Афины. От полиса к мегаполису - Джорджо Иерано

другим с III века новой эры., а может быть, ей позволили разрушиться христиане. Что удалось спасти, так это Гефестейон, который и сегодня поражает своей почти идеальной сохранностью. Очень рано он был превращен в церковь, но без изменения структуры — к языческому храму просто пристроили бочкообразный свод и апсиду. Геракл и Тесей пребывали там, внимательно наблюдая за новообращенными и их странными ритуалами. Кентавры и лапифы слушали мессы и пение κύριε έλέησον («Господи, помилуй»).

Вполне возможно, что языческое устройство храма сохранялось именно потому, что его можно было переосмыслить по-христиански. Было весьма распространено отождествление Христа и Геракла, добродетельного и терпеливого, способного победить смерть, спуститься в подземный мир и вернуться живым. Похотливые и дикие кентавры, напротив, уже в древнейших христианских бестиариях фигурируют как образы порока и греха. Что касается Тесея, есть те, кто утверждает, что афинский царевич отождествлялся с воином-рыцарем святым Георгием, которому и была посвящена церковь. Святой Георгий Тесейона, кроме того, носит необычный эпитет Ακαμάτης, что в переводе с греческого означает ленивый, вялый человек. По мнению некоторых путешественников, это связано с тем, что во время османского владычества использовать Тесейон в качестве церкви разрешалось только 23 апреля, в день, на который выпадал праздник святого, которого так прозвали, потому что якобы он работал только один день в году. Но может быть, всё это происходит от неправильного произношения названия племени Акамантидов (Ακαμαντίς), происходящего от Акаманта, сына Тесея. А может быть, всё это слишком рациональные объяснения: возможно, антрополог или историк религий смог бы найти другие причины этой загадочной лени святого, который, в конце концов, известен своими смелыми рыцарскими подвигами. Ведь даже святому Януарию, когда его кровь медленно разжижалась, женщины кричали «Scetate!» — «Очнись».

Храм Тесея (Тесейон) на литографии середины XIX века

Новый и уникальный этап в истории здания начался в XIX веке. Уже с византийской эпохи в Гефестейоне размещались гробницы. Но с начала XIX века они предназначались для захоронения останков иностранных гостей, особенно англичан и протестантов. Первым, кто был похоронен в Тесейоне, стал Джон Твидделл, дипломат, литератор и путешественник, умерший в Афинах 25 июля 1799 года. Друг Твидделла, художник и пионер археологии Луи-Франсуа-Себастьян Фовель, рекомендовал похоронить его в таком торжественном месте. Фовель утверждал, что, поскольку у католиков уже есть свое кладбище в монастыре капуцинов, необходимо найти место и для протестантов. На самом деле у Фовеля был и другой план. Он не просто испытывал пиетет к своему другу. Он был убежден, что если под предлогом устройства новых гробниц провести раскопки внутри храма, то можно обнаружить исчезнувшую с античных времен гробницу Тесея. Поэтому, хороня Твидделла, француз одновременно пытался эксгумировать кости героя. Ему это не удалось. Но с того момента и на несколько десятилетий Гефестейон станет кладбищем для иностранцев, умерших в Афинах.

В 1821 году, вспыхнуло греческое восстание против турок. Иностранцы, приезжающие в Афины, — это уже не просто эрудиты, дипломаты и художники. Это молодые филэллины, которые, подобно лорду Байрону или итальянцу Санторре ди Сантароза, взяли в руки оружие ради свободы греков и погибли во время войны за независимость. Таким образом, древний храм освящен прежде всего в память о филэллинах, погибших за свободу Греции. Их имена выгравированы на древних мраморах. Среди имен, выбитых на Гефестейоне, — имена двух молодых людей из Новары — Джузеппе Този и Карло Серацци. Мы ничего не знаем о них, кроме даты смерти, выбитой на храме (23 апреля 1819 года), и даты рождения, которую можно найти в приходских книгах Новары. Сомнительно также, что указание на их смерть верно — в 1819 году восстание за независимость Греции еще не вспыхнуло, по крайней мере, в Афинах. Но если всё верно, то оба они пали еще мальчишками — Този было всего шестнадцать, Серацци — на два года больше. Жаль, что у нас нет никакой другой информации об этих двух подростках, которые, подобно Ахиллу и Патроклу из мифа, отправились сражаться и умереть вместе так далеко от своей родины.

В последний раз Тесейон использовался как церковь 13 декабря 1834 года. Долгое восстание против турок закончилось, хотя и ценой большого кровопролития, и в этот день между древними колоннами храма был исполнен Те Deum в честь короля Оттона, который прибыл, чтобы вступить во владение своей новой столицей.

Вазописец Онэсим. Аттическая краснофигурная чаша с изображением Тесея и Амфитриты со смотрящей на них Афиной. 500–490 годы до н. э. Лувр, Париж

Однако один вопрос остается открытым: где находился настоящий Тесейон? Археологи не могут сказать наверняка. Не знают они и того, как именно выглядел храм. Известно, что в нем находилась знаменитая гробница, в которой были найдены кости, привезенные в Афины Кимоном. Но у нас нет подробного описания здания, кроме нескольких страниц, которые Павсаний в своем «Путеводителе по Греции» посвятил настенной живописи, украшавшей храм. Одна картина, в частности, привлекает внимание эрудированного путешественника. Работа великого художника Микона, жившего в V веке до новой эры, изображает эпизод из саги о Тесее, который, как отмечает Павсаний, многим покажется непонятным, если только они не знакомы с местными афинскими традициями. Речь идет о событии, которое произошло, когда юный Тесей направлялся на Крит. Считается, что Минос швырнул в море свое кольцо, бросив вызов афинскому царевичу — нырнуть в волны и достать его, если он хочет доказать свое происхождение от Посейдона. Тесей принял вызов и начал сказочное подводное путешествие, которое привело его во дворец морского царя, воспетый еще Гомером, — вокруг него танцевали нимфы-нереиды, а Амфитрита, жена Посейдона, подарила ему золотую корону.

В то время как Микон увековечил ее на своей картине, та же самая история, хотя и с небольшими изменениями, была переложена на стихи великим поэтом V века до новой эры Вакхилидом. Поэма известна под названием «Юные жертвы, или Тесей»[43]. На самом деле так обычно называли четырнадцать афинских юношей и девушек, предназначенных вместе с Тесеем для жертвоприношения Минотавру в Лабиринте. Поэма Вакхилида исполнялась хором на острове Делос. Именно там Тесей возблагодарил бога Аполлона после побега из Лабиринта. Афиняне постоянно обновляли настил корабля, на котором в то далекое время герои отправлялись на Крит. Корабль Тесея, всегда разный, но всегда один и тот же, представлял собой логический парадокс, который восхищал философов еще в античности. Каждый год афиняне снова выводили его в море и отправляли на Делос в священной процессии.