От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

В селе Троекурове церковь была выстроена князем Иваном Федоровичем. Ее освятили в память св. Николая Чудотворца, отчего село иногда прозывалось просто Никольским, а до того, как можно предположить, по красоте местоположения, Хорошевом, и часто именовалось Троекуровом-Хорошевом.

Церковь с придельным храмом Алексия митрополита построена в 1699 г. Здание очень своеобразно и не имеет аналогов нигде более – необычны большие арки, из которых как бы вырастает широкий приземистый барабан, завершенный куполом с люкарнами; большие и несколько грубоватые картуши и капители, очевидно, остались незаконченными. Колокольня, как обычно, более поздняя – построена в 1745 г.

В церкви много лет находилось хранилище кинолент «Совэкспортфильма», и еще недавно земля вокруг здания была усеяна обрезками старых и ненужных кинолент; в 1991 г. церковь передана общине верующих и медленно, с большим трудом, восстанавливается.

У Троекуровых село находилось почти до середины XVIII в., когда им владеет последний из рода князь Алексей Иванович, а в 1761 г. оно числится за генерал-аншефом Н.Ф. Соковниным, участником суда над пресловутым Бироном, потом попадает к его падчерице Е.А. Салтыковой, от нее к графу Сергею Владимировичу Салтыкову, который через год уступает Троекурово-Хорошево сиятельному князю Г.А. Потемкину-Таврическому, а от него почти на сто лет Троекурово переходит к Зубовым.

Первым владельцем из этого рода был Александр Николаевич Зубов, отец двух братьев Зубовых – знаменитого Платона, последнего фаворита Екатерины II, и Николая, получившего высокий придворный чин обер-шталмейстера, к которому и переходит Троекурово после отца и матери Елизаветы Васильевны, урожденной Вороновой. Потом село значится за его женой, Натальей Александровной, урожденной Суворовой, княгиней Италийской, которую знаменитый ее отец звал не иначе как «моя любезная Наташа Суворочка». Она вышла замуж за брата всемогущего фаворита двадцати лет, в 1796 г., но через девять лет осталась вдовой с шестью детьми, посвятив дальнейшую жизнь их воспитанию. Летом она обычно жила в троекуровском доме. Скончалась Н.А. Зубова в 1844 г., 69 лет, и село перешло к ее сыну графу Александру Николаевичу Зубову.

Напротив церкви, немного на пригорке – Троекуровское кладбище, где похоронен известный писатель, репрессированный в годы сталинщины, В.Т. Шаламов, автор оставивших значимый след «Колымских рассказов» и нескольких сборников стихотворений.

Троекурово известно памятью о своем жильце, мечтавшем найти себе здесь тихий уголок. Иван Иванович Лажечников, первый опыт которого в историческом романе приветствовала вся читающая Россия, под конец жизни после выхода в отставку решил обосноваться поближе к Москве. Летом 1860 г. он присмотрел на берегу Сетуни участок площадью более 14 десятин (около 16 гектаров), заплатив за него 1875 рублей, и стал строить деревянный дом по своему вкусу. «Писатель сам составил план дома, который он выстроил из могучих сосновых бревен с высоким и светлым мезонином. Внутри буквально все было предусмотрено Лажечниковым, указания простирались до последней заслонки», – свидетельствовал современник.

В Троекурове Лажечников написал свою биографию, роман «Немного лет назад», основанный на фактах его жизни, и трагедию «Опричник». Он не долго прожил в Троекурове – уже в 1862 г. продал дом и переехал в Москву, где и скончался в 1869 г.

Дом его приобрел врач С.И. Бояркин, и уже перед революцией, как писал посетивший дом автор статьи в журнале «Исторический вестник», на нем «замечался разрушительный осадок времени». С 1923 г. в бывшей усадьбе поместился колхоз, в конце 1920-х гг. сохранялись каменный арочный мост и несколько прудов, а дом, находившийся несколько левее церкви, поближе к реке Сетунь, еще простоял до начала 1970-х гг.

Еще одно известное имя должно быть упомянуто в рассказе об этих местах. Это Дмитрий Александрович Ровинский, юрист, в 29 лет ставший московским губернским прокурором, имевший и большую самостоятельность, и большие права, которые он употреблял для искоренения злоупотреблений. После освобождения крестьян он стал активно работать в становлении новой судебной системы. Он прославился своими огромными коллекциями гравюр и русских народных лубков, на основе которых опубликовал несколько книг, которые до сих пор сохраняют научное значение. В молодости Ровинский вместе со своим другом И.Е. Забелиным, впоследствии знаменитым историком, много путешествовал по Подмосковью. Забелин вспоминал, как они часто останавливались в молодом леске у речки Сетуни, недалеко от Троекурова, рассуждая «как бы хорошо на этом месте сесть на землю, устроить дачу». Много лет спустя Ровинский действительно обосновался там, купив большой участок и построив «превосходнейшую дачу». Он засеял поля рожью и овсом, выкопал пруды, построил в парке гроты, фонтаны, высадил розы. Каждое лето Ровинский проводил несколько месяцев здесь.

Он умер, простудившись после операции камнесечения, проведенной за границей. Тело его было перевезено в Москву, отпето в церкви Св. Василия Кесарийского на Тверской-Ямской и похоронено у его любимой церкви Спаса на Сетуни, «которая, – по словам его друга И.Е. Забелина, – всегда виднелась и красовалась посреди окружающей ее лесной растительности».

Дача Ровинского была оставлена брату, а после его смерти – Московскому университету для продажи и выдачи из вырученной суммы премии «за лучшее научное, а не чисто литературное, сочинение для народного употребления».

На даче часто отдыхал его друг писатель Николай Дмитриевич Ахшарумов, известный во второй половине XIX в. своими романами (в частности, «Мудреное дело», «Чужое имя», «Игрок», «Блудный сын»), переводами, замечательными переложениями русских народных сказок и критическими статьями, в которых он протестовал против тенденциозности реализма и выступал за концепцию чистого искусства. Он скоропостижно умер на даче Ровинского и был также похоронен у Спасской церкви.

Троицкое-Голенищево

Даром мысленного оживления прошлого и знанием его надо обладать, чтобы представить в нынешнем неприглядном пейзаже у Мосфильмовской улицы раскинувшееся у слияния двух рек – Сетуни и Раменки – богатое патриаршее село Троицкое-Голенищево. От него осталась лишь одна церковь, к которой можно пройти внутрь квартала у дома № 18 на Мосфильмовской улице. Там, в глубине застройки, стоит церковь во имя Живоначальной Троицы – стройная и несколько суровая композиция, основой которой являются шатровые формы двух приделов и главной церкви, воздвигнутой на массивном основании четверика храма с закомарами. Этим формам вторит и шатровое завершение более поздней колокольни.

Село прославилось в русской истории тем, что оно было местом пребывания одного из самых образованных наших иерархов, митрополита Киприана. Он любил эти места, недальние от Москвы и в то же время спокойные, покрытые густыми вековыми лесами. Точное место киприановского загородного дворца неизвестно, но есть летописное упоминание о том, что он стоял у впадения Раменки в Сетунь, то есть примерно там, где ныне поставлена часовня при жилом комплексе