Варяжская сага. Пряди Ансгара - Борис Сергеевич Корниенко

– Из-за меня? – спросил он непонимающе.

– Да! Ведь он видел, как я на тебя гляжу, – ответила Вивека, потупив очи.

– А как…

– Я сразу, как только увидела тебя, поняла, что ты совсем другой. Ты бы никогда не сделал мне больно. Такого, как ты, я бы любила всем сердцем и отдавалась бы тебе с радостью. Он это понял, и его обуяла ревность, он стал меня мучить, как только ты ушел.

– Я отомщу ему! – заявил Ансгар.

– Они все еще болят, – прошептала Вивека, – вот если бы ты приласкал…

Она взяла Ансгара за руку, потянула к своему сияющему белизной телу. Вдруг за задней дверью послышались быстрые шаги, и Вивека тут же накинула на себя одежду. Дверь отворилась, и внутрь ворвался мальчик лет девяти.

– Мама! – раздался его звонкий голос, но, увидев чужого человека, ребенок притих.

– Ингилейв! – Вивека распахнула объятия, и мальчик поспешил прижаться к ней. – Я думала, ты еще гуляешь с Кристером.

– Я устал гулять. Кто этот дядя? – спросил малыш.

– Это Ансгар! Он великий воин и добрый человек, который приходит на помощь тем, кто в нем нуждается. Может быть, он и нам поможет. – Вивека одними уголками глаз мельком глянула на Ансгара и продолжила обнимать сына.

Мальчик тем временем с любопытством смотрел на незнакомого ему прежде воина и особенно на Домарбранд.

– Покажи мне свой меч, – наконец, набравшись смелости, попросил он.

Ансгар невольно улыбнулся, вынул Домарбранд из ножен и осторожно передал его Ингилейву. Глядя на мальчонку, который с восторгом любовался клинком, он никак не мог понять, кого тот ему напоминает. Ансгар не очень хорошо помнил Адальмунда, но был уверен, что на своего отца Ингилейв совсем не походил. Чье-то другое лицо виделось ему в мальчишеских чертах, но чье? Сын Вивеки между тем настолько увлекся, что принялся размахивать мечом, чуть не задел свою мать, так что та ахнула, и, наконец, опрокинул стоявшую на столе кринку.

– Так-так, – сказал Ансгар строго, – пожалуй, хватит. Дай-ка его сюда!

Ингилейв с сожалением вернул меч и насупился.

– Его он тоже грозился убить, – прошептала Вивека.

Ансгар посмотрел на нее, и новая волна ярости начала в нем вскипать.

– Он больше не причинит вам зла, – едва сдерживаясь, проговорил Ансгар и вышел.

Прядь четвертая (окончание)

Он шел по улице с таким видом, что все встречные невольно оборачивались ему вслед, а самые любопытные и вовсе увязались за ним. Среди них был и Олис. Ансгар не обращал никакого внимания на своих новых спутников, в голове у него вертелась только одна мысль – Сверр убил Злату и теперь грозит смертью Вивеке с ребенком. Поначалу он думал о том, чтобы схватить Сверра, изобличить его преступления перед ярлами и потом уже предать справедливой казни, но теперь забыл об этом. Ему просто хотелось побыстрее разделаться со Сверром и свершить месть.

Ансгар подошел к знакомому хирдхейму и увидел двух воинов – ближних дружинников Сверра. Значит, он был на месте.

– Сверр! – закричал Ансгар во все горло. – Сверр!

– Чего разорался? – недовольно спросил один из хирдманов.

– Позови своего ярла! Немедленно! – потребовал Ансгар.

– Ярл Сверр занят, – возразил хирдман.

– Я сказал, позови его! – Ансгар начал терять терпение, и рука его невольно потянулась к рукояти меча. Заметив это, хирдман и его товарищ стали плечом к плечу, всем своим видом показывая, что готовы вступить в бой. Но в этот миг в дверях показался сам Сверр.

– Что за шум? – сердито проговорил он. – И что это за толпа тут собралась? Ансгар? Какого драуга ты здесь делаешь?

– Ярл Сверр Снорриссон! Я пришел, чтобы покарать тебя за твои преступления! – провозгласил Ансгар.

– Что-о-о? – с недоумением протянул Сверр. – Ты, случаем, не объелся ли грибов, друг?

– Я тебе не друг! Готовься к бою, если хочешь умереть достойно! – оставался неумолим Ансгар.

– Да что с тобой такое? А-а-а! Уж не послал ли тебя этот трусливый пес Бьёрн? – высказал догадку Сверр.

– Я не знаю, чем ты виноват перед ярлом Оцо, – пожал плечами Ансгар, – но, видно, виноват, раз вспомнил о нем. Однако я пришел не из-за него. Я знаю, откуда у тебя следы на лице, знаю, чья кровь на твоих руках!

– Ах вот ты о чем! – с деланой беспечностью воскликнул Сверр, а у самого забегали глаза. – Так в чем же ты меня обвиняешь?

– Я обвиняю тебя, ярл Сверр Снорриссон, в том, что ты минувшей осенью тайком пробрался в сад ярла Братяты и напал на его жену Злату, пытаясь ее обесчестить. Когда она воспротивилась и расцарапала тебе лицо и когда объявилась девушка из челяди, ты скрылся, но затем вернулся и убил Злату. Я обвиняю тебя в убийстве!

Толпа, становившаяся все больше, ахнула от удивления. С удивлением слушали Ансгара и воины, вышедшие из хирдхейма вслед за своим хёвдингом. Сверр нервно оглянулся. При многих свидетелях он был обвинен в страшном преступлении и теперь не мог просто замять этот разговор.

– Ложь! – заявил Сверр. – Я ее не убивал!

– Тебя видела челядь!

– Какая челядь? Покажи мне ее!

– В этом нет нужды, Вивека подтвердила ее слова.

– Вивека?! Ты был у Вивеки?! – заорал Сверр. – Что ты у нее делал? Я убью вас обоих!

– Ты больше никого не убьешь! – возразил Ансгар и достал Домарбранд из ножен. – Пусть свершится суд! Или ты вздумал укрыться за своим хирдом, как последний трус? Тогда быть тебе нидингом до конца твоей позорной жизни!

– Вздумал обвинять меня в трусости? Напрасно! – ответил Сверр. – Я мог бы потребовать суда у правящего этим городом Бьёрна, но слишком презираю подлого финна, чтобы так унижаться перед ним. Я мог бы потребовать суда у конунга Хельги, единственного человека, чью власть признаю, но он слишком далеко. Я мог бы велеть своим воинам изрубить тебя за твою ложь, но, как ты верно подметил, тогда меня могут счесть трусом, а я этого не потерплю. Ты посмел обвинить меня перед всеми этими людьми, перед моим хирдом в убийстве, которого я не совершал. Теперь я обязан смыть твою ложь, которой ты пытаешься запятнать мою честь, твоей же кровью. Видят боги, я считал тебя своим другом, но я сделаю это!

– Довольно слов, – коротко бросил Ансгар в ответ на эту длинную речь.

– Что ж, будь по-твоему, – согласился Сверр и принял меч, который поднес ему один из хирдманов.

Оба были без доспехов и щитов, исход боя должно было решить одно только владение мечом. Сверр оказался хорошим воином, действовал быстро и ловко, когда надо – отступал