Хроно-Хранители Вечности. Том 2 - Лариса Печенежская

Сара посмотрела на плачущих женщин и детей, мужчин, которые держали в руках оружие, но не были подготовлены к сражению с врагами. Она видела, как приближаются вражеские силы, и понимала, что времени на раздумье остаётся всё меньше. Перед ней стоял трудный выбор между жизнью и смертью для многих, и Сара ощутила груз ответственности.

Сердце её колотилось так, что, казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Она знала, что любое из ее решений принесёт боль, поэтому все еще продолжала колебаться. Но в последний момент её взгляд упал на старика, который стоял в стороне и спокойно смотрел на неё. Его глаза, казалось, говорили ей: «Никогда не поступай против своей совести».

Сара, зажмурив на миг глаза, сказала себе сдержанно, но твёрдо:

– Я не позволю этим людям погибнуть.

Девушка начала искать другой способ, призвав свою интуицию и умение направлять потоки времени. Она решила использовать свои силы для того, чтобы направить течение времени так, чтобы замедлить приближение врага и дать мирным жителям возможность уйти из селения. Затем, когда они перешли мост, она с их помощью разрушила его, и в этот момент в деревню ворвались вооруженные и озлобленные враги.

Календрисс вновь не произнес ни слова, но в его взгляде читалась глубокая одобрительная улыбка.

Наконец, настал черёд Милтона. Он оказался перед огромным залом суда, где правили не только законы, но и несправедливость. Перед ним стоял человек – невиновный, но обвинённый в тяжком преступлении. Милтон знал, что имеет силу изменить прошлое так, чтобы это преступление никогда не произошло. Но это вмешательство могло бы нарушить хрупкий баланс истории.

– Выбор за тобой, – сказал Календрисс, его голос был низким и спокойным. – Ты можешь изменить ход времени и спасти невинного, но последствия этого вмешательства могут отразиться на будущем, которое тебе неизвестно.

Милтон, охваченный внутренней борьбой, посмотрел на присутствующих в зале. Сердце подталкивало его к тому, чтобы вмешаться, спасти невиновного, но разум напоминал о той ответственности, что лежала на его плечах.

Перед профессором Вэнсом встала дилемма: вмешаться в ход времени и спасти невиновного или допустить взять верх несправедливости?

Он понимал, что истинная сила заключается не в исправлении ошибок прошлого, а в способности принять их. И Милтон, несмотря на всё своё желание изменить судьбу этого человека, понял: иногда нужно позволить событиям идти своим чередом, даже если они причиняют боль.

С этими мыслями он медленно опустил руку и тихо, но уверенно произнёс:

– Я не буду вмешиваться. Пусть время само решает.

Календрисс с пониманием посмотрел на профессора Вэнса, зная, что принятое решение далось ему нелегко. Тем не менее, он прошёл испытание, сохранив свою моральную стойкость.

– Каждый из вас поступил в соответствии со своими моральными принципами, – сказал Календрисс. – Вы доказали на практике, что уроки Хранителей нашего Ордена не прошли для вас даром, и вы усвоили, что истинная мудрость состоит в знании, когда нужно вмешаться в событие, а когда – отпустить его.

Несмотря на это, вам предстоит пройти еще одно испытание, которое будет намного сложнее предыдущего, которое можно считать разминкой. Но в этот раз вам придётся столкнуться с выбором, который не имеет правильного ответа. Это проверка вашей сути, вашего сердца и души. Испытание моральных принципов всегда самое сложное.

Вокруг них вновь закружился вихрь света и тьмы. Но теперь каждый оказался в своей собственной реальности, столкнувшись с тем, что требовало от него не просто силы духа, но и проявления моральных принципов.

Сара оказалась на великом собрании, где величественные колонны поднимались к небу, а лучи света пробивались через окна огромного зала. Повсюду находились люди, одетые в белые тоги. Вокруг неё кипели обсуждения, сенаторы обменивались взглядами, и она сразу почувствовала напряжение, витавшее в воздухе. Её сердце замерло, когда она поняла, где оказалась – это был день убийства Юлия Цезаря, момент, который навсегда изменит ход истории. Она перевела взгляд на великого римского полководца и правителя, который стоял на пороге принятия судьбоносного решения для Рима. Он выделялся среди членов сената своим костюмом, состоявшим из туники белого цвета и алой атласной тоги.

Сара ощутила, как её охватило беспокойство. Она знала, что Юлий Цезарь, известный своей харизмой и решительностью, планировал объявить себя диктатором и тем самым изменить ход истории, превратив Рим из республики в империю. К тому же ей было известно, что это решение приведёт к большим изменениям – Рим станет мощнейшим государством на века, но в процессе этого погрузится в череду кровопролитий, гражданских войн и тирании.

Рядом с Цезарем находился сенатор, преданный ему, а напротив – заговорщики, готовившие план его убийства. Сара знала, что его смерть неминуема. Вокруг неё шло обычное заседание, но она видела скрытую угрозу в каждом движении заговорщиков. Брут, Кассий и другие уже приготовились нанести удар, который навсегда изменит судьбу Рима. Её сердце сжалось от осознания того, что она ничего не может сделать, чтобы предотвратить смерть великого правителя. Но испытание заключалось не в этом.

Её дыхание участилось, когда Календрисс тихо прошептал в её сознании:

– Вот твоё испытание, Сара. Ты не можешь предотвратить смерть Юлия Цезаря. Это неизбежный факт. Но у тебя есть выбор. Ты можешь предупредить его, рассказать о заговоре, и тогда его смерть, которой ему все равно не миновать, будет медленной и мучительной, в присутствии тех, кого он считал своими друзьями. Это уничтожит его доверие к ним и принесёт ему огромные страдания в последние минуты жизни. Но есть другой путь – если ты промолчишь, его смерть будет быстрой, и он уйдёт, не зная о предательстве тех, кого любил. Выбор за тобой: принести ему знание о правде или позволить ему умереть в неведении, сохранив хотя бы каплю достоинства.

Сара задумалась:

– Если я предупрежу Цезаря и скажу ему, что среди заговорщиков Брут, его ближайший соратник, которого он считал своим другом, это знание предательства может сломить его психологически, лишить внутреннего спокойствия. В этом состоянии Юлий, быстрее всего, предпримет попытку спастись или защититься, но поскольку заговор уже запущен и смерть его неизбежна, последние часы жизни Цезаря могут оказаться мучительными не только физически, но и морально. Вместо того чтобы умереть, веря в свою власть и доверяя окружению, Цезарь уйдёт из жизни с осознанием того, что его предали даже близкие ему люди, что принесёт ему невыносимую боль и сделает последние мгновения психологически тяжёлыми.

Размышления не привели ее к какому-либо конкретному решению. Наоборот, у нее возникли противоречащие друг другу вопросы.

– Могу ли я позволить ему умереть, не зная правды? – спрашивала она себя и тут же мучительно пыталась ответить самой себе:

– Неужели мне надлежит обрушить на него такую душевную боль перед самой смертью?

Сара взглянула на Цезаря. Он был окружён своими сенаторами, полон уверенности в себе и своей власти, не подозревая о том, что вскоре станет жертвой предательства. Её взгляд упал на Брута, который скрывал кинжал под своей тогой.

Кассий, стоящий неподалёку, обернулся и взглянул на неё, словно чувствуя её сомнения. Он ничего не сказал, но его взгляд был полон решимости. Сара знала, что ей не дано остановить заговор. Но она все же могла повлиять на то, как Цезарь воспримет свою смерть – с осознанием предательства или в неведении.

Она сделала шаг вперёд, душа замерла в ожидании, дыхание приостановилось, и время ощутимо замедлилось. Внутри неё продолжали бороться два голоса.

Её глаза встретились с глазами Брута, и она увидела в них тень сомнения. Брут всё ещё колебался, но скоро должен был сделать свой роковой шаг. Сара стояла на грани принятия решения, которое изменит её представление о справедливости и морали. Неуверенность раздирала ее на части.

С трудом сдерживая эмоции, она пыталась разобраться в самой себе:

– Я не могу позволить ему умереть, не зная правды… Но… разве достойно лишить его хотя бы этих последних спокойных