Бегущий Орёл. Дева-воин - Джеймс Уиллард Шульц

В ту первую ночь мы разбили лагерь в верховьях небольшого ручья, впадавшего в Большую реку. На следующее утро очень рано, испуганная, дрожащая Отаки вбежала в наш вигвам, крича, что подарки Дымчатого Орла снова сложены в кучу прямо у входа в её вигвам! Мы с трудом могли в это поверить и должны были пойти и посмотреть, чтобы убедиться, что это так. Да, вот они, те самые вещи, которые мы отправили обратно, даже кусок оленьей кожи с нарисованным на нем именем! И в ту ночь, хотя из-за близости к лагерям янктонов и ассинибойнов несколько сотен наших молодых людей охраняли наших лошадей, Дымчатый Орёл прошёл мимо них и оказался в самом центре нашего лагеря!

Глава VIII

Мы с Отаки выдерживаем священный пост

– В этот раз я порву их на клочки и оставлю прямо здесь! – воскликнула Отаки.

– Нет! Я займусь этими вещами и с их помощью устрою ловушку Дымчатому Орлу, – сказал ей мой отец.

Когда мы вернулись в наш вигвам, мой отец сказал нам с мамой:

– Ухаживания этого Дымчатого Орла за Отаки должны прекратиться, и прекратиться немедленно, иначе у неё сдадут нервы. Я хочу, чтобы она оставалась такой, какой была всегда, храброй перед лицом всех опасностей. Сегодня мы заберём с собой эти подарки. После того, как мы двинемся дальше, Дымчатый Орёл прилетит сюда и, когда не найдёт их там, где был разбит вигвам Отаки, у него возникнут две мысли: первая – что Отаки приняла их, а это значит, что она согласна и выйдет за него замуж. Его вторая мысль будет о том, что она, возможно, оставила здесь эти вещи, и что кто-то из нашего лагеря вернулся после того, как мы двинулись дальше, и забрал их. Только от Отаки он может узнать правду, и сегодня ночью он придет в её вигвам, чтобы спросить, принимает ли она его, а если нет, то будет умолять её сбежать с ним. И, если я не ошибаюсь, то, если это ему не удастся, он уйдет и придумает какой-нибудь иной способ заполучить её. Этот Дымчатый Орёл – настойчивый ухажер, он опасен! Сегодня ночью мы будем настороже и покончим с ним.

– Ай! Хороший план! Но Отаки об этом ни слова, иначе она весь день будет ужасно бояться, – сказала моя мама.

– Но чтобы быть уверенными в том, что мы сами получим этого янктона, я пойду и предупрежу её и весь её вигвам, чтобы они никому не говорили о том, что произошло, – сказал я, пошел и так и сделал.

Было позднее утро, когда мы все сняли лагерь, и из-за расположения ручьёв разбили следующий лагерь задолго до захода солнца. Тот вечер для нас с отцом тянулся очень медленно, потому что нам не терпелось осуществить наш ночной план. Единственное, чего мы боялись – это того, что этот человек не придет. Нашей первой мыслью было убить его, чтобы я мог посчитать на нём ку, но моя мать отговорила нас от этого. Более суровым наказанием, по её словам, было бы схватить его и приказать Отаки выпороть его, а затем отпустить – в назидание всем мужчинам из всех племен сиу, что девушки-черноногие презирают их. Мы согласились с ней, что так и нужно поступить, поэтому, когда мы разбили лагерь, она собрала много очень сухих, хороших дров, которые быстро дали бы нам свет, когда это понадобится.

Когда костры в большом лагере начали гаснуть, мы с отцом вышли наружу и залегли у самого края нашего вигвама. Единственным оружием, которое у нас было с собой, была боевая дубинка, которую мой отец носил подвешенной к правому запястью, чтобы обе руки были свободны. Из-за ясного неба и новой луны ночь была не очень тёмной, поэтому, чтобы нас никто не увидел, мы накрылись бизоньей шкурой, накрыли головы несколькими кустами полыни и лежали очень тихо. Мы думали, что нам придется долго ждать нашего человека, но не успели погаснуть последние костры в вигвамах, как мы увидели, что кто-то приближается, и были уверены, что это он. Он шёл быстрым шагом, смело, как будто был одним из обитателей лагеря, и, поскольку он хорошо закутался в одеяло, мы не могли разглядеть, было ли у него в руках оружие. Едва он прошел мимо нас, направляясь прямиком к вигваму Отаки, как мы выскользнули из-под шкуры, бесшумно поспешили за ним и схватили его за руки, за одеяло и за всё остальное. Ружьё, которое он держал под ним, упало на землю.

Этот Дымчатый Орёл был сильным мужчиной. Всё, что мог сделать мой отец – это крепко держать его правую руку, а левой он мотал меня во все стороны, иногда отрывая от земли, но каким-то образом мне удавалось держаться. Это была долгая и бессловесная борьба, и в конце концов мы все трое запыхались. В самом начале моя мать быстро развела огонь в нашем вигваме, а затем пришла нам на помощь. Она зашла за спину сопротивляющегося и толкнула его, а мы потянули его и втащили в наш вигвам, после чего моя мама пошла позвать Отаки. Мы усадили его на заднюю лежанку диван и сели по обе стороны от него, и мой отец знаками сказал:

– Попробуй сбежать, и я убью тебя!

И тогда мы отпустили его руки.

Он ни разу не пошевелился и не посмотрел на нас, и я впервые заметил, какой он приятный на вид человек. У него было приятное лицо, добрые глаза, длинные и густые, хорошо заплетенные волосы, и он был одет в один из самых красивых военных нарядов, которые я когда-либо видел. Но всё это еще больше разозлило меня, и я сказал себе:

– Ха! Он думал о том, что получит Отаки благодаря своей привлекательной внешности и красивой одежде!

Вскоре пришла моя мать с Отаки, всеми её братьями и сёстрами, и помощницей Суйяки, и как только они уселись, Отаки взорвалась:

– Не думайте, что я выпорю этого человека! Нет! Я просто отругаю его, и тогда вы отпустите его!

И тогда она сказала ему на языке жестов:

– Ты, зачем ты ночью приносишь подарки к моему вигваму, после того как я однажды отослала их тебе обратно? Я скорее умру, чем стану твоей женщиной!

Ну, когда она это сказала, мужчина отшатнулся, удивленно прикрыл рот рукой, а затем заговорил знаками так быстро, что я