Мифы Древней Греции: Боги - Олег Ивик

Аргус был убит Гермесом в те времена, когда он сторожил корову Ио[395]), супруги успели прожить долгую совместную жизнь и родить нескольких детей. Старшим из них был двухголовый пес Орф (Орт, или Ортр), помогавший пастуху Эвритиону сторожить стада великана Гериона и павший от руки Геракла[396]. Следующим по старшинству ребенком был пес Цербер (Кербер) – страж Аида, тоже имевший немало голов (по разным источникам, от трех до ста)[397]. Многоглавостью отличалась и дочь Тифона и Ехидны, знаменитая Лернейская Гидра, причем головы ее, будучи срублены, регенерировались, а одна из них и вовсе была бессмертна, что доставило немало хлопот сразившему Гидру Гераклу[398]. Четвертым ребенком Ехидны от Тифона была Химера:

Также еще разрешилась она изрыгающей пламя,

Мощной, большой, быстроногой Химерой с тремя головами:

Первою – огненноокого льва, ужасного видом,

Козьей – другою, а третьей – могучего змея-дракона.

Спереди лев, позади же дракон, а коза в середине;

Яркое, жгучее пламя все пасти ее извергали[399].

Что касается остальных перечисленных Гесиодом детей Ехидны, об их отцах стоит сказать особо.

Грозного Сфинкса еще родила она в гибель кадмейцам,

Также Немейского льва, в любви сочетавшися с Орфом[400].

Происхождение Немейского льва, таким образом, сомнений не вызывает: он был рожден Ехидной от ее собственного сына Орфа. Что же касается Сфинкса, то текст Гесиода оставляет место для сомнений (перевод Вересаева очень точно это передает) – непонятно, был ли он рожден от Тифона или уже от Орфа; но Аполлодор уверенно называет отцом Сфинкса именно Тифона[401].

Были у многодетной пары и другие отпрыски. Разные авторы называют среди детей Тифона и Ехидны Сциллу[402]; стоглавого дракона, охранявшего яблоки Гесперид[403]; дракона, стерегшего золотое руно в Колхиде[404]; Кроммионскую свинью по имени Фэя, «которая, отличаясь огромными размерами и силой, погубила многих людей»[405]; орла, терзавшего Прометея[406]; и упомянутого только Гигином некоего загадочного Горгона, о котором сказано лишь, что он был отцом горгон[407] (каковым обычно считается Форкий[408]).

Дети Ехидны славились исключительным разнообразием, трудно поверить, что все они: гидра, сфинкс, химера, драконы, собаки, свинья… – были рождены одной матерью от одного же отца. И уж совсем невероятным представляется, что чудовищная Ехидна, бывшая наполовину змеей, вступив в кровосмесительную связь с собственным сыном «Орфом-собакой», смогла родить такое благородное животное, как лев.

Что же касается самого Тифона, то он был однолюбом. Правда, у него имелось еще несколько отпрысков, чьи матери неизвестны. Например, Гесиод называет его родоначальником некоторых ветров:

От Тифоеуса (происходит) сила ветров, дующих сыростью,

исключая Нота, Борея, Аргеста и Зефира…[409]

Каким образом Тифон дал жизнь ветрам и участвовала ли в этом деле женщина, Гесиод не уточняет. Судя по всему, Ехидна все-таки была единственным существом женского пола, с которым связал свою судьбу Тифон.

Но увы, целью существования злополучного дракона была отнюдь не счастливая семейная жизнь и не деторождение – Гея породила его для того, чтобы он отомстил Зевсу за победу над ее отпрысками, титанами. Впрочем, даже если матерью Тифона была Гера, так или иначе, ему было суждено вступить в жестокую схватку с олимпийскими богами.

Аполлодор подробно описывает ход битвы Зевса с его то ли дядей, то ли пасынком: «Будучи существом такого вида и такой величины, Тифон забрасывал раскаленными скалами небо и носился с ужасающим шумом и свистом. Буря огня вырывалась из его пасти. Боги, увидев, что он устремился к небу, кинулись бежать в Египет; преследуемые, они меняли свой облик и превращались в животных»[410].

Антонин Либерал перечисляет, каким животным уподобились перепуганные боги: «Аполлон стал коршуном, Гермес – ибисом, Арес – рыбой лепидотом[411], Артемида – кошкой, Дионис уподобился козлу, Геракл – олененку, Гефест – быку, Лето – землеройке; словом, каждый из остальных богов изменил свою внешность, как ему удалось»[412].

Почему греческие боги решили искать спасения именно в Египте, авторам настоящей книги неизвестно. Во всяком случае, эмиграция олимпийцев продолжалась не слишком долго, поскольку Громовержец оказал достойное сопротивление захватчику. Аполлодор сообщает:

«Когда Тифон находился еще далеко, Зевс стал метать в него свои перуны; когда же Тифон приблизился, Зевс ударил его кривым стальным мечом. Тифон бежал, и Зевс преследовал его до горы Касия, возвышающейся над Сирией. Увидев, что Тифон тяжело ранен, Зевс вступил с ним в рукопашную. Тифон охватил Зевса кольцами своего тела и, вырвав у него кривой меч, перерезал Зевсу сухожилия на руках и ногах. Подняв его на плечи, он перенес его затем через море в Киликию и, дойдя до Корикийской пещеры, запер его в ней. Там же он спрятал и сухожилия, завернув их в шкуру медведя, и поставил стеречь все это драконицу Дельфину: она была полузверем. Однако Гермес и Эгипан (козлоногий бог, иногда отождествляемый с Паном. – О. И.) выкрали эти сухожилия и тайно вставили их Зевсу»[413].

Отметим, что известная исследовательница мифических животных, доктор биологических наук О. М. Иванова-Казас выражает обоснованные сомнения по поводу достоверности истории с сухожилиями, поскольку руки Тифона оканчивались не пальцами, а змеиными головами, и совершать сложные хирургические операции ему явно было не под силу. Гесиод, тоже подробно описавший битву богов с Тифоном, о вырезании сухожилий умалчивает. Но так или иначе, в конце концов злокозненное чудовище было повержено[414].

«Вернув себе прежнюю силу, Зевс внезапно ринулся с неба на колеснице, влекомой крылатыми конями, и, метая перуны, преследовал Тифона до горы, которая называется Ниса. Там Мойры ввели в обман преследуемого Тифона: они убедили его, что у него прибавится силы, если он отведает однодневных плодов»[415].

Сегодня нельзя доподлинно сказать, что за плоды предложили мойры доверчивому чудовищу; есть мнение, что они угостили его ядовитой травой, называемой το εφήμερον (однодневка)[416]. Во всяком случае, никакого заметного действия на чудовище она, видимо, не оказала. Гонимый Зевсом, Тифон бежал во Фракию и там «метал ввысь целые горы», но Зевс «эти горы отражал своими перунами обратно», и Тифон, потеряв много крови, помчался на Сицилию. Здесь ему и пришел конец: «Зевс набросил на него гору Этну, …и из нее до настоящего времени, как говорят, из-за брошенных туда перунов вырываются языки пламени»[417].

Автор «Теогонии» тоже упоминает Этну, из расселин которой после попадания в нее божественных перунов забило пламя. Но местом последнего упокоения Тифона Гесиод