Как расколдовать директора - Фальк Хольцапфель

Адепты последовали за ним. Сладкоклюв головой подталкивал Эрику вперед. Гарек мог карабкаться только с помощью одной руки, другая бессильно болталась. Когда он чуть не сполз, Рибизель удержал его. Каменные статуи стояли у подножия колонн совершенно неподвижно и смотрели наверх холодными агатовыми глазами.

– Вперед! – скомандовала Фенья. И так они ползли, толкали и карабкались по столбу наверх. То и дело вниз падала пурпурная лягушка и рассеивалась в облаке.

Добравшись до вершины, адепты упали на площадку. Гарек встал на колени, придерживая руку. Рибизель сидел в гуще лягушек. У него со лба капал пот. Эрика, покачиваясь, встала и вытащила из-за пояса одну из дубинок, чтобы опереться на нее. Сладкоклюв взирал сверху на варваршу и беспокойно ухал.

Лишь Фенья казалась безучастной к подъему. Она шагала по площадке – такой огромной, что на ней могла бы уместиться их спальня в школе. Заглянула за край и посмотрела вверх на холодное ночное небо. Бесконечно далеко над ними мерцали месяцы-близнецы. Выхода не было.

– Все же эти каменные чудовища здесь нас не достанут.

– А им и не нужно, – возразил Рибизель. – Даниабас может просто подождать, пока от нас останутся лишь кости, и затем забрать талисман.

За спиной волшебника раздался холодный язвительный смех.

– Я же вам говорил. От моего гнева сбежать нельзя. – Даниабас поднялся над ними, напоминая ледяную звезду. – Вы разорвали мое тело, теперь вы разделите мою судьбу.

Эрика взвалила на плечо дубинку:

– Это всё, Денни? Теперь я знаю, почему тебя не приняли в Расколотую звезду.

Гарек встал рядом с ней. Одна рука у него свисала, как пустой шланг. Другой рукой он схватил дубинку Эрики и постучал ею по щиту.

– Поцелуй железку Гарека, костяная вонючка! Пусть мы, может, и неудачники подземелья, но Даниабаса превратим в пыль – вот будет веселье!

Над их головами, словно светлячки, закружились золотые искорки.

Темный маг распростер руки.

Из трещин в камне полился холодный свет. Пол у них под ногами задрожал.

– Вы все еще недооцениваете магию боа, могущество змеиной короны!

Широко распахнув глаза, Рибизель огляделся. Вокруг них в темноте что-то шевелилось.

Камень скрежетал о камень, когда колонна под ними затряслась. Нечто гигантское поднималось за Даниабасом и продолжало расти ввысь.

– Он пробудил ее, – тяжело дыша, проговорил Рибизель.

Каменная змея, по чешуе которой они недавно взбирались, выпрямилась и посмотрела на них сверху. Большая часть ее туловища теперь вилась по площадке и стягивалась вокруг них.

Сладкоклюв запищал. Пигас прижался к его боку. Адепты теснее придвинулись друг к другу, грузное тело каменной змеи стеной надвигалось на них.

Фенья метнула в змею кинжал, но тот просто отскочил от чешуи.

Над всем раздавался смех Даниабаса.

Друзья посмотрели друг на друга. Их лица были покрыты пылью. Руки усеяны царапинами. Одежда разорвана.

Настал их конец.

Варварша взглянула на Гарека. Покачала головой и протянула ему руку.

– Именем Барнабаса, если мне суждено погибнуть, то хотя бы с друзьями.

Гарек посмотрел на руку и липкое от пыли лицо варварши-полурослика. И взял ее за руку.

Над ними возвышалась голова оперенной змеи. В ледяном огне Даниабаса глаза ее сверкали. Темный маг парил над змеиной головой и неотрывно смотрел на адептов.

– Это начало конца Расколотой звезды!

С треском ломающихся костей змея разинула пасть.

Жаба в руках Рибизеля квакнула.

– Даниабас! – дрожащим голосом закричал Рибизель. Обеими руками он держал волшебную палочку. – Я отдам тебе мою волшебную палочку, если ты нас отпустишь!

– Нет! – Эрика в ужасе посмотрела на Рибизеля.

Темный маг лишь улыбнулся своей мертвецкой усмешкой.

Но Рибизель продолжил:

– Иначе я сломаю ее, и сила Фальсамины будет утрачена.

Колдун описал над ними дугу. Улыбка исчезла с его лица.

Он впился взглядом в Рибизеля:

– Я знаю тебя, Рибизель, это талисман твоей семьи. Ты скорее принесешь в жертву себя, чем отдашь его.

– Да, может, пожертвую собой, но не моими друзьями.

– Нет! – закричала Фенья. – Он уже обладает невероятным могуществом. Кто остановит его, будь у него еще волшебная палочка?

– Замолчи, воровка! – Даниабас опустился еще ниже. – Ты отдашь ее мне по своей воле?

Рибизель кивнул:

– Если ты отпустишь меня и моих друзей.

– Нет! – закричала Эрика. – Он все равно убьет нас. Сломай палочку.

Но Рибизель помотал головой и шагнул к подлетевшему к ним Даниабасу.

Держа волшебную палочку в потном кулаке, он прошаркал к темному магу:

– Обещай, что не нарушишь наш уговор! Волшебная палочка в обмен на жизнь моих друзей!

– Можешь на меня положиться, ученик-волшебник. Так же как я мог положиться на то, что вы пойдете за мной до храма.

У Рибизеля комок подкатил к горлу.

Он был всего в двух шагах от Даниабаса. Вытянув руку, он сделал шаг к нему. Даниабас уже протянул свои костлявые пальцы к талисману.

Тут Рибизель наступил на мантию и, пошатнувшись, качнулся вперед.

– Что за неуклюжий волшебник-простофиля! Даже ходить ты не умеешь…

Рибизель чуть не ударился о Даниабаса, но вдруг он вскинул палочку вверх и порывистым движением вонзил ее в щель за челюстью Даниабаса.

Мгновение темный маг смотрел на него, широко распахнув глаза. Челюсти его открылись, чтобы исторгнуть проклятие.

Но получился лишь один звук.

ХЛОП!

Уровень и количество звездной пыли

Амфибомантия

Вмиг всё окутало густое зеленое облако, пахнущее прудом и рыбьей икрой. Постепенно оно рассеялось, осев изумрудным туманом у ног Рибизеля. Ученик-волшебник стоял наверху на огромной каменной колонне посреди древнего Змеиного храма Боа. Волшебная палочка в его руке по-прежнему светилась. Волшебный колпак наполз на глаза, а нос свистел, как чайник. Но он этого не замечал. Взгляд его был прикован к одному месту на полу.

У ног волшебника лежал черный ободок с тремя острыми зубцами, один из которых отливал темно-синим. Но взгляд Рибизеля был направлен лишь на жабу мертвенно-бледного цвета, сидевшую на змеиной короне и гневно пялившуюся на него голубыми глазами.

На