такие сведения и с чего бы какой-то масон захотел убить Примо де Риверу. «Источником» Гонсалеса Руано оказалась последняя на тот момент книга Маурисио Карла «Враг», в которой бездоказательно утверждалось, что Примо де Ривера был отравлен: «Вечером накануне своей смерти генерал ужинал с высокопоставленным масоном; более того, этот масон был евреем-сефардом». Абсурдные построения автора «Врага» сводились к тому, что этот заговор возник в результате деятельности некой таинственной «группы М» и с одобрения посла Испании во Франции, известного консерватора Хосе Марии Киньонеса де Леона[145]. Карлавилья ответил гневным письмом в La Época co смехотворными доказательствами своей версии: «Во-первых, я обвиняю масонов, потому что лично выслушал признание от виновного. Во-вторых, я обвиняю масонов, потому что видел в Париже в окружении Примо де Риверы еврея-масона, у которого были все возможности осуществить убийство». Даже если предположить – что крайне маловероятно, – что Карлавилья находился в Париже, когда Примо умер там 16 марта 1930 г., странно, что он не вмешался и не предотвратил отравление[146]. Сын диктатора Хосе Антонио, будущий основатель Фаланги, решительно отвергал версию Карлавильи[147].

27 сентября 1935 г. Карлавилья, который на тот момент по-прежнему был всего лишь офицером второго класса, был уволен из полиции из-за – как указано в его официальном послужном списке – «серьезных нарушений». Власти уже и раньше следили за ним, после того как весной того же года появились сведения, что он участвовал в подготовке покушения на нескольких ведущих республиканских политиков. Это расследование было прекращено, но продолжалось разбирательство об авторстве книг «Коммунизм в Испании» и «Враг». Оно было начато в связи с тем, что в книгах раскрывались профессиональные тайны, которые могли быть известны только сотрудникам полиции. Более того, подозрение пало именно на него, так как в «Коммунизме» было высказано требование повесить на площади Пуэрта-дель-Соль 12 политиков, в том числе Франсиско Ларго Кабальеро, Индалесио Прието и Хуана Симона