Золотая жила - Александр Михайлович Минченков

нет такового. Рекомендую заказать на горные работы маркшейдера – знатока по выносу в натуру и контролю подземных направлений проходки. И вверх по простиранию месторождения и вниз по течению русла, и все работы запечатлеет вам на план. Нарисует вам всё в стихах и в красках, – улыбнулся шутке Карпухин и продолжал серьёзно: – Больше скажу: при надобности пройти дополнительный вертикальный ствол, так маркшейдер безошибочно с поверхности приведёт рабочих в подземные выработки, а то и наклонный ствол до плотика рассчитает, нужда пристанет и подземным водам направление даст проходкой штрека. Мой совет: не терять времени, запросить маркшейдера с надлежащим инструментом и инвентарём. А пока помогу, чем могу и в чём способность имею.

Аврамов так и поступил, спешно отправил Сибирякову сообщение, в нём подробно изложил об открытии проходкой шахты богатого золотом месторождения в речке Бодайбо и срочной необходимости маркшейдера с теодолитом и устройствами к нему, качественной бумагой и чертёжными принадлежностями.

Карпухин и Свиридов сориентировали бригаду на проходку выработки по плотику в сторону русла, чем и занялись рабочие, ставшие в одночасье шахтёрами. Вели забой с одновременным креплением кровли свода и стенок листвяком, его заготовили впрок – лиственница в округе росла в достатке. При расширении забоев отработанное пространство местами закладывали камнем. Пески поднимали на-гора и вели непрерывную промывку. Золото с бутар снимали крупное и хорошим весом. Всё радовало, кроме появления небольшого количества грунтовых вод – почва «плакала», что затрудняло работы. Аврамов организовал работы в две смены, увеличив численность бригады.

Оставив Никиту смотрителем за всеми видами работ, Пётр Григорьевич всецело доверился Огородникову, видя в нём беспорочного и ответственного человека. К подземным работам подключил и горного инженера, сняв его с одного из приисков. Сам продолжал отвлекаться на добычу золота открытым способом в пойме Накатами, объезжал прииски, подконтрольные Сибирякову и Компании. Настроение у него теперь по понятным причинам было повседневно возвышенным.

Никита упивался своим участием в открытии столь обильных золотоносных запасов, гордился оказанным поручением со стороны Аврамова, но внешне виду не показывал, эмоции сдерживал, хранил внутри себя. Часто мысли возвращались к построенной им избёнке в резиденции, оставленной закрытой на замок, скучавшей без хозяина. Думал о семействе Подкорытовых, о Ксюше. Чем занята, думает ли она о нём так же, как он о ней? Какие сомнения, безусловно, думает, и душа теплела, но ныла от неведения, а пред глазами вставал её удивительной красоты облик. Задумывался Никита и о родителях. Сколько прошло лет, а они не ведают, каким образом у него устроилась жизнь, как всё довольно хорошо складывается. Собирался написать письмо и отправить в Нюю, но, закрутившись в заботах, откладывал, а больше мечтал, как появится послабление в работе, поехать к ним и увидеться, обнять отца, мать и сестрёнку.

15

– Чего же вы, глубокоуважаемый Михаил Александрович, нас спешно до себя пригласили? – вопрошали гости – купцы Немчинов и Базанов. – Не иначе обсудить дела надобность пристала, так вроде складно выглядят и совет две недели назад держали.

– Тут как сказать, в двух словах не обернёшься, обсудить нужда напрашивается, а боле известить вас о необычайности новшества. – Сибиряков взял из книжного шкафа конверт и присел к столу. – Вчера получил от моего доверенного лица нашего компаньона Петра Григорьевича Аврамова депешу. Как известно, он до сего дня в резиденции и на приисках время занимает.

– Я восхищён его усердием, вдали от цивилизации личным присутствием ведёт обследование и контроль промыслов Компании в беспокойстве за нашу общую деятельность. Свой представитель всегда надёжней, нежели со стороны, и надо отдать должное Петру Григорьевичу в том, – произнёс Базанов.

– Но наряду с ревизией приисков Пётр Григорьевич и своими личными интересами занят, смотрите, как развил открытые работы на своём прииске, в числе первых поставил на службу конную откатку пустых наносов, выработку повысил, а тут и результат иной, – заметил Немчинов.

– Всё так, новизна во всём способствует прогрессу, а в нашем предприятии так наипаче. Однако удивлю вас, господа, куда боле особливо, уж приготовьтесь на стульях усидеть. – Сибиряков извлёк из конверта исписанный лист бумаги, развернул и положил перед собою.

Гости заёрзали, сидя на стульях, уж не случилось ли чего? Знать, случилось, и весьма неладное, коль так скоро Сибиряков к себе пригласил.

– Неужели что неладное на промыслах? – насторожились в непонятном предчувствии Немчинов с Базановым. – Не томите, Михаил Александрович, поведайте, уж не стряслось ли чего?

– Напрасно взволновались, – заулыбался Сибиряков, отчего купцы успокоились и ждали, о чём желают их известить. – Слава богу, всё в благополучии, и даже с превышением – радостную весть мне сообщил Пётр Григорьевич. Проходкой шахты, так вдруг вздумалось Аврамову заняться, на глубине долинных наносов обнаружил пласты с завидным содержанием золота, весьма богатые. Весьма! Тут же с пристрастием Пётр Григорьевич переключился на проходку подземных выработок, организовал промывку песков, излагает о солидных съёмках золота, и металл крупный. Таковы новости, господа. Шахты для нас – вид разработки непроторенный, так предстоит осваивать новизну. Перспектива явно очевидная.

– И где же, в каком месте Аврамову открылась удача? – Немчинов от удивления вскинул брови и откинулся на стуле туловищем назад. Глаза загорелись нескрытой завистью.

– В пойме Бодайбо, в нескольких вёрстах от наших поверхностных работ.

– При таких обстоятельствах следует спешно наладить разведку проходкой глубоких шурфов, правильно сказать теперь – стволов. Безотлагательно! – Немчинов поднялся со стула и прошёлся по залу, ходил туда-сюда, с возбуждением сожалея, почему Аврамову, а не ему пришла идея проходки вертикальных стволов.

– В письме Пётр Григорьевич просит немедля прислать маркшейдера со всем необходимым инструментарием для работы в подземных условиях, а также изыскать и доставить шахтёрские керосиновые лампы и насосы для откачки грунтовых вод. В тексте подчеркнул: просьбу просит исполнить в крайне сжатый срок, дабы успеть многое.

– Ай да новость, ну и Пётр Григорьевич! Надо же, до какой вершины достиг! Встряхнём ныне, господа, Сибирь, встряхнём матушку! – продолжал Немчинов, выхаживая взад и вперёд, изменившись цветом лица до розового. – Действующее число рабочих на приисках окажется недостаточным, а препровождать их на проходку шахт неуместно, ослабим добычу открытым способом. Думается, более активно возобновить вербовку народа, использовать все мыслимые и немыслимые методы.

– Считаю, наконец-то отпала надобность привлечения людей с выплатой им для покрытия расходов передвижения до промыслов. Ныне люд, прознавший о золотых приисках, и сам пришёл в движение, самоходом добираются, жаждут иметь привлекательные заработки. Выгоднее было бы привлечь на промыслы ссыльнокаторжных. Ими Россия немалым числом обросла, чего им прозябать в казематах, а так дешёвая, а то и дармовая рабочая сила. Как вам, господа? – с оживлением предложил Базанов.

– Дельный выход. Но как