Дорога к Алтаю - Алексей Крайнов

– Ты представляешь, Алекс, – сообщила она, – нас застукали на прошлой неделе, когда ты спустился за мной в лобби. Кто-то рассказал семье.

– Серьёзно, Кло? Чёрт, такой себе поворот! Нашей аккуратности в итоге оказалось недостаточно?

– Ага. Родители попытались устроить мне скандал.

Она закончила с макияжем, выпрямилась и, ничуть не стесняясь, повернулась ко мне.

– Ты знаешь, может, и к лучшему! Надоел этот контроль! Прямо думаю, хочу ли я оставаться в Цуге… Попрошу Siemens перевести меня куда-нибудь… В те же Штаты, например!

Я слушал её, смотрел на точёную фигуру, поддерживаемую регулярным спортзалом и сауной, и думал: «Эта девушка однозначно не вписывается в швейцарское сообщество – строгое и чопорное, каким я его знаю. В Америке Хлои могла бы найти свободу, свой круг… Кажется, она прекрасно это понимает!»

Мы простились горячим поцелуем. Так, как прощаются люди, знающие цену случайной встрече: с жадностью и благодарностью, с осознанием, что повторения не будет.

Что-то было в этих странных и страстных отношениях!

* * *

На той же неделе Мигель позвал меня на ужин в знаменитый стейк-хаус «Гёте» в банковском районе Цуга. Консьерж забрал «Мерседес» Мигеля на валет-паркинг, и мы прошли в затемнённый зал с открытым камином.

После обмена взаимными благодарностями за проведённые вместе полгода разговор плавно перешёл на тему, предсказанную Львом.

– Алекс, послушай… Ты проделал отличную работу. Я говорил с Дэн Роем… Как смотришь на то, чтобы остаться у нас? – Мигель озвучил предложение по-дружески уверенно.

– Спасибо, Мигель! – откликнулся я. – Меня предупреждали, что дело может так повернуться. Приятно, что моя работа пригодилась.

– Ну да, конечно! Смотри, что у меня есть для тебя.

Следуя своей привычке визуализировать, Мигель достал ручку и набросал пункты прямо на салфетке.

– Зарплата первый год по твоему грейду и позиции бизнес-аналитика – 5,5 тыс. франков, или 4,5 тыс. USD – немного больше, чем ты получал на стажировке. Это первое. Дальше: корпоративное авто BMW 320.

«Тоже BMW, – отметил я, – пусть и попроще, чем мне вице-президент выдавал».

– Первые два года компания арендует тебе квартиру, – Мигель взглянул на меня значительно, – не пентхаус, конечно, но всё прилично, в пределах Цуга. – Он улыбнулся и добавил. – Горы, озёра и гольф тоже в пакете. Думаю, ты уже представляешь, как здесь жизнь устроена.

Мигель знал, что его аргументы будут основательными, и, подозреваю, не сомневался в положительном ответе.

Однако на моей стороне всё было не так просто.

Обещание Льву служило первой линией обороны от наваленных на меня плюшек. Если бы не поддержка моего московского руководителя, меня вообще в этой Швейцарии не было бы.

Другой вопрос, что в теории я мог бы созвониться со Львом, в конце концов, прилететь в Москву и уговорить его поменять своё условие. Но, по-честному, это уже не будет сохранением слова, даже если Лев и согласится.

И это было только полдела, та его часть, что лежала на поверхности.

В глубине мерцали вопросы посложнее.

Позиция бизнес-аналитика. Это то, что я делал здесь полгода и от чего меня уже подташнивает. Цифры – это здорово. Но нет ни автономии, ни права принимать решения, ни команды. Да и карьеру с этого уровня развивать не очень.

Первые два года – красота, квартира от компании. Затем аренда ляжет на меня, и она, я знаю, здесь высокая.

Ещё интереснее: что дальше? До швейцарского паспорта больше десяти лет – и то если когда-нибудь облагодетельствуют. Тянуть все эти годы роль винтика в обмен на красивые виды и горные курорты? Собственноручно запереть себя в золотой клетке? Та ли это сделка, на которую я готов пойти?

И главное: чего я на самом деле хочу – с учётом того, что увидел, пережил, понял за пять лет карьеры после университета?

Последний вопрос был самым трудным.

Мигель отрезал и отправил в рот кусок только поданного сочного стриплойна.

– У-ум, как они здесь готовят! – причмокивая, произнёс он. – Не иначе, аргентинскую трёхмесячную выдержку освоили! Всё бы отдал за такое блюдо!

Мой заказ – стейк из тунца со спаржей, не раз спасавший моё пескетарианство в подобных заведениях. Стейк был горячим, пряным, живым – здесь действительно знали, как готовить на открытом огне!

Я разложил на коленях салфетку, взял в руки вилку, фигурный нож с острыми зазубринами. Оглянулся на окружавших нас людей – красивых, богатых, искренне довольных и ужином, и сложившейся жизнью…

Возвращаюсь к мыслям.

Чего же я хочу? Тезис Дэн Роя о глобальных альтернативах бил в беспокойную точку в моей душе.

По мере продвижения от регионального представительства РВК в московский офис, от московской команды RBT – в швейцарскую, – я всё отчётливее наблюдал, как официально размениваю своё время, потенциал и амбиции на чётко обрисованный корпоративный пакет: зарплату, машину, пусть даже квартиру на пару лет, как сейчас предлагают.

В обмен же компании хотели от меня исключительно того, что было необходимо им в рамках моей роли, и это было открытой и понятной всем сделкой.

Дэн Рой был прав, и взгляд его хорошо бился с моими ощущениями.

Вся эта роскошь, деревенские дома за миллионы франков, плюшевые коровы с именными бирками, премиальные немецкие машины, частные банки и страны Европы на расстоянии вытянутой руки – картинка, к которой я имею отношение исключительно как наёмный сотрудник Royal British Tobacco, приглашённый временно присоединиться к этому празднику жизни.

Если выдернуть из затылка кабель, отключиться от корпоративной матрицы, в следующую же секунду я окажусь в Москве – голодным, разбитым, страдающим от ломки в поисках очередного подключения. Без него – финансовые проблемы, нестабильность и всё из этого вытекающее.

Буду ли я зависим от этого всю свою жизнь? Такова ли моя настоящая судьба? Как получить шанс выстроить бизнес на миллиард, если заранее и бесповоротно принять эти правила?

Я занёс руку с ножом над аппетитным стейком, надрезал прожаренный, хрустящий край, присмотрелся к розовым волокнам, соку, стекающему на горячий фарфор, впитал дымный травяной аромат.

В голове разворачивалось то, что выше и сильнее меня – так, что становилось страшно от самих таких мыслей.

Алкоголь и табачный бизнес, которым я посвятил почти пять лет, – достаточный повод задуматься. Но главное в другом. Все последние годы я жил исключительно для себя. Меня не интересовало ничего, кроме роста своего благосостояния, карьеры и доступа к развлечениям и удовольствиям. Все эти мои «успешные» годы!

Скоро мне двадцать семь. Время летит со скоростью света. Сколько там осталось на твою деятельную любовь,