Золотая жила - Александр Михайлович Минченков

Работа шла слаженно, что на постройке избы, что в проходке ствола. Дождей не было длительно, тучи порой ходили по небосводу, их носило то с востока на запад, то с запада на восток, редко дул ветер с севера и юга. Одним словом, погода работе не мешала.

Пока рубили избу, жили в шалашах, спали на ветках с поверх накиданным сеном, мошку мучили дымокуром от костра, на открытом огне готовили и пищу. Провизию Аврамов наказал приисковому приказчику доставлять с регулярностью, приезжал сам, осматривал строение и шахтный ствол. Сруб, выросший на глазах, выглядел искусно, венцы подогнаны плотно с проложенным меж ними свежим мхом. Заглядывал в выработку, провешивал бечёвку с грузилом, проверял вертикальность проходки. Можно было этого и не делать, знал, мужики постоянно при углублении под контролем Огородникова периодически пользовались отвесом.

День за днём, бадья за бадьёй на подъём разрыхлённого грунта ворот от тяжести подъёма порой начинал скрипеть, его тут же смазывали дёгтем, он замолкал и продолжал под действием ручного привода натужно выполнять свою функцию. Всё далее углублялось сечение шурфа, шахтный ствол обретал глубину, наращивалась лестница. Из зева шахты несло тревожной сыростью, но крепь из лиственницы накрепко держала стены подземной выработки.

Петру Григорьевичу не терпелось ускорения проходки, но он видел, с каким усердием трудятся рабочие. Да, ему не терпелось увидеть плотик, что он хранит на своём теле, лежат ли золотые пески и самородки на его подошве? Неужели не подтвердятся его и Свиридова предположения? Но разумность в размышлениях же есть! Должно, коль в Бодайбо и Накатами и в их притоках на мелкозалегающих породах золото найдено, и его немало, так в глубине при скале его должно быть гораздо богаче, это же логика, как выразился Степан Ильич: это канон, один из законов геологии.

Аврамов поручил Никите по мере проходки ствола отвлекаться от постройки избы на взятие песков и лотком промывать пробы. Никита обрёл некий навык работы с промывочным лотком в бытность работы Свиридова в поисках и установке столбов отвода на Накатами. Это его увлекало, как и работа с инструментами Карпухина, и без труда умело промывал содержимое лотка. Попадали мелкие значки, они радовали его, но Аврамов ждал большего.

13

Много мыслей роилось в голове Никиты: что даст проходка глубинной выработки, покажет ли она долгожданные самородки, хотя бы один, но крупный, как прибрежный камень? Если так окажется, Пётр Григорьевич, несомненно, изменит его жизнь, он станет видным человеком на Ленской земле, за ним будет право выбора дальнейшего пути, который подскажут ему душа и сердце. А душа и сердце держали в себе то, что осталось в Бодайбинской резиденции – Ксения, Ксения Подкорытова – девушка невиданной красоты, с льющимся, словно ручеёк, голосом, с блеском каштановых волос, застенчивая и кроткая. От неё исходил свет и доброта, это так волнительно встряхнуло внутренние чувства Никиты, что, впервые увидев её, он, будучи крепким по натуре, вдруг оторопел и потерял душевный покой, подолгу не мог уснуть – пред ним всплывал обворожительный облик девушки.

Никита впервые увидел Ксению на пристани. Это было незадолго до приезда Аврамова. Она сходила с баржи по трапу, помогая двум пожилым людям благополучно достичь берега. Вода плескалась у борта судна и под трапом, прозрачная, играющая с солнцем. Одета красавица простецки, но опрятно и со вкусом. Ему бросилось в глаза лицо, милое, приятное лицо с голубыми очами и выразительными ресницами, оторвать взгляд было сверх сил. Никита и не мог предполагать, что на земле существует такая девичья красота, разве что в царских палатах, и то вряд ли, но она объявилась и не где-то, а именно здесь, в Бодайбинской резиденции, словно сошла прекрасная фея с небес, он её созерцает и восхищается.

Никита подумал, таинственная незнакомка проявила внимание к старикам, поскольку оказалась рядом и прибыла сама по себе, но почему одна? На этот вопрос ответа не находил. Однако они продолжили путь сообща и несли в руках непосильную ношу – узлы и котомки. Выйдя из оцепенения, Никита спохватился и догнал стариков и девушку, вызвавшись помочь.

– Мир вам, люди добрые. – Все трое обернулись и с подозрением оглядывали молодого человека. – Не пугайтесь, иду и не могу пройти мимо, вы с такими тяжестями и без помощников. Буду рад помочь, коль позволите, – волнительно продолжал Никита, не смея взглянуть на девушку и переживая, как бы не последовал отказ.

Дед, уставший от длительной дороги, пристальным взглядом оценил парня – не пройдоха ли? Вроде внушает доверие. Да откуда здесь могут взяться жулики? Не похож, лицом открытый, приветливый, подкупающий явной порядочностью. Ему, прожившему на веку немало лет, много приходилось встречать разных людей, не ошибаясь, определял в них, кто чего стоит, какого полёта птица, что спрятано за красноречием и душой, а этот парень в один взгляд понравился деду.

– Благодарствуем, не откажемся, – поклонился старик и обратился к девушке: – Внучка, ты больше нас нагружена, так облегчи себя. Видала, каков молодой человек – благородный, вежливый.

Девушка глянула Никите в глаза, невольно задержала взгляд и смутилась, что-то ёкнуло внутри, такого видного и крепко, ладно сложенного молодого человека видела впервые, в нём дышали и сила и мужество, благородство.

Никита взял в руки один тюк у прекрасной незнакомки, котомку у старушки, а та с благодарностью кивнула и готова была идти далее.

– Прям как Господь подослал тебя к нам, прям как добродетель наш, – благодарно произнесла бабка, передавая свою ношу парню.

– Вам куда, до постоялого двора? – спросил Никита.

– Нет, милок, нам до хаты Семёна Подкорытова. Знаешь такого?

– Я тут многих поимённо знаю, а Семёна кто ж не знает, мастеровой столяр, первый на всю резиденцию, избу себе почти сам ставил.

– Так родители мы евоные, а эта дочка евоная, Ксения.

Никита удивился.

«Что ж, так Подкорытов не встретил свою родню? Обязательный человек, сказал слово – завсегда сдержит, на чужую беду отзовётся, а тут стариков и дочь без внимания оставил, шагают с вещами от пристани. Не похоже на него. Прямо странность какая-то…»

Миновав служебные и хозяйственные строения Компании, дошли до людских застроек, их много, они как опята, только стоят под подошвой сопки порознь, отделившись разновидными невысокими заборами где тыном, где жердями.

Подошли к одному из домов.

Двор умело и добротно обнесён тыном, держится на вкопанных в землю кольях. Изба немалая по размерам, окна с резным обрамлением смотрят на восток и