Легионер - Гордон Догерти

запряженных волами. Этих было едва ли не вдвое больше, чем воинов. К востоку земля дымилась от пожарищ до самого горизонта. Даже сильный снегопад не смог полностью скрыть разрушенные и сожженные дома, а также свежие холмики бесчисленных могил.

— Эти люди... — потрясенно выдохнул Феликс. — Что их гонит? Чума? Черный мор?

С равнины ветер доносил заунывные звуки рыданий, крики и конский топот.

— Вряд ли, Феликс. Эти могилы... Могилы воинов. Взгляни — в землю воткнуты мечи. Эти люди сражались — и проиграли сражение. Теперь они уходят, оставляя за собой лишь выжженную землю. Отчаянная мера, последняя.

— А разведка? Разве приходили донесения о стычках между племенами готов? — нетерпеливо спросил Феликс.

— Нет, согласно донесениям, у готов единое королевство, — усталое лицо Галла прорезали глубокие морщины, он словно постарел в одно мгновение. — Мне кажется, эти люди столкнулись с чем-то иным. С теми, кого не смогли победить. Мы должны допросить наших пленников!

— Они так и не произнесли ни единого слова, упрямые ублюдки. Скорее умрут, чем заговорят. Клянусь, они — худшее из всех племен, живущих вдоль Данубия!

— Заговорят! — Галл резко обернулся, услышав громкий вздох одного из легионеров.

Это походило на мираж... или появление призрака. На самой вершине соседнего холма на мгновение возникла фигура всадника на приземистой поджарой лошади. Мгновение — и всадник исчез.

— Феликс, это же...

Лицо опция было непривычно встревоженным.

— Да, командир. Один из них. Всадник из леса.

Снег яростно хлестал по капюшонам плащей, губы и носы солдат посинели от холода. Они безрезультатно обшаривали холм — человек верхом на лошади, только что показавшийся им так близко, теперь бесследно канул в белесую круговерть метели.

Зосима вскарабкался на каменистый гребень холма, чтобы осмотреться. Несмотря на огромный рост и вес, а также на бьющую в лицо ледяную крупу и обледеневшие камни, двигался он легко, словно большой паук. Галл и Авит обходили холм с другой стороны, чтобы перехватить странного всадника. Метель все усиливалась, и им требовалось немало усилий, чтобы разглядеть хоть что-то даже вблизи.

Затем ветер внезапно переменился, метель резко прекратилась — и Галл замер, увидев, что Зосима висит на краю обрыва, вцепившись в ледяную кромку могучими пальцами, а прямо перед ним маячит темная фигура!

— Зосима!!!

Вопль Галла подхватил ветер, а незнакомец тем временем обнажил меч и кинулся на беззащитного легионера. Рев Зосимы разнесся над холмом, и Галл с ужасом увидел, как после удара мечом Зосима отпускает руки и летит вниз, на камни. Еще один его верный соратник и боевой товарищ!

— Командир, мы загнали его в угол! Заходи слева! — закричал Авит.

Галл усилием воли заставил себя собраться. Выхватив меч, он погнался за темной фигурой. Авит заходил справа.

— Бросай оружие, ты окружен!

Незнакомец обернулся к ним, присел, широко расставив ноги и поводя перед собой сверкающим клинком. Галл шагнул вперед, выставив вперед меч. Теперь он мог различить лицо убийцы Зосимы.

Длинные черные волосы обрамляли плоское, скуластое, почти квадратное лицо. Глаза были темные, миндалевидные, почти без белков. Нос курносый, приплюснутый; вокруг губ к подбородку тянется тонкая ниточка усов. Лицо иссечено шрамами — их вид даже Галла заставил задержать дыхание.

Группа легионеров во главе с Феликсом окружила их. Галл мгновение смотрел на них растерянно, а потом рявкнул:

— Феликс! Пленники!

— Командир, мы видели, как упал Зосима! — лицо Феликса было мрачнее тучи. — Пленников охраняют пятнадцать человек, мы решили, что вам не помешает помощь!

— Он здесь один... но я не вижу его лошадь. Возможно, где-то поблизости его сородичи... — Галл в ярости повернулся к незнакомцу. — Бросай оружие — или умрешь, не успев сделать даже вдох!

Темные глаза стремительно обежали римлян. Дикарь оскалился и начал пятиться к краю обрыва. Здесь он остановился, упал на колени и начал яростно сыпать проклятиями на неизвестном наречии. Галл приблизился и коснулся мечом горла пленного.

— Кто ты?

Ответом ему был взгляд, полный ненависти. Потом незнакомец прокаркал на ломаном греческом:

— Проиграть... честь теряла...

Галл усилил давление холодной стали на горло пленника.

— Кто ты и кто твои люди?

— Я первый порыв большого ветра. Мой род уничтожит твоих людей, как чума. Тенгри, бог небес, смотрит на нас сверху и желает вашей гибели. Вас развеет, словно пепел.

— Кто ваш вождь? Где ваши люди? Отвечай, мне не нужны твои пустые угрозы!

Глаза незнакомца сверкнули темным огнем, он громко расхохотался в лицо Галлу. Галл почувствовал, как холодок пробежал у него по спине. Незнакомец оборвал смех и насмешливо бросил:

— Ваши люди сами себя уничтожат. Они уже начали это делать, но не видят этого... и сами просят нас помочь!

Галл хмурился все сильнее.

— Хватит этих игр, говори! Говори, если не хочешь, чтобы...

Все произошло в одно мгновение. Быстрый, словно кобра, незнакомец выхватил из-за голенища сапога острый и тонкий кинжал. Галл отпрянул — но оружие предназначалось не ему. Пленник одним молниеносным движением перерезал себе горло. Темная кровь дымящейся рекой хлынула из раны, и человек в одно мгновение испустил дух, упав лицом в алый снег.

Легионеры стояли молча, не успев понять до конца, что произошло. Снизу раздались крики. Галл повернулся и бросился к другому краю каменистой площадки, на которой они стояли. Через секунду он в бешенстве ударил стиснутым кулаком по собственной ладони.

Пленники и пятнадцать охранявших их римлян лежали в снегу, залитые кровью, и стрелы все еще дрожали в телах убитых. А загадочные всадники с окровавленными мечами стремительно удалялись прочь.

— Феликс, возьми десять человек и проверь, не выжил ли кто-нибудь. И будь осторожен.

Выражение лица опция было весьма красноречивым. Разумеется, все оставшиеся внизу были мертвы.

Галл быстро взглянул на солдат. Растерянные, испуганные, они переговаривались вполголоса. Следовало не допустить паники — и Галл заставил себя успокоиться.

— Мы влипли в самую середку чего-то большого и важного, парни. Наша обязанность — вернуться к своим и доложить обо всем увиденном... и пережитом.

Галл взглянул на равнину. Орда готов, к счастью, не обратила на них никакого внимания. Галл перевел взгляд на восток.

— Мы похороним наших людей, а потом без промедления отправимся к восточному побережью. Пустим впереди небольшой разведотряд, чтобы проверить последний форт. Те, кто остался на «Аквиле», завтра к вечеру приведут корабль в условленное место на восточном берегу. И тогда мы отправимся домой.

Раздались возгласы одобрения, легионеры