Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

– Что именно?

– Парочка решила остановиться на ночь после романтического вечера. Обычное дело… особенно летом…

– И что было дальше?

– Ничего. Анфиса сама заселила их в шестнадцатый номер.

– А запись в журнале вы видели?

– Нет. Да её и не было…

– Почему?

– Потому что в таких случаях мы клиентов не записываем. – Дама с вызовом посмотрела Андрею в глаза. – Да, я знаю, что это нарушение. Ну и что?.. Я просто даю возможность моим девочкам немного подзаработать.

– За долю и без налогов… – кивнул Рокотов с улыбкой. – Понимаю!.. И не волнуйтесь, Татьяна Леонидовна, я никуда об этом сообщать не стану. Пусть остаётся на вашей совести. Ещё что-нибудь хотите добавить к вашему рассказу?

– Разве что… – Она повела красивыми, умело подкрашенными зелёными глазами. – …Я всё-таки припоминаю: женщина та была странновато одета… на ней было длинное тёмно-красное платье… такие никто уже не носит… Пожалуй, всё.

– Тогда не смею больше отнимать у вас драгоценное время. – Андрей поднялся, шагнул к столу и взял за кончики пальцев её протянутую руку с шикарным маникюром, коснулся губами кисти и почувствовал, как она вздрогнула, словно от слабого разряда. «А ты ещё не совсем в пень превратился, майор! – самодовольно сказал он себе. – У тебя ещё остаются шансы!..»

– Было приятно с вами познакомиться, господин Рокотов. Надеюсь, ещё увидимся, – произнесла бизнес-леди своим сногсшибательным контральто и одарила Андрея чарующим взглядом.

– С удовольствием, Татьяна Леонидовна, – в тон ей откликнулся Рокотов. – Лишь бы не в качестве дознавателя и подозреваемого.

Она томно улыбнулась, и Андрей поспешно выскочил из кабинета, дабы не совершить фатальной ошибки. В холле его дожидался Почкин, от нетерпения мотавшийся по помещению из угла в угол. Горничной Анфисы за стойкой администратора уже не было.

– Ну, что у тебя? – Рокотов постарался принять деловой вид.

– Есть информация, товарищ майор! Ценная!.. – радостно затараторил лейтенант. – Во-первых, Анфиса – это девушка, которую я допрашивал – работает здесь горничной. И вчера именно она заселила пару в шестнадцатый номер…

– Как они выглядели?

– Женщина полностью подходит под описание нашей клиентки: остячка в красном платье. А вот мужчина нам незнакомый – средних лет, импозантный, в дорогом костюме…

– А ну-ка, Валера, поднимемся к Павлу, – перебил его Рокотов. – Наверняка он уже что-то накопал?..

Власкин ждал их, сидя на пуфике возле двери и тщательно раскладывая в чемоданчике свой мудрёный инвентарь. Вид у него был недовольный.

– Что, сокол мой, невесел? Что нос повесил? – хлопнул его по плечу Андрей, хотя и знал по опыту: если Паша хмур или зол, значит, ничего из осмотра на месте не выудил и теперь придётся ждать полной экспертизы.

– Нечему радоваться, товарищ майор, – отмахнулся Власкин. – Отпечатков много, и все разные. Идентифицировать труп не представляется возможным из-за сильного термического повреждения. Пусть им Данила занимается. Единственное, что могу сказать, это мужчина, лет пятидесяти или старше. Об этом свидетельствует состояние его зубов. Ну и… горел он голым – точно.

– Где же его одежда в таком случае?

– Шкаф пуст. Только штиблеты вот летние, сорок второй размер. Похоже, его…

Почкин подошёл к окну и выглянул, даже перегнулся через подоконник.

– Товарищ майор, внизу контейнеры с мусором стоят…

– Ага. Ну, пойди посмотри на всякий случай. – Рокотов достал мобильник. – Чую, без специалиста по чертовщине нам не обойтись, – добавил он.

– Кого вы имеете в виду, Андрей Васильевич? – не понял Власкин.

– Нашего общего знакомого, частного детектива Соболева… Алло, Вадим?.. Привет!.. Сильно занят?.. А где ты сейчас?.. Отлично! Будь добр, подскочи на Бактин. Демьяна Бедного, двадцать один… Ага, угадал, ЧП потустороннего масштаба. Спасибо, дружище! Жду!..

– В таком случае разрешите отбыть в лабораторию, товарищ майор, – поджал губы Власкин. – К вечеру постараюсь что-нибудь узнать.

– Свободен, старлей! – Рокотову было сейчас не до профессиональных терзаний подчинённых.

Власкин ушёл, зато вернулся Почкин, неся в руках охапку одежды. От охапки ощутимо несло пропастиной. Андрей невольно поморщился.

– Это его?

– С большой вероятностью, – кивнул Почкин, раскладывая добычу прямо на полу номера – светлый летний мужской костюм, рубашку с коротким рукавом и трусы. – Где Паша? Будет ему работёнка!..

– Уехал твой Паша! Обиделся, что я ещё одного эксперта позвал. Нашёл что-нибудь?..

– Нет… А, есть! – Почкин вытащил бумажник из внутреннего кармана куртки, развернул. – Пустой!.. Ни денег, ни документов…

– Мимо! – подытожил Рокотов. – Что ж, подождём подмогу.

* * *

Соболев появился в отеле спустя полчаса. В холл вошёл стремительной и в то же время бесшумной походкой крепкий мужчина средних лет, одетый по-летнему – лёгкие брюки, рубашка с короткими рукавами, сумка-кенгуру через плечо. Горничная Анфиса, которая теперь совершенно успокоилась, смерила гостя оценивающим взглядом и подарила ему одну из своих сногсшибательных улыбок. Вадим послал ей воздушный поцелуй, увидел в кресле для посетителей Рокотова и мгновенно очутился рядом, в соседнем кресле. Они обменялись рукопожатием, и Андрей спросил:

– Пробки?..

– Нет. Общественный транспорт. – Соболев оглядел холл. – А где покойник?

– Наверху. Ты что, не на своей «кореянке»?

– Она попросила отгул. Пошли?..

В номере всё оставалось по-прежнему, даже труп больше не думал перемещаться, видимо, чтобы не пугать живых. Вадим постоял на пороге, внимательно осматривая помещение, потом подошёл к кровати. Присел, разглядывая то, что когда-то было лицом, вытащил мощную лупу «Левенгук» с подсветкой и принялся по сантиметру изучать труп и постель под ним.

Рокотов и Почкин постояли немного у него за спиной, затем майор махнул рукой, и оба снова спустились на первый этаж.

– Анфиса, – обратился к девушке Андрей, – пожалуйста, заварите нам чай и дайте что-нибудь съесть. Маковой росинки во рту не было с утра.

Горничная упорхнула на кухню, тогда Рокотов быстро шмыгнул за стойку, раскрыл журнал регистрации и повёл пальцем по списку. Нужная запись обнаружилась в самом низу страницы.

– «Сарыгин В.С., Айлат Ёвэр-нэ. – 1 сут. + зав.; 2000=», – прочитал майор. – Ну, вот, Татьяна Леонидовна, а вы говорили, что ваша горничная себе на карман работает!..

– Как её зовут? – не понял Почкин. – Ай Ёвэ?!

– Айлат Ёвэр-нэ! – раздался с лестницы голос Соболева. Он легко перемахнул перила и очутился сразу возле кресел для посетителей, удобно устроился в одном из них и кивнул сыщикам на другие. Втроём они удобно расселись вокруг овального столика, на который шустрая Анфиса тут же выставила чайный набор и тарелку с бутербродами. – По-хантыйски означает «молодая волчица».

– Всё-то ты у нас знаешь и на всех-то языках говоришь! – посетовал Рокотов, принимаясь за бутерброд с колбасой. – А что по трупу?

– Либо самовозгорание, либо пирокинез.

– Чего-о?! – поперхнулся