Клуб лузеров - Дженнифер Киллик

– Так о чём вы говорили до этого? – снова спросила Наира.

– Анджело перечислял все эгоистичные вещи, на которые он потратит свою долю от фильма, – фыркнул Гус.

– От какого ещё фильма? – не поняла Наира.

– Фильма про нас и про это всё. – Халли обвела рукой крышу, поле, дом Лэтчиттов и всё вокруг нас. – «Дредвудская резня».

– Мы пока что не умерли, – напомнил я.

– И я умирать не собираюсь, – заявила Наира. Кажется, выбравшись из комнаты со змеями и пауками, она снова стала самой собой. – У меня слишком много дел. Аттестат зрелости, выпускные экзамены, вступительные в университет…

– Ты что, жизнь экзаменами измеряешь? – Гус посмотрел на неё с недоумением.

– Нет, – ответила Наира. – Жизнь – это череда возможностей для достижения целей – я хочу стать адвокатом, жить в хорошем доме и ухаживать за мамой, когда она станет старенькой.

– Как ты вообще умудрилась попасть на отработку? – спросила Халли.

– Собственно, я об этом думала, – протянула Наира. – И нам, наверное, стоит это обсудить.

Моё сердце будто наполнилось червями – они извивались у меня в груди, и к горлу подступала рвота. Я не хотел говорить об этом, и я был рад, что остальные не видели моего лица.

– Мы разве не должны сосредоточиться на Лэтчиттах? И на пауках? – спросил Гус, и голос у него был то ли нервный, то ли напуганный.

– Да, я согласна, – заявила Халли своим обычным нахальным тоном, но слова звучали натянуто. – Нам нужно придумать, что делать дальше.

Мгновение мы молчали, и я искренне не представлял, о чём думают все остальные. Небо снова темнело – то ли это буря возвращается, то ли собирается новая. Не знаю, что хуже.

– Внимание! – проговорил Гус. – В доме у Лэтчиттов что-то творится.

– Ты видишь кого-нибудь из них? – спросил я, не двигаясь с места, – вдруг они нас отвлекают, чтобы подкрасться со спины.

– Вижу обоих, – ответил Гус. – Они во дворе, и они как будто… – Он сделал паузу. – Народ, это надо видеть.

Я решил, что раз мы видим обоих Лэтчиттов, то можно не беспокоиться, что кто-то подкрадётся к нам сзади. Так что я обошёл вентиляцию и сел рядом с уставившимися на домик смотрителя Гусом, Халли и Наирой. Супруги шагали по дорожке своего заднего сада – тем же путём шла миссис Лэтчитт, когда я подсматривал за ней через забор, – с того момента прошло, кажется, уже несколько часов. У обоих в руках было что-то вроде коричневой ткани. Из-за ветра и расстояния я их не слышал, но судя по сложенным губам мистера Лэтчитта, он насвистывал.

– Это «Малютка паучок», – вспомнил я. – Песенка, которую он насвистывает, а миссис Лэтчитт напевает.

– Жуть, – заметил Гус.

Глава 11

Расправа

– Ага, – кивнул я.

– Погодите, как там поётся? – спросила Халли. – Мы её разучивали в садике, кажется. Ещё изображали пальцами всякие странные штуки.

– Вот так. – Наира показала: коснулась подушечкой большого пальца правой руки кончика указательного пальца левой, потом меняет пальцы, постепенно поднимая руки. Делая всё это, она напевала, а мы молча слушали.

– Ну, кажется, мы нашли единственное, что тебе не удаётся, – хихикнул Гус. – Надеюсь, ты не планировала принимать участие в конкурсе талантов.

Мы тоже захихикали, а Наира шлёпнула его по руке.

– Они делают то, что мне кажется? – спросила Халли, когда мы снова переключили внимание на Лэтчиттов.

Тряпки в их руках оказались мешками – грубыми и коричневыми, в таких привозят корм для свиней. Я видел их раньше в сарае во дворе. Они большие и крепкие – в них удобно таскать тяжести, потому что порвать их непросто. Миссис Лэтчитт открыла один из курятников и весело вытащила из него куриц, а потом пихнула в мешок, который мистер Лэтчитт держал открытым. Курицы сопротивлялись, по ветру летели пёрышки.

– Вряд ли куриц ждёт что-то приятное, – предположил я, когда первый мешок заполнился. Миссис Лэтчитт обвязала его горловину верёвкой, и парочка принялась набивать второй мешок.

– Но они не торопятся швырять их в колодец, – заметила Халли. – Это же хорошо, так?

– Не будем обольщаться, Хал, – отозвался Гус. – Вряд ли они хотят их переселить в новый шикарный куриный особняк.

– Бедняжки, им, наверное, так страшно, – жалобно произнесла Халли.

– Разве курицам бывает страшно? – спросила Наира. – Серьёзно спрашиваю.

– Конечно, бывает, – рявкнула Халли. – У животных есть чувства, Наира.

– У некоторых есть, конечно, – согласилась Наира. – Но не у куриц же.

– Интереснее другой вопрос, – продолжил Гус, глядя, как Лэтчитты запихивают во второй мешок последних куриц и направляются к задней калитке, ведущей на поле, – умеют ли курицы летать? Ну в смысле, они же птицы, так? Но я никогда не видел, чтобы они летали.

– Немножко умеют, – ответил я. – Но поднимаются только на пару метров и пролетают недалеко. Они скорее делают большой прыжок, размахивая крыльями.

Лэтчитты уже вышли на поле. У каждого в руках было по извивающемуся мешку. Пройдя метров двадцать, они остановились и развязали мешки. Ветер трепал их одежду. Потом мистер Лэтчитт поцеловал жену в щёку, и они разделились – он отправился к свинарнику, она продолжила идти к школе.

– Думаете, они знают, что мы здесь? – спросил Гус. Мы не сводили с них глаз, ожидая, что эти ненормальные сделают дальше.

– Они наверняка думают, что мы до сих пор заперты в царстве жуков, – предположила Наира. – Или если они сходят проверить и заметят открытое окно, то решат, что мы где-то внизу.

– А вдруг они пошли в разные стороны, чтобы нас искать, – спросила Халли. – Может, стоит лечь – мало ли они решат посмотреть вверх? Чтобы они нас не заметили?

– Ага, – отозвался я, чувствуя нарастающий ужас. – И я бы ещё поближе подобрался. Можем заметить что-нибудь полезное, или по крайней мере услышим миссис Лэтчитт. Она шевелит губами, видите?

Мы как можно незаметнее и бесшумнее легли на животы, потом поползли вперёд.

– Это операция не для трусишек, –