Проклятие Золотого города - Тай Хоу

– Не переживай, некоторые мои подчиненные только готовятся к сдаче экзамена. Но, если это так тебя беспокоит, я могу прямо сейчас принять его у тебя наедине.

Яо Линь сильно удивился его упертости:

– Ты теперь еще и решения за императора принимаешь? Где захочешь и когда захочешь, занимаешься такими вопросами, как оценка будущих чиновников?

– Если желаешь, я пойду спрошу разрешения у императора, – с серьезным выражением лица заявил Юнь Шэнли, хоть и был уверен, что ему, конечно, откажут в этой просьбе после того, сколько проблем он принес императорскому двору.

Яо Линь неожиданно рассмеялся:

– Нет, думаю, император не оценит твоего рвения.

Юнь Шэнли небрежно провел пальцами по рукаву своего одеяния.

– Что же тогда будем делать?

Что делать? Хм, очень интересный вопрос. Яо Линь выставил руку и начал рассуждать:

– У меня есть два варианта решения твоей проблемы. – Он разогнул один палец. – Первый: ты оставляешь меня в покое и больше не вмешиваешься в мои дела. Второй, – еще один палец, – ты продолжаешь не вмешиваться, но я сам сообщаю тебе, если появятся важные новости. Что выбираешь?

Юнь Шэнли вперил взгляд в руку Яо Линя, который предлагал свои глупые варианты.

– У меня тоже есть два решения, – произнес Юнь Шэнли, склонив голову набок. – Первый: ты идешь со мной добровольно.

– Второй? – Яо Линь уже предчувствовал, что не услышит ничего хорошего.

– Второй… – Юнь Шэнли слегка усмехнулся, его рука медленно потянулась к внутреннему карману. Яо Линь ощутил, как по спине прошел тревожный холодок, но не успел отступить, как тот извлек из-за пазухи веревку из бамбукового волокна.

– Это к чему?

Юнь Шэнли не ответил, сделав шаг вперед. Яо Линь тут же подался назад, но пальцы главы Ведомства уже сомкнулись на его запястье.

– Ты пойдешь своими ногами, но не по своей воле, – закончил он.

Яо Линь попытался вырвать свои руки из чужих, но было поздно – Юнь Шэнли быстро наматывал веревку, то и дело скрепляя ее узлами. Один виток. Второй. Третий.

Яо Линь тут же захотел разорвать его в клочья на месте.

– Демон!!! – Он дернул рукой, и в ту же сторону двинулась рука главы.

– Линь-Линь, полегче, – поморщился Юнь Шэнли, чувствуя боль в раненом плече. – Не трать силы. Это специальная веревка, которой мы связываем преступников.

Глаза Яо Линя засияли яростным огнем, но, увидев слегка нахмуренные от боли брови, он поборол желание устроить драку и позвал слугу:

– Сяо Ши, неси нож!

Из кухни донесся грохот посуды. Сяо Ши, явно испугавшись крика господина, бросился выполнять приказ и как можно скорее принести господину то, что тот хотел.

– Господин, Дагэ же предупреждал вас… не убивать его на людях… – пробормотал Сяо Ши, переминаясь с ноги на ногу.

Юнь Шэнли перевел удивленный взгляд на Яо Линя. Но тот не стал отвечать, лишь крикнул громче:

– Сяо Ши!

Слуга вздрогнул и с перепугу выронил нож. Орудие, с помощью которого Яо Линь хотел разрезать веревку, с глухим стуком ударилось об пол и укатилось под стол. Воцарилась напряженная тишина. Под пристальными взорами двух людей Сяо Ши оторвал взгляд от пола.

Юнь Шэнли похвалил его неуклюжесть:

– Все же есть в тебе что-то хорошее.

Пока Сяо Ши, опустившись на колени, искал заветный нож, Яо Линь терял терпение. Он бы не хотел находиться в Ведомстве, в месте, где решаются чужие судьбы, причем частенько не самым положительным образом. Где все принадлежит семье Юнь, где все пропахло отчаянием и раскаянием. Но настырность главы не уменьшилась, а стала сильнее прежнего. Неужели это какой-то новый план, как вывести Яо Линя на чистую воду? Если это так, то… пусть попробует. Яо Линь чувствовал, как внутри зарождается интерес. Вслух же он прошипел:

– Ты еще пожалеешь об этом!

Глава Ведомства возликовал:

– Зачем думать о будущем? Когда придет час расплаты, я обязательно вспомню твои слова, а пока…

– Юнь Шэнли!!!

– Нашел! – радостно вскрикнул Сяо Ши, но, поднимаясь, с размаху врезался головой в стол.

Яо Линь вздохнул, и взгляд его невольно устремился на того, кто разрушил его спокойствие и привычную жизнь. Юнь Шэнли же пытался не рассмеяться от вида скрючившегося под столом от боли слуги.

Почему Яо Линь не может смотреть на его мучения? Почему не может отказать? Было очень жаль, что все, чего хотелось раньше, он не мог сделать в настоящем.

Слишком обидно…

* * *

Юнь Шэнли все же пришлось развязать веревку, потому что он понимал, что это было лишним: его новый компаньон залез в повозку по собственной воле. Яо Линь сел рядом, и атмосфера внутри тут же стала удушающей и мрачной, отчего Юнь Шэнли почувствовал себя неловко. Колеса тяжело скрипнули, и повозка тронулась с места.

Когда они проезжали через шумный рынок, видели сквозь занавески, что взгляды всех зевак прикованы к ним, а точнее, к богатой чиновничьей карете. Люди спешно расходились в стороны, уступая дорогу важным господам, но не могли сдержать любопытства и провожали их оценивающими взглядами, гадая, кто мог бы находиться внутри.

Вспомнив недавний поход на рынок, Яо Линь не мог не напрячься. Девушки, завидев его, в смущении прикрывали лица, на которых прятались улыбки, а люди чуть смелее громко перешептывались, да так, что Яо Линь мог уловить обрывки фраз:

– Это же он…

– Хозяин двора, что стал… хах, подумать только, прислугой в «Доме Пионов»!

Он стерпел все и спокойно вернулся в дом, закончив все свои дела, но в люди с тех пор больше не выходил.

Юнь Шэнли почувствовал себя еще более неуютно под испепеляющим взглядом спутника. Долго так продолжаться не могло – нервы не выдержат. Но если оставить все как было? Если дать Яо Линю свободу раньше времени, тот вполне мог воспользоваться шансом и отомстить за все его попытки самоуправства.

Лучше дождаться, когда они прибудут в Ведомство. Там уж точно у Яо Линя не останется выбора.

– Линь-Линь, а мы с тобой никогда не встречались раньше?

На лице хозяина двора отразилось удивление и что-то еще, чего Юнь Шэнли не смог разобрать.

– Кажется, у главы Юня проблемы не только с тем, чтобы правильно управлять подчиненными, но и с памятью. – Яо Линь приподнял уголки губ. – Сомневаться в том, чего никогда не было, – плохая привычка.

Юнь Шэнли хмыкнул в ответ, не отводя пристального взгляда:

– Твои глаза… они довольно запоминающиеся. Я словно уже видел их… однажды.

Что-то смутно знакомое то и дело проскальзывало в мыслях, но вспомнить все никак не получалось. Не выходило найти среди множества ранее увиденных лиц нужное.