Тайны земли. Археология России - Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий

руки и ноги украшены короткими отрезками. Другая часть имеет округлые головы и руки, опущенные на пояс. Нередко прорисован и признак мужского пола… Среди животных на памятнике можно встретить фигуры копытных, они представлены лосями и косулями, их туловища изображены по большей части в контурной манере, но есть животные, нарисованные утолщенными линиями. В некоторых рисунках исследователи увидели медведя и более мелких животных в распластанной „жертвенной позе“. Также на скальной поверхности сохранились изображения птиц, интересно, что туловища как минимум двух из них смоделированы равносторонними треугольниками»[52].

Между Писаным Камнем и Зенковской писаницей, на противоположном берегу Тагила – еще одна достопримечательная скала. На ней живет фантасмагорическое антропоморфное существо. Оно изображено вполуоборот, стоит на тонких полусогнутых ножках, размахивая тонкими ручками с двупалыми ладошками-клешнями. У него есть что-то вроде короткого хвоста и что-то торчащее под пузом. Голова его похожа на пенек, из которого вперед тянется палочка носа, а наверху растут четыре отростка-луча, напоминающие хохол птицы или корону. Кто он? Птицечеловек, герой сказаний? Шаман, танцующий в своем пестром облачении? Чертик? Нет ответа. Загадочная и дивно обаятельная фигура.

Хотя памятники наскальной живописи Урала спрятаны по берегам суровых рек вдали от российских столиц, они были обнаружены и впервые описаны гораздо раньше, нежели петроглифы Онежского озера.

В конце XVII века до верхотурского воеводы и до самого царя Петра дошли сведения о том, что на реке Ирбит есть скала, исписанная неведомыми знаками. О том вышел государев указ: «Лета 7207 (1699 от Р. Х. – А. И.-Г.) году генваря 14 день. По указу Великого Государя и по приказу Стольников и воевод Кузьмы Петровича Козлова с товарищи память. Верхотурские Приказные палаты подьячему Якову Лосеву стрельцу Петрушке Сапожникову стрельцу Петрушке Каптыреву ехати им с Верхотурья… в деревню Писанец. А приехав и взяв тое деревни жителей, крестьян старых людей, и им велеть указать Гору, на которой каменях написаны слова и иные какие письма. А приехав к той горе, тое гору осмотреть и описать, сколь велика и высока и в котором месте на камени написаны слова или иные какие письма. И сколь высоко те письма на камени написаны от воды и сколько написано слов. Написать на чертеже тое гору и подписать слова слово в слово ничем не разно и во всем бы сходно»[53].

Название деревни Писанец (существующей и ныне) свидетельствует о том, что местные жители давным-давно знали о существовании Писаного Камня и, в отличие от онежских крестьян и выгорецких староверов, не скрывали этого. Яков Лосев выполнил поручение начальства, добрался до указанного места и как мог зарисовал и описал памятник старины. Один из его рисунков был опубликован в 1705 году голландцем Николаасом Витсеном в книге «Северная и Восточная Тартария». О древних изображениях Витсен пишет: «Когда же именно и кем они сделаны, никому не известно. Цвет их, как сообщают, буро-желтый; они имеют семь пядей вышины, шесть в ширину, находятся на горе, на гладком камне, который возвышается над рекой на полсажени. Здесь в былое время вогулы и другие народы, жившие по соседству, имели обыкновение приносить жертвы богам»[54]. Далее голландец высказывает весьма экзотическое предположение о древнехристианском происхождении загадочных знаков. Это была первая попытка научного осмысления феномена уральских наскальных рисунков. Правда, сам Витсен писаницу не видел и судил о ней по сильно искаженному рисунку Лосева.

Затем сведения об Ирбитском Камне появились в «Историко-географическом описании Северной и Восточной частей Европы и Азии» Юхана (Иоганна) Страленберга (1730). Этот автор, тоже, по-видимому, не бывавший на Ирбите и пользовавшийся весьма неточными рисунками, сделанными в 1703 году описателем Сибири Семеном Ульяновичем Ремезовым, высказал гипотезу о связи между ирбитскими изображениями и знаками древнекитайской письменности. Тремя десятилетиями позднее в статье «О сибирских Писаных Камнях» Герхард Фридрих Миллер отозвался о рисунках на Ирбитском Камне весьма уничижительно: «Изображения на беловатой известковой скале писаны… красной краской неумело, грубо и беспорядочно, как обыкновенно делается самыми неискусными рисовальщиками. Можно далее сказать, что они сделаны пальцем, потому что почти равняются ему по толщине… Я не колеблюсь сравнить их с рисунками детей или произведениями праздных людей, неопытных в искусстве письма и живописи, когда они делают на бумаге или пишут на песке разные беспорядочные изображения. Я не наблюдал там ничего, что было бы похоже на связный ряд изображений. Здесь – изображения людей, там – животных, ничем органически не связанные»[55]. Конечно, в оценке мастерства создателей Ирбитской писаницы и содержательности ее образов Миллер был не прав. Но он справедливо отверг гипотезы Витсена и Страленберга, расчистив путь к познанию истины для новых исследователей.

В начале XIX века пермский историк и географ Никита Саввич Попов обследовал и описал наскальные рисунки Вишеры и Тагила. Позднее ими интересовался путешественник и естествоиспытатель Александр Гумбольдт, отметивший неожиданное сходство уральских писаниц с наскальными рисунками Америки. Систематическое изучение памятников древнего изобразительного искусства Урала началось в XX веке. Одним из основоположников новой науки стал Владимир Яковлевич Толмачев, известный нам по реконструкции Шигирского идола. В советское время были осуществлены десятки экспедиций с целью выявления, подробного научного описания, репродуцирования и фотофиксации наскальных рисунков. Трудами подвижников и энтузиастов науки О. Н. Бадера, В. Ф. Генинга, В. Н. Чернецова и многих других были явлены миру рисованные сокровища Урала.

К сожалению, находится много людишек иного пошиба, стараниями которых древние писаницы подвергаются порче, а то и уничтожению. На поверхности Ирбитского Камня видны «здесь был Вася» или что-нибудь похуже. Выбоины от пуль исказили облик одного из «пляшущих человечков» Тагильского Камня: кто-то не нашел лучшей мишени для упражнений в стрельбе. Выстрелами сильно повреждены писаницы на реке Серге.

Творцы создают великое, преодолевая силу сопротивления косной природы. Разрушители стремятся уничтожить то, что не в силах была стереть природа за тысячелетия.

По счастью, уничтожение и гибель более не грозит (по крайней мере, в ближайшее время) одному из наиболее известных памятников наскального изобразительного искусства Сибири – Томской писанице. Эта массивная скала красуется на правом берегу реки Томи, близ впадения в нее речки Писаной, примерно в 40 км от города Кемерово.

Томская писаница настолько приметна, что уже первые русские переселенцы знали о ней. В одной из сибирских летописей XVII века указано: «Не дошед острогу, на край реки Томи, лежит камень велик и высок, а на нем написано: звери, и скоты, и птицы, и всякие подобия…»[56] В 1721 году окрестности Верхотомского острога (ныне село Верхотомское на окраине Кемерова) обследовала экспедиция Даниэля Готлиба Мессершмидта, немца на русской службе. В составе экспедиции работал пленный шведский офицер Филип Юхан Страленберг.