Приключения Макса и его верных друзей - Марина Голомидова

— Сиеннушка, бедная, ты так исхудала! Пойдем скорее есть. Что ты хочешь?

И тут Сиенна вспомнила про жемчужный шарик. Ей хотелось как можно быстрее вернуть свой хвостик, и она попросила Макса:

— Дай мне, пожалуйста, молока.

Пока они всей гурьбой шли на кухню, Сиенна спросила у Макса:

— А где тетушка Джейн, ушла за продуктами?

Все сразу остановились и неловко замолчали, а Макс сказал:

— Сиенна, тетушка очень больна, — и добавил тихо: — Все совсем плохо. — Тут ему осенило: — Когда она увидит тебя, то обязательно обрадуется, и ей наверняка станет лучше. Пойдем скорее к ней! Я возьму молоко с собой.

Одной рукой он поднял легонькую Сиенну и прижал к груди, в другой руке аккуратно понес миску с молоком. Друзья поднялись на второй этаж и вошли в комнату тетушки.

Макс приблизился к кровати Джейн и положил Сиенну к ее изголовью.

— Тетушка, — тихонечко позвал он, — тетя Джейн, Сиенна нашлась!

Но тетушка не отвечала. Она лежала с закрытыми глазами, и казалось, что она ничего не слышит. Сиделка грустно посмотрела на Макса и сказала:

— Твоя тетя сейчас вряд ли что-то слышит. Она в забытьи. Сейчас приедет доктор, я только что ему позвонила. Придется везти Джейн в больницу: ей становится все хуже и хуже.

Сиенна потерлась своей мордочкой о щеку Джейн и громко замурлыкала, но тщетно: тетушка не реагировала. Сиенна заплакала. Она не могла поверить, что ее любимая хозяйка умирает. И тут она поняла, что надо делать. Она подошла к миске с молоком, стоящей на тумбочке, и бросила в нее жемчужный шарик. Молоко забурлило, запенилось и стало фиолетового цвета. По всей комнате разлился упоительный аромат фруктов и ягод.

Макс с изумлением наблюдал за происходящим.

— Что ты делаешь? Сиенна, что происходит?

— Это волшебное лекарство, которое мне дал человек-маска. Я хотела выпить его, чтобы мой хвостик вырос таким же, как прежде, но оно может спасти Джейн! Скорее дай ей это молоко!

Макс и сиделка с сомнением смотрели на странный фиолетовый напиток — можно ли дать тете неведомое лекарство, не станет ли ей от этого еще хуже?

И вдруг тетушка прошептала:

— Пить!

Тогда Макс решился. Он поднес молоко к губам Джейн и влил ей в рот несколько капель. И — о чудо! — лицо ее сразу порозовело, и она открыла глаза.

— Как вкусно! Что это?

Макс больше не сомневался. Он приподнял голову тетушки и начал поить ее молоком. Впрочем, выпив два глотка, она сама взяла миску в руки и с наслаждением допила ароматный напиток.

— Как вкусно! Пила бы и пила!

Она передала миску Максу и в этот момент увидела Сиенну. Радости ее не было предела:

— Сиенна, кисонька моя милая, ты нашлась! Как ты исхудала! Тебя надо скорее накормить!

Она взяла ее на руки и начала целовать и гладить. Котики, с изумлением наблюдавшие за чудесным исцелением тетушки Джейн, бросились к ней на кровать, и вот уже она обнимала всех пятерых и приговаривала:

— Ах вы, мои дорогие! Как же я рада всех вас видеть! О, здесь и миссис Лоусон! Мэри, здравствуйте, дорогая моя!

Но ошеломленная сиделка, застывшая напротив тетушки с открытым ртом, не смогла ей ответить, а только охнула, пробормотала: «Колдовство!» — и сползла со стула — от удивления она упала в обморок.

— Миссис Лоусон, что с вами? Воды, скорее принесите воды!

Макс схватил кувшин со стола, налил в стакан воды и, подбежав к лежащей без сознания миссис Лоусон, принялся поить несчастную женщину. Она тут же пришла в себя.

— Простите, простите меня! Мне стало дурно, как это ужасно, как некрасиво! Мисс Джейн, с выздоровлением! Я глазам своим не верю: вы так внезапно поправились! Вам действительно лучше?

— Я чувствую себя превосходно! — воскликнула Джейн. — И мне кажется, что всем вам есть что мне рассказать! Но сначала мы должны накормить Сиенну — похоже, она совсем ослабла от голода!

— Да-да-да! — закричал совершенно счастливый Макс. — Я сейчас принесу Сиенне молочка.

И он побежал на кухню.

Когда пришел доктор, все сидели у тетушки и слушали рассказ Сиенны, которая напилась молока и чувствовала себя вполне способной вести беседу. Макс, как водится, переводил с кошачьего языка на человеческий, а тетушка только ахала и охала, переживая все несчастья кошечки, как свои собственные.

— Ты пожертвовала своим хвостиком ради моего спасения? Ах ты, моя милая! Как же нам тебе помочь?

— Тетушка, у нас же есть кончик хвостика Сиенны. — И Макс принес наверх коробку, полученную от князя. — Может быть, можно его как-то пришить?

— Боюсь, что это невозможно, — задумчиво сказала Джейн, — разве что доктор посоветует нам что-то.

Сиенна схватила обрывок, который был таким же прекрасным и пушистым, как прежде, и стала прикладывать его к половинке своего хвостика, но он, конечно же, и не собирался прирастать.

— Хвостик, мой бедный хвостик! Мой чудный хвостик! Какая же я несчастная, — всхлипывала Сиенна, — я стала такой некрасивой!

Тут доктор, который, казалось, совсем не слушал, а только изучал содержимое мисочки, где еще осталось немного волшебного фиолетового напитка, внимательно посмотрел на Сиенну, ее хвост, взял обрывок в руки и сказал:

— Думаю, что я смогу решить вашу проблему. Приходите завтра ко мне в кабинет. А вас, мисс Джейн, прошу сохранять постельный режим и строгую диету.

— Вот еще! — воскликнула, смеясь, Джейн. — Я совершенно здорова!

Глава шестнадцатая. Пир

Макс вначале боялся, что тетушка разволнуется, когда узнает, какие опасности им пришлось преодолеть, но, видя, как бодро и весело она спускается в кухню по лестнице, больше не сомневался, что ее болезнь уже не вернется и ей смело можно рассказать все-всевсе. Да она и сама сказала, что ждет не дождется узнать, что произошло за последние дни.

Друзья