Записки расхитителя гробниц. Том 1 - Наньпай Саньшу

предшественники пытались искать захоронение с помощью лопаня и знаний о фэншуй, то наверняка застревали на этом самом месте, потому что, согласно расчетам, именно там находится «голова дракона». Сама гробница обычно располагается под ней. Но глядите: если начать продвигаться вглубь, станет ясно, что за этим местом следует перемычка, узкое место, как у тыквы-горлянки. Если пройти дальше, там есть еще одна пещера. Она-то и есть настоящая «голова дракона». Люди, создававшие эту гробницу, прекрасно разбирались в принципах фэншуй и организовали для грабителей пустышку, в которой те могли ковыряться до бесконечности без всякого результата. Если мои предположения верны, под этой фальшивой «головой дракона» точно окажется ложная погребальная камера, нашпигованная ловушками.

Видя, что мы слушаем его со всем вниманием, довольный дядя продолжил:

– Не будь у нас этой карты, мы бы тоже оказались одурачены, даже если бы все предки пришли нам на помощь. Завтра мы возьмем с собой только самое необходимое и налегке двинемся на место, просто на разведку. Если обнаружим, что без снаряжения никак, вернемся и заберем остальное.

Мы покивали, соглашаясь с планом, выпили еще пива, разошлись по комнатам и легли отдыхать.

После отдыха мы начали сборы. В наше время никто уже не пользовался традиционными лоянскими лопатами. Вместо нее третий дядя вынес современную археологическую лопату похожей формы, которая собиралась по секциям из стальных трубок – какая длина нужна, столько секций и свинчиваешь вместе. Такую лопату было гораздо легче спрятать, чем ту же лоянскую, с ее деревянным неразборным черенком. Захоронения эпохи Сражающихся царств всегда располагались на глубине более десяти метров, экономить на оборудовании для раскопок точно не стоило. Каждый из нас взял по полотну лопаты и по десять стальных секций черенка. Паньцзы также достал короткоствольную винтовку, которая была спрятана в плотном кожаном чехле. Она была намного короче наших двустволок, купленных на черном рынке, и под одеждой оставалась совершенно незаметной для посторонних глаз. К тому же третий дядя сказал, что со своими двустволками мы там, внизу, в тесной гробнице, не развернемся, так что Паньцзы уложил свою короткостволку в рюкзак вместе с коробкой патронов. Я же долго думал, но в итоге взял только цифровик и тесак-мастерок, которым обычно подрезают края у кирпичей и наносят раствор: в конце концов, я пока был просто расхитителем-стажером.

Ночь прошла тихо. От усталости я спал так сладко, что, когда проснулся, чувствовал во всех мышцах и суставах приятную мягкую слабость. Мы быстро позавтракали, взяли с собой сухпайки и отправились в путь.

Вчерашняя официантка горела желанием помочь и позвала какого-то мальчишку из деревни, чтобы проводил нас до места. Спустя больше чем два часа пути по горным тропам ребенок с просвечивающим сквозь кайданку[26] голым задом указал куда-то вперед и крикнул:

– Вон там!

Я взглянул в том направлении и понял, что ущелье впереди и впрямь образовалось в результате оползня и мы как раз стоим в прогалине между двумя горными цепями. Должно быть, в сезон дождей это длинное ущелье превращалось в настоящую реку, но сейчас, спустя нескольких месяцев засухи и обрушившейся сверху груды глины и камней, на дне прогалины виднелся лишь мелкий ручеек.

По обе стороны ущелья возвышались крутые неприступные горы, а спереди – речное русло завалило рухнувшими во время оползня камнями.

Я похлопал голопопого мальчика по голове и сказал:

– А теперь беги домой играть. И не забудь поблагодарить от моего имени свою сестрицу!

Ребенок же протянул ладонь и потребовал:

– Дайте писят.

Я опешил. Мальчик же продолжал стоять с протянутой рукой и молча смотреть на меня.

– Пятьдесят чего? – спросил я.

Третий дядя, хохоча, достал купюру в сто юаней и дал мальчику. Тот цепко выхватил деньги из его руки и вприпрыжку помчался назад в деревню. Я наконец осознал, чего именно этот ребенок от меня хотел, и тоже рассмеялся:

– Ну и меркантильные же в горах детишки пошли.

– Люди… как там это… гоняются за птицами и гибнут… – пробормотал Здоровяк Куй.

Паньцзы отвесил ему пинка.

– Ты вообще в школу ходил? Не за птицами, а за богатством, и гибнут «как птицы – в погоне за пищей». За птицами они гоняются, тоже мне… Сам иди вон за курами побегай – может, помрешь наконец.

Мы без лишних слов начали взбираться по склону. Камни почти не шатались под ногами, так что мы перемахнули через завал достаточно быстро. Все оказалось вовсе не так страшно, как живописала официантка, и никаких голов мы не обнаружили. С другой стороны осыпи начиналось длинное ущелье, к концу плавно переходящее в густой и дремучий лес. Любопытно: и как здесь образовалась такая экосистема?

Вдруг мы заметили на дне ущелья, возле ручья, какого-то старика, который набирал воду. Я пригляделся повнимательнее: ба, а не тот ли это проводник, который завел нас в пещеру с жуками?

Увидев нас, старик от испуга свалился прямо в ручей, но почти сразу выполз обратно на берег и бросился бежать.

– Ага, беги-беги! – насмешливо фыркнул Паньцзы, достал свою короткоствольную винтовку и выстрелил в песок прямо перед старикашкой.

Тот испуганно подскочил и помчался в обратную сторону. Паньцзы выстрелил еще трижды, всякий раз вздымая песок прямо у ног старика. Дед оказался человеком сообразительным. Поняв, что с ним просто играют и что смыться не удастся, он мигом бухнулся на колени.

Едва мы сбежали вниз по осыпи, старик тут же принялся отвешивать нам земные поклоны:

– Умоляю, господа, пощадите, я, старый, не мог иначе, пришлось против вас зло замыслить! Кто же знал, что вы сильны, как святые небожители? Воистину не сообразил, с кем имею дело, глаза есть, а гору Тайшань-то и не разглядел, горе мне! – причитал он, размазывая по лицу слезы вперемешку с соплями.

– Дыхалка у тебя, как я погляжу, ничего – орешь будь здоров, – отметил третий дядя. – И что ты там «не мог иначе»?

– Скажу вам честно: хоть я и кажусь человеком крепким, на самом деле я насквозь больной, каждый день кучу лекарств пью. Вот, видите? За водой пошел, чтобы отвар дома сделать. – Старик указал пальцем на свое ведро.

– А скажи-ка нам, старый хрыч, как это ты в пещере умудрился за секунду испариться?

– Если расскажу, вы, господа, меня точно не убьете? – Старик внимательно оглядел наши лица.

– Не волнуйся, у нас в обществе теперь верховенство закона, – успокоил его третий дядя. – К тем, кто сам признает свою вину, обязательно проявят великодушие, а кто не признается, того ждет строгое наказание.

– Да-да, я признаюсь, – отозвался старик. – Ничего сложного. Вам, наверное, показалось, что