Плавание по Миссури - Джеймс Уиллард Шульц

и отправляются в путь очень рано утром, если только не будет попутного ветра или тумана. Из многих тысяч гусей, которых мы видели во время путешествия, кормился только один-единственный гусь, и тот был калекой. Я выстрелил в него и пожалел; у основания верхней челюсти у него была старая огнестрельная рана, частично зажившая. Очевидно, птица какое-то время голодала, так как от неё остались только кожа да кости, и она совершенно не годилась для еды.

Когда туман рассеялся, мы увидели Холи-Пойнт, длинную узкую отмель на южном берегу реки, полмили в ширину и четыре мили в длину вдоль реки. Но, к нашему удивлению, мы обнаружили, что спокойно проплыли эти четыре мили, потому что река в двух местах пересекла мыс прямо у основания, оставив небольшой остров, который также быстро разрушался. Все, что мы могли видеть от старого русла – это обширную песчаную отмель, быстро зарастающую ивами и хлопковыми деревьями.

На нижней оконечности острова мы мельком увидели белохвостого оленя, который бросился обратно в ивняки. Ручей Бошамп впадает в реку у основания Хоули-Пойнт, когда течёт; ведь большую часть года вода в его русле присутствует лишь местами. Он начинается недалеко от самого восточного отрога Малых Скалистых гор, очень крутого и высокого холма, который черноногие давным-давно назвали Волосатой Шапкой из-за густого соснового бора, покрывающего его вершину. Когда-то это было удобное место для всех военных отрядов, проходящих по этой части страны, поскольку с его вершины они могли обозревать необъятные просторы страны. На нём и вокруг него произошло множество сражений между военными отрядами разных племён.

За исключением густо поросших лесом подножий, пейзаж здесь неинтересен. Северный склон долины лишён растительности, а на южном склоне растет всего несколько сосен. В десяти милях от Хоули-Пойнт находится река резко сворачивает со своего обычно восточного направления на юг у подножия Длинного мыса, который заканчивается в устье реки Устричных Раковин, десятью милями ниже по течению. Оттуда она тянется прямо на север на протяжении десяти миль, образуя излучину шириной всего четыре мили в самом широком месте, но шириной двадцать миль в окружности. Часовое плавание привело нас на ранчо нашего друга Марка Фроста, которое находится на берегу реки уже несколько лет. Мы остановились и нанесли ему короткий визит.

Фрост ведёт идеальную жизнь. У него прекрасное ранчо и отличное стадо крупного рогатого скота, которые круглый год могут сами найти пропитание, и поэтому им абсолютно нечем заняться, кроме как развлекаться. Раз в год он собирает скот и отвозит его к железной дороге, расположенной в девяноста милях отсюда, отправляет в Чикаго и закупает годовой запас нужных припасов, а затем возвращается на свое ранчо. Многие люди, несомненно, назвали бы это одинокой жизнью. Он так не думает, как и его добрая жена и дети. Может начаться паника, банки могут лопнуть, засуха может погубить урожай в стране, но для него это не имеет значения. Люди едят говядину, и у него всегда есть что продать.

Фрост – отличный охотник, и у него есть привычка сохранять рога убитой им дичи. На заборе возле его сарая развешаны и сложены на земле рога вапити, белохвостых и чернохвостых оленей, рога горных баранов и антилоп. В доме есть коврики из шкур гризли, горного льва и волка, убитых им самим. Нижняя часть ранчо покрыта густым лесом и служит убежищем для множества белохвостых оленей. Фрост сказал, что он беспокоил их лишь изредка, когда срочно требовалось мясо, и что, следовательно, они был совсем непугаными и кормились недалеко от дома почти каждый день. В основном он охотится вверх и вниз по реке или в сосновых зарослях, где много чернохвостых оленей.

Мы были бы только рады принять приглашение Фроста остановиться и поохотиться с ним недельку-другую. Но нам помешали постоянный страх того, что настанет зима и река замёрзнет. Итак, после часового отдыха мы продолжили путь и прибыли к устью реки Устричных Раковин как раз вовремя, чтобы разбить лагерь на острове. Эта река берет начало в горах Большой Ремень и Безумных Горах и протекает параллельно Йеллоустоуну на большом протяжении, прежде чем повернуть на север, к Миссури. Со Снежных гор в неё впадает несколько притоков. Главный из них, ручей Плоских Ив – красивый ручей; когда-то у нас в его устье был небольшой торговый пост.

На этой равнине у реки Устричных Раковин были беспокойные времена. Неглубокий брод чуть ниже слияния двух ручьев использовался военными отрядами многих племен во время их набегов, и даже когда уровень воды в реке был высоким, они приходили сюда, чтобы переправиться, поскольку военная тропа между Миссури и Йеллоустоном на протяжении многих миль проходила вдоль реки Устричных Раковин. Множество лесорубов встретили здесь свою смерть в виде индейской стрелы или пули. Но настал день, когда краснокожие дорого заплатили за снятые ими скальпы. Несколько сиу-янктонов напали на склад лесорубов и вместо того, чтобы уничтожить белых людей, как они рассчитывали, сами потеряли нескольких человек из своего отряда. Вернувшись, они разбили лагерь где-то ниже по течению реки и собрали большой отряд, сто пятьдесят воинов, чтобы отомстить за свои потери. Лесорубы этого ожидали, и до того, как они вернулись, им удалось собрать себе на помощь двадцать человек. Я не могу сказать, как им это удалось, но каким-то образом они напали на сиу из засады, убив тридцать из них на месте, а остальных загнали в Миссури, где еще многие из них были застрелены и утонули. Семьдесят два человека из отряда так и не вернулись в свои вигвамы. Именно в этой битве Пожиратель Печени Джонсон получил свое прозвище. На самом деле он не ел печень индейцев, как считает большинство людей, но, вспоров живот индейцу сиу, он отрезал кусочек его печени, он поднёс его ко рту, облизывая губы и делая вид, что откусывает, говоря при этом:

– Давайте, парни, угощайтесь, это вкусно.

Джонсон умер в Калифорнии прошлой зимой. Еще одним участником сражения был Дэниел Фитцпатрик, который много лет жил с мистером Джозефом Киппом. На память о том дне у него осталось пулевое ранение в ногу, которое так до конца и не зажило. После этого случая, говорил Дэн, сиу долго не беспокоили лесорубов.

Летом 1884 года несколько скотоводов заподозрили, что в миссурийских пустошах обитает множество скотокрадов, которые были охотясь на их коров и лошадей, поэтому они собрали отряд ковбоев и других людей под предводительством некоего Плюхающегося Билла, и отправили их к реке, чтобы те вычистили плохих людей. Шлепающий