Проклятие Золотого города - Тай Хоу

На самом деле Юнь Шэнли действительно не видел нужды прогонять Лэйчэна. Тот был прав – глава Ведомства ему задолжал, так что настало время хоть как-то отблагодарить Лэйчэна за помощь в сложном деле.

– Все, замолчи! Давайте перейдем уже к более важным делам и…

Сунь Юань вцепился в руку Юнь Шэнли и с мольбой в глазах спросил:

– Господин Юнь, вы что, оставите его с нами? Он же не работник Ведомства!

– Малыш Сунь, я, между прочим, все слышу, – с улыбкой Лэйчэн демонстративно закинул руку на плечо друга, легонько толкая того бедром. – Ваш глава сам знает, что без меня ничегошеньки не сможет!

– Сунь Юань, – попытался убедить не столько их, сколько самого себя Юнь Шэнли, – мы ему обязаны, пусть пока делает что хочет. Может, он поможет нам отыскать какие-нибудь новые зацепки.

Пока они рассаживались вокруг маленького столика в центре кабинета, Яо Линь не сводил пристального взгляда с Лэйчэна. Тот сглотнул, ощущая страх перед юношей в белом, и, немного пригнувшись, будто бы это спасало его от презрительного взора красивых светлых глаз, приблизился к Юнь Шэнли и спросил:

– Почему он на меня так смотрит?

Разумеется, Яо Линь услышал его и прохладно ответил:

– Я терпеть тебя не могу.

Удивившись столь категоричному заявлению, Юнь Шэнли малодушно понадеялся, что теперь-то Яо Линь забудет об их вражде, потому что новым объектом его ненависти станет Лэйчэн.

– Что, даже больше меня?

– Нет, тебя я даже видеть не хочу.

Юнь Шэнли не обиделся. Он слышал эти слова так часто, что они уже и не задевали его.

– Итак, перейдем к делу. Сунь Юань и Чжи Хань уже в курсе, что на господина Яо напали. Но ранили не его, а меня.

– Тебя ранили? – эта новость потрясла Лэйчэна. Он кинулся к Юнь Шэнли, пытаясь отыскать место ранения, и уже схватился за чужой воротник, явно намереваясь распахнуть одежды главы Юня.

– У вас с Яо Линем это что, вошло в привычку? Почему вы все время хотите меня раздеть? – Юнь Шэнли оттолкнул друга и, как невинная девушка, которую попытались опорочить, оправил одежду.

– Какой ты недотрога! Я же хотел удостовериться, что ты не умер.

– Пустяки. Целью тех людей был не я. Яо Линь, незадолго до того, как вы нашли на пороге первый труп, ничего странного не происходило?

– Был небольшой скандал с гостями на постоялом дворе, так, мелочи. Но ты же уже все выспросил у моих подчиненных, верно?

Самодовольная улыбка появилась на лице главы Юня, который явно гордился собой:

– Разумеется! Что же мне еще было делать с дырой в плече?

Трупы животных стали появляться на пороге сразу после того, как группа странных мужчин устроила в «Белом Журавле» погром. Они были одними из главных подозреваемых, но Юнь Шэнли не исключал возможность того, что убийства совершал кто-то другой.

– Были ли у тебя еще какие-то конфликты с кем-то? Возможно, Орден Полуночников решил нацелиться на тебя по своим причинам? Или кто-то из тех, кого ты знаешь? Другие постояльцы твоего двора или владельцы соседних гостиниц? – спросил Юнь Шэнли. Двор Яо Линя был известен в столице, а вместе с успехом приходят и проблемы – кто-то из гостей мог затаить обиду по неизвестным причинам или же конкуренты постарались.

Яо Линь немного подумал, перебирая в голове всех возможных своих врагов, и остановился на одном-единственном:

– Были разногласия кое с кем…

Все затаили дыхание, ожидая ответа.

– И с кем же?

Яо Линь произнес легко:

– С тобой, глава Юнь.

Юнь Шэнли хотел бы посмеяться над этой шуткой, но Яо Линь был прав… Он вполне мог стать подозреваемым, если бы не расследовал это дело сам.

– Я знаю, что ты хочешь сказать. У меня много недоброжелателей среди тех, кто держит лапшичные и гостиницы в переулке Луянсян или на соседних улицах. Первые месяцы после нашего открытия нам и крышу поджечь пытались, и тухлые овощи подкидывали. Теперь же никто не смеет даже вякнуть что-то в мою сторону.

Спокойная жизнь «Белого Журавля» без лишних хлопот и распрей была заслугой Дагэ. Стоило ему пару раз припугнуть торгашей, как все мигом разбежались каждый в свой угол. Только у Яо Линя при этом не было никаких связей и людей, которые могли бы помочь и поделиться опытом.

– Одним из таких недоброжелателей был мясник Ян Хань. Уж не знаю, чем я ему не угодил, может, владельцы соседних постоялых дворов пообещали золотые горы за мою испорченную репутацию. Он более года поставлял мне мясо, но в последнее время часто стал продавать почти протухшее, так сразу и не поймешь – а на следующий день оно уже непригодно для еды. Сяо Ши как-то выкинул целую свиную тушу. Мы кормим не только посетителей, но и проезжих. Мясо необходимо нам всегда и в больших количествах. А травить гостей плохой едой не хотелось. – Яо Линь хмыкнул. – Когда я прекратил с ним все дела, выяснил, что жена его заведует лекарской лавкой и есть у нее один странный способ лечения… Она кормила своего мужа собачьим мясом. Он часто болел, а как только, по словам людей, стал этим лечиться, приобрел невероятную силу.

Юнь Шэнли задумался. Если убийства животных и правда были не делом рук Ордена, то у мясника скрытых мотивов может быть больше. Наверняка он не позабыл прошлых обид, которые ему нанес Яо Линь, а уж когда последний отказался сотрудничать с Ян Ханем… Так еще и работа у мужчины была «грязной», связанной с убийствами, и жена его странными «лекарствами» лечила…

В это время тихо пытающийся заговорить с Сунь Юанем Лэйчэн резко поднял голову, будто на него снизошло озарение:

– Говорите, что животных подбрасывали на порог постоялого двора?

Юнь Шэнли, не удивившись внезапному вмешательству друга, спокойно ответил:

– Верно. Мы проверили подобные дела за последние пару лет, но животные – не люди, в некоторых районах собак специально ловят и едят в голодные времена, поэтому подобное никто не расследует.

– Видел я одного человека…

Подчиненные резко подвинулись ближе, внимательно прислушиваясь к словам Лэйчэна. Тот хмыкнул:

– А что? Я теперь стал нужен?

– Говори уже! – прикрикнул на него Юнь Шэнли. Если есть еще кто-то, кто может рассказать об убийствах животных, то упускать такого человека точно нельзя.

– Ладно, ладно. – Лэйчэн выставил руки вперед. – Был я дома у одной барышни, мы с ней… кхм, ну… проводил ночь я у нее. А когда она предложила на ней жениться, мол, разделил постель – раздели