Открытие Америки - Алексей Крайнов

«Ничего себе, – отметил я про себя, – западное отношение к местам веры заметно расходится с византийской традицией! Концерт в храме?»

Тогда я ещё не знал, что наблюдаю мягкий, католический вариант пересечения мирского и божественного. Гораздо более восторженно относятся к музыке в баптистских чёрных церквях США – там дают рок-концерты, устраивают массовые песнопения и танцы на сцене. «Каждый ищет или создаёт на пути к Богу что-то своё, – делал я вывод, – и отличается созданное ровно настолько, насколько люди, нации и культуры отличаются друг от друга».

Священник в чёрной мантии, с большим крестом на груди и (удивительно для меня) без головного убора начал службу. Вёл он её в микрофон, на английском языке, с редкими вкраплениями на латыни вроде «амен». Думаю, прихожанам было приятно понимать, о чём идёт речь, – хорошо озвученная служба на родном языке! В моей религии, чтобы разобраться в происходящем, нужно подучить церковнославянский, или, более реалистичный вариант, – выучить наизусть смысл и последовательность всех текстов.

На моё удивление, устроившись в храме на скамейке, мы не встали с началом службы и вообще первый час сидели не вставая! Только часа через полтора члены семьи Винсента, и он первый, на определённом псалме опустились на колени, перекрестилась по-католически – на себя, простояли так около минуты и уселись вновь. Я же от коленопреклонения в чужой церкви воздержался.

Вскоре после этого эпизода священник встал за кафедру и прочитал небольшую, минут на десять, проповедь. Религиозные речи на английском я понимал с трудом, но всё же уловил, что священник рассказывал историю о помощи ближнему, о том, насколько таковая важна для духовной жизни человека. Я взглянул на внимавшего проповеди Винсента. Не зря он ходит в церковь: слово пастыря с делом у него не расходится – взять хотя бы его помощь мне!

Служба закончилась через два часа. Народ медленно выходил и рассаживался по машинам. Шагая с Винсентом к парковке, я коротко обсудил с ним бросающуюся в глаза разницу между православными и католиками.

– Такое наблюдение, Винсент: ортодоксы всю службу на ногах стоят (в воскресную – четыре с лишним часа!), и все эти часы каждый чётко ощущает, что именно служит. Подтверждение этому – немалые личные физические усилия.

Я смотрел на Винсента, пытаясь уловить его настрой: готов ли он к такой дискуссии?

– На контрасте же, – продолжал я, – два часа на скамейке слушать молитвы и псалмы священника напоминает аудиенцию, где ты прикасаешься к чему-то важному, но происходит оно отдельно от тебя – где-то на сцене.

– Ну не знаю, – Винсент оказался готов к дискуссии, – в комфорте ты можешь полностью расслабиться и посвятить себя мыслям о Боге, вот главное. Зачем стоять, отвлекаться на неважное? Да и вообще, если у тебя спина болит, ты что, уже и в церковь сходить не можешь?

Я не стал вдаваться в подробности о том, что в православных храмах всё же ставят одну-две лавочки у стен для «хромых и больных», но сидят там действительно дряхлые старушки или иногда пара подуставших детей. Основная масса прихожан приходит именно стоять и делает это осознанно – как часть своего посвящения.

В целом обычному человеку католический вариант явно больше пришёлся бы по душе. Да и детям Винсента, особенно малышке Эльзе, скамейка в храме точно делала путь к Богу понятнее и легче.

«Но раз мне выпало родиться в православной культуре, нужно держаться корней, – размышлял я за рулём на обратном пути. – И есть причины: наша вера построже будет, дисциплиной суровее… Ожидания в ней выше, возможно, и спасённых душ наберётся побольше…»

Но если подумать: в чём реальная разница? Православные и католики тысячу лет после Христа жили одной верой, и только под предлогом «филиокве» решили разойтись. А там началось: стоять или сидеть на службах, как креститься, кто святой, а кто нет, – и пошло-поехало. Жили же как-то вместе, что могло стрястись?

Причиной, по моему мнению, конечно же, не был спор о том, исходит Святой Дух только от Отца или ещё и от Сына. Кто и как может это однозначно подтвердить? Собор голосованием? Но там такие же грешные люди, пусть и посвящённые. Жребий? Почему-то именно этот вопрос решили жребию не предавать. Каждый хотел оставить себе священное право остаться при своём? Я склонялся к тому, что именно политика, борьба за старшинство и влияние среди пап и патриархов, среди покровительствующих им и зависящих от них императоров и королей, – вот эти силы определяли повестку. Верующим же на грешной земле оставалось только следовать спущенным сверху правилам и не задавать лишних вопросов.

В общем, съездил я в костёл с интересом, подтвердил себе внешнюю природу непринципиальных отличий, которые люди поднимают на флаги войны и реже – мира. Не ушёл я и от обобщения: всё это актуально не только для веры, но и для любого проявления человеческих идей и культуры. Наверное, только так мы, отдельные люди и нации, можем поддерживать групповую идентичность, а это немало для человека, слабого в одиночку, но сильного в социальных связях! Поэтому старинные вопросы – в какую сторону креститься, что человечнее, капитализм или социализм, или же с какой стороны разбивать яйцо, если вдуматься, темы одного порядка.

Для общего образования моя поездка с Винсентом на католическую службу оказалась полезной, все важные выводы для себя я сделал с первого раза и больше в костёл не ездил.

Глава 36

Моя жизнь упорядочивалась, приходила в норму, так что, отработав следующую неделю в «Ламбер хаусе» и немного дома у Винсента, в наступившее воскресенье я отправился смотреть Чикаго!

С предыдущим месяцем ударных работ на моей банковской карте снова накопились две с небольшим тысячи долларов, я нормально высыпался, ездил на работу и по делам на золотистой «Мицубиси», по вечерам общался с Винсентом и его семьёй и даже записался в библиотеку в даунтауне Уокигана! Прекрасное обновление!

* * *

Поездка в библиотеку и получение читательского билета позитивно повлияли на моё состояние. Это было формальным подтверждением факта: у меня появилось осознанное свободное время, которое я мог тратить не только на выживание, но и на простые занятия вроде чтения.

Современное здание библиотеки в административном центре Уокигана привлекало уютом и спокойствием. В субботу утром, когда я приехал туда впервые, посетителей было раз-два и обчёлся.

В моём распоряжении оказались два просторных этажа с книгами, доступными всем гостям, и отдельный зал с компьютерами. Бесплатный доступ в Интернет! Тут стояли «Макинтоши», которых я раньше и не видел, прикольно! Значит, благодаря