Древний Израиль и народы Ханаана. Этническая история Южного Леванта. III тыс. до н. э. – VII в. - Игорь Павлович Липовский

судей сын младшего брата Калева – Отниэль стал главой не только колена Иехуда, но и всего израильского племенного союза (или по меньшей мере части племен). Поддержка кеназитов имела жизненно важное значение для первого израильского царя, северянина Саула, особенно когда против него выступил пророк и судья Самуил, фактический правитель южных племен. Кеназиты поддержали Саула и в его противостоянии с Давидом, который представлял старую племенную аристократию Иехуды, отодвинутую от власти кеназитами. Конфликт между будущим царем Давидом и влиятельными кеназитами – хозяевами Хеврона – лучше всего отразился в эпизоде с богачом Навалом. Когда Давид, скрывавшийся со своими людьми от армии Саула, смиренно попросил Навала прислать ему что-либо из еды, тот высокомерно отказал: «Кто такой Давид и кто сын Ишая? Ныне стало много рабов, убегающих от господ своих. Неужели мне взять хлебы мои, и воду мою, и мясо, приготовленное мною для стригущих овец у меня, и отдать людям, о которых не знаю, откуда они?» (1 Цар. 25: 10–И). Навал происходил из рода Калева и считал себя куда выше и знатнее Давида, выходца из обедневшей иудейской аристократии. Кеназиты предпочитали видеть на царском троне биньяминянина Саула, нежели иудея Давида, соперничавшего с ними за власть в племени. Давид воспринял оскорбительный отказ Навала как личный вызов и объявление войны: «Да, напрасно я охранял в пустыне все имущество этого человека, и ничего не пропало из принадлежащего ему; он же заплатил мне злом за добро. Пусть то и то сделает Господь врагам Давида (самому Давиду), и еще больше, если я оставлю до утра хоть одного мочащегося к стене (хоть одного мужчину) из всех его людей» (1 Цар. 25: 21–22). Этот конфликт закончился смертью Навала, а его молодая жена – красавица Авигаил – стала одной из жен Давида. Более того, имя Навал стало синонимом подлеца и негодяя в древнееврейском языке.

Воцарение Давида в Иудее и восстановление им Израильско-Иудейского государства означало полное поражение кеназитов. Потомки Калева чувствовали себя обделенными в царстве Давида. Правда, они попытались взять реванш над Давидом во время мятежа его любимого сына Авшалома. Кеназиты «помазали на царство» Авшалома в Хевроне и помогли ему овладеть Иерусалимом и всей Иудеей. Однако разгром мятежа Авшалома положил раз и навсегда конец всем амбициям кеназитов. Укоренение династии Давида в Иудее и ее 400-летнее правление этой страной заставили всех забыть, насколько серьезны были когда-то претензии кеназитов на верховную власть в Иудее.

11. Маоняне

«Маонянами» Библия называет жителей полупустынных областей Маон и Зиф, располагавшихся вблизи юго-западного побережья Мертвого моря. Эта труднодоступная местность на севере упиралась в Иудейскую пустыню, а на юге сливалась с пустынным Негевом. Восточной границей Маона и Зифа был берег безжизненного Мертвого моря. Населяли эти суровые места племена (или племя?) эдомитянского происхождения, так называемые «маоняне». Возможно, что часть жителей Маона и Зифа, особенно на севере, тоже относилась к эдомитянскому племени кеназитов, слившихся со временем с коленом Иехуда. В любом случае маоняне были очень близки к кеназитам и, как правило, их во всем поддерживали. Книга Судей упоминает маонян в числе тех народов, которые нападали на древнееврейские племена и некоторое время даже властвовали над ними. Трудно сказать, не имелось ли в виду господство кеназитов над коленом Иехуда? Правда, власть маонян вряд ли могла выходить за пределы территории южных колен.

В этих суровых и труднопроходимых местах долгое время скрывался Давид со своим отрядом. Примечательно, что маоняне, как и кеназиты, не поддержали Давида. Более того, они были первыми, кто выразил готовность помочь Саулу поймать его врага. «И пришли жители Зифа к Саулу в Гиву, и сказали: „Вот, Давид скрывается у нас в неприступных местах, в Хорше, на холме Хахила, что направо от пустыни. Итак, по желанию души твоей, царь, иди; а наше дело будет предать его в руки царя.„“ И пошел Саул с людьми своими искать, но Давида известили об этом, и он спустился со скалы и оставался в пустыне Маон. И услышал Саул, и погнался за Давидом в пустыню Маон» (1 Цар. 23: 19–20, 25). Здесь, в Маоне, Давид столкнулся с богатым и знатным кеназитом Навалом, фактическим хозяином Маона. «И был человек в Маоне, а имение его в Кармеле (центр Маона); и этот человек был очень богат: у него было три тысячи овец и тысяча коз; и был он при стрижке овец своих в Кармеле. Имя того человека – Навал, а имя жены его – Авигаил; эта женщина была весьма умная и красивая лицом, а он человек жестокий и злой нравом; он был из рода Калева» (1 Цар. 25: 2–3). Навал, как все кеназиты и маоняне, относился недоброжелательно к Давиду. То ли здесь проявилась историческая обида старшего брата на младшего (эдомитян на иудеев), то ли внутриплеменная борьба за власть в колене Иехуда, но, как бы то ни было, конфликт между Давидом и Навалом кончился смертью последнего. С этого времени отношения Давида с маонянами окончательно испортились и его пребывание в Маоне стало смертельно опасным. Жители Зифа и Маона следили за каждым его шагом и докладывали обо всем царю Саулу. Был момент, когда воины Саула его почти схватили, но неожиданная весть о нападении филистимлян на Израиль заставила их все бросить и поспешить навстречу врагу. Оставаться дальше в Маоне было невозможно, и Давид решил спастись у филистимлян. «И сказал Давид в сердце своем: когда-нибудь попаду я в руки Саула, и нет для меня ничего лучшего, как убежать в землю Филистимскую; и отстанет от меня Саул, и не будет искать меня более по всем пределам Израильским, и я спасусь от руки его» (1 Цар. 27: 1).

Глухие, полупустынные места и пастушеский образ жизни маонян держали их в стороне от политических событий как в Иудее, так и в Ханаане вообще. Позднее, после падения Иудеи и во времена вавилонского пленения части иудеев, районы Зифа и Маона усиленно заселялись эдомитянами, которых буквально выдавливали со своей земли арабские племена набатеев.

Маоняне, проживавшие в труднодоступных районах на юго-востоке Иудеи, сохранили свою обособленность вплоть до Маккавейских войн. В Первой книге Маккавеев упоминаются «сыны Беана» (Меана?), «которые были для народа ловушкой и западней и подстерегали людей на дорогах». Иехуда Маккавей заставил их «запереться в своих башнях, осадил их, дал обет их истребить, сжег огнем их башни со всеми, кто в них находился» (1 Макк. 5: 4–5). Маоняне, как и в случае с Давидом, предпочитали поддерживать центральную власть, а не иудейских повстанцев. Впрочем, позднее, когда Ионатан