От крестьянок до цариц. Женщины в истории России - Лиз Грюэль-Апер

вера в икоту, якобы вызывающую определенную форму истерии: это все красная лягушка, которую больной случайно проглотил, а может, ее подослал к нему колдун. От нее можно избавиться, только выпив заговоренный деготь. Это соответствует мифологическим представлениям о соотношении здоровья и болезни, очень древним языческим представлениям[319]. Во многом женщины, обладающие магическими знаниями, являются неофициальными жрицами дохристианских культов, дошедших до наших дней. Отметим также, что это не мешает им быть иногда искренне верующими, так же как это не мешает служителям православной веры иногда прибегать к услугам этих знахарок.

Существуют, разумеется, и колдуны. Добрые колдуны имеют более четкую специализацию: иногда они связаны с определенными профессиями, например пастушеством, или занимаются защитой домашнего скота[320]. А у злых колдунов (в исторических текстах[321] мы их находим примерно столько же, сколько и злых ведьм) одинаковые свойства и качества, и они подвергаются одним и тем же гонениям[322].

Любовная магия

Любовная магия также входит в набор умений ведьмы. Любовные заговоры встречаются возможно даже чаще, чем заговоры от болезней. Любовные зелья и отвары, которые дают выпить мужу или возлюбленному, а также заговоры, цель которых привязать к себе этого мужчину или, наоборот, отворотить от себя, – во все времена и на всех широтах эти практики остаются широко распространенными и универсальными. При этом женщины используют их гораздо чаще мужчин. Приведем пример заговора на любовный приворот:

«На море на Океане, на острове Буяне[323] живут три брата, три ветра, один северный, один восточный, третий западный. “Навейте, нанесите вы, ветры, печаль, сухоту рабу/рабе (имя), чтобы он(а) без рабы/раба (имя) дня не дневал(а), часа не часовал(а)”. Слово мое крепко»[324].

Достаточно быстрого взгляда на эти заговоры, чтобы увидеть, насколько действующая мораль и регламентация любовных чувств браком оказываются смешны и нелепы на фоне внезапно вспыхнувшей страсти, желания или ревности, которые долгое время сдерживались. В этом случае магические практики являются предохранительным клапаном, каковым становится и разгул в праздничные дни. В этом следует усматривать открытую насмешку над всеми моральными, религиозными, семейными, административными и научными (медицинскими) авторитетами. Остальные заговоры касаются в основном сглаза, а именно – способов наложить его или уберечься от него.

О помощи заклинали сверхъестественные силы и зачастую стихии. Эти заговоры по-прежнему использовались в XIX – начале XX века, что говорит нам о том, что очень древняя вера во всемогущество слова никуда не исчезала. Слово колдуна или ведьмы обладает созидательной силой. Считается, что волшебница и волшебник способны направлять как во благо, так и во зло бушующие стихии, способствовать выздоровлению или болезни, счастью или несчастью, процветанию или бедности, а также регулировать, на свой лад, отношения между людьми.

Ведьмовство

Как известно, женщинам всегда приписывали этот род занятий, и ведьмы считались опаснее колдунов. Эти практики и суеверия уходят своими корнями в глубокую древность и подчеркивают темную, извращенную и крайне опасную сторону Женщины, по крайней мере в том виде, в каком их представляет себе общество.

Для начала проникнемся атмосферой романтической повести писателя Ореста Сомова «Киевские ведьмы» (1833), довольно точно отражающей суеверия XIX века. История следующая:

«Молодой казак Киевского полка, вернувшись после доблестных сражений с ляхами в родное село, женится на Катрусе, очаровательной дочери женщины, считающейся на селе ведьмой. Катруся – примерная жена, муж в нее безумно влюблен. Однако всякий раз, когда луна достигает последней четверти, очаровательная супруга делается грустной, меланхоличной, не терпит ласки мужа. А сам он странным образом засыпает, а потом просыпается лишь два дня спустя. В конце концов он обнаруживает, что в эти вечера она подкладывает ему под подушку узелок с сонными травами. В следующем месяце он выбрасывает узелок и, притворившись, что крепко спит, наблюдает, как жена его раздевается, намазывается мазями и улетает на метле через трубу. Он в точности повторяет все ее действия, после чего вихрь уносит его на Лысую гору[325], место сбора ведьм, вампиров, русалок и прочей нечисти. Он видит свою супругу, неистово отплясывающую с козлом. Вдруг один из чертей кричит: “Здесь русским духом пахнет!” Все принимаются искать незваного гостя, его почти обнаруживают, но тут жена кидается к нему, делает его невидимым и отправляет в их дом. После болезненного пробуждения и напряженных объяснений между супругами Катруся, используя свои чары, прижимается к нему и начинает сосать кровь у его сердца. Казак умирает, но в состоянии блаженства. А ведьмы во главе с матерью Катруси нападают на нее и сжигают на костре».

Перед нами типичная борьба добра в лице казака со злом, воплощенным ведьмами, а Катруся находится между ними и расплачивается своей жизнью за то, что сначала хотела спасти мужа, а затем позволила умереть ему мягкой смертью. Смерть самой же Катруси будет очень нелегкой. Каким бы романтичным ни был подход автора к сюжету, он все равно четко отражает деление на добро и зло, привнесенное в Россию христианством.

Перейдем к реальным верованиям, таким, какими их описывает Афанасьев[326]. Слова «ведьма» и «знахарь/знахарка» в русском языке происходят от корней «знать», «ведать». Ведьмы умеют излечивать раны, останавливать кровотечения, лечить укусы змей и бешеных собак, вывихи и переломы. Они знают свойства растений и собирают их главным образом в ночь на Ивана Купалу[327]. Они используют мешочки, амулеты и узелки. В мешочки кладут травы, мази, фрагменты тел (змеиные головы, высушенное крыло летучей мыши и т. д.) или еще, например, кусочек бумаги, на котором написано заклинание. Узелки, завязанные нитки не дают пройти опасному злу: так, чтобы уберечь ребенка от скарлатины, его заставляют носить девять завязанных красных нитей[328]. Аналогия – наиболее часто используемый образ мыслей в практиках знахарок. Так, чтобы сглаз не коснулся жениха или невесты, они носили ремни с узелками; если кто-то ломал руку или ногу, молодое дерево расщепляли надвое, раз или два продевали пострадавшую руку или ногу в расщелину, а затем соединяли обе части дерева. Если на поля нападали черви, шли за знахаркой, которая нашептывала заклятия и делала узлы на колосьях: это называлось «заламывать червей[329]».

Считается, что ведьмы и колдуны способны насылать грозовые тучи, вихри и град; они могут красть росу, дождь и звезды; в народных представлениях они летают по воздуху и собираются на Лысой горе[330]. Они неистово пляшут и устраивают оргии. Ведьмы крадут молоко у коров, влияют на плодовитость и могут принимать другой облик. Если ведьма хочет вызвать засуху, ей достаточно взмахнуть своим передником при первом появлении дождевой тучи, и та улетит