Из Петербурга в Карелию - Дмитрий Григорьев

составляют здесь совершенно исключительные явления. Об убийствах рассказывают только предания. Но самая выдающаяся черта их – отсутствие пьянства, этой разлагающей язвы славянской расы. Во всей Корелии существует только один кабак, в Паннозере. Сверх того, корелы трудолюбивы и мягки. У них неизвестно семейное самодурство; деспотизм мужа и отца, благодаря исторически слагавшимся условиям их быта, представляется неслыханным явлением…»[58]

Вскоре у полка появилась эмблема, которую предложил сам Вудс, – трилистник на кокарде, а затем и оранжевое знамя с зеленым трилистником, которое впоследствии на некоторое время даже стало знаменем Северо-Карельского государства. Карелам пришлась по душе символика, ведь трилистник в христианстве – символ Троицы, также он символизировал веру, надежду и милосердие. Полк успешно выполнил задачу – вытеснил врагов вплоть до границы бывшего Финского княжества. Но потом, в 1919 году, когда союзники покинули Карелию, он был расформирован – большинство солдат и офицеров не захотели служить в Белой армии.

21 июля 1919 года в Ухте было создано Временное правительство Беломорской Карелии, и у республики появился новый флаг, на котором был изображен окантованный красным черный скандинавский крест на зеленом фоне (этот же флаг использовался, когда финские и немецкие войска заняли Карелию в 1941–1944 годах). Решение о присоединении к Финляндии оказалось непопулярным, большинство было за независимое государство. Тем более что советская власть формально поддерживала «право наций на самоопределение».

Маленькая республика оказалась между множества огней. Ее хотело заполучить правительство Финляндии, оказывающее ей финансовую (совсем небескорыстную) помощь. В свою очередь, белое Северное правительство считало Карелию своей исконной территорией, а у Америки и Англии здесь были свои экономические интересы. В октябре 1919 года войска Северного правительства двинулись на Ухту. Карельское ополчение смогло остановить их и разбить (что касается подразделений Красной армии, находившихся в Ухте, то они предпочли бездействие). В марте 1920 года в Ухте состоялся съезд представителей волостей, разработавший программу развития независимой Карелии. Более подробно о ней и о событиях, происходивших в то время в Северной Карелии, можно узнать в книге Павла Леонтьева[59].

Как утверждает автор, на съезде была принята весьма конструктивная хозяйственная программа, которая впоследствии, в советское время, после изгнания Ухтинского правительства, стала осуществляться на местах и способствовала быстрому развитию региона: именно здесь была построена первая сельская ГЭС, создана первая в Карелии сельскохозяйственная коммуна, первый леспромхоз, в Ухте в 1922 году был открыт народный театр, выходил литературный альманах, работала авиапочта. Ухта обогнала в темпах и уровне развития Петрозаводск на несколько лет.

Северо-Карельское государство признала Финляндия, но это его не спасло. В конце июня 1920 года, в связи с тем, что Красная армия практически бескровно заняла территорию, которую считала своей, Ухтинское правительство эмигрировало в Финляндию. В июне 1920 года постановлением Всероссийского центрального исполнительного комитета была образована Карельская Трудовая Коммуна в составе РСФСР, которая летом 1925-го стала Автономной Карельской Социалистической Советской Республикой (АКССР), в марте 1940-го – Карело-Финской ССР, не входящей в состав РСФСР, в июле 1956-го – Карельской АССР (снова в составе РСФСР), а с 21 апреля 1992 года – Республикой Карелия в составе Российской Федерации.

Однако Ухтинская Республика в декабре 1921 еще раз ненадолго появилась на карте Карелии, на этот раз в рамках второй Советско-финской войны (или Карельского восстания) и при поддержке финской армии. Об этом я уже писал в главе 7, когда рассказывал про Тойве Антикяйнена. Ни о какой независимости уже речи не было – республика была ориентирована на Финляндию. К началу января 1922 года Красная армия разбила группировку финнов и карельских партизан, а в следующем месяце вошла в Ухту. В деле Ухтинской Республики была поставлена жирная точка.

Надо сказать, что сразу после подавления восстания ЦК РКП(б) решил финнизировать Карельскую Трудовую Коммуну. Финский язык стал государственным, а в 1925 году, уже в АКССР, появилось собственное национальное военное формирование – Карельский егерский батальон. Руководители республики, «Красные финны», считали ее первой ступенью для дальнейшего продвижения революции в Финляндию. Но в середине тридцатых их репрессировали. С финнизацией было покончено.

Глава 11. О парке Панаярви и о том, что можно увидеть в Кеми

В ста километрах от Калевалы на север по дороге А-137 расположен поселок Пяозерский. В поселке находится визит-центр национального парка Панаярви. Если вы хотите его посетить, вам надо забронировать свой визит на сайте парка[60] задолго до путешествия и затем получить разрешение в визит-центре. После этого можно отправляться к разрешенным местам стоянки в сам парк – это еще шестьдесят километров на север. В парке есть автомобильные дороги с подъездами. К каждой природной достопримечательности ведут специально оборудованные тропы с указателями.

Этот парк площадью 103,3 тыс. гектаров был основан в 1992 году. Здесь находится самая высокая гора Карелии Нуорунен (576,7 м), водопады Киваккакоски и Мянтюкоски, река Оланга, по которой весной идет на нерест кумжа, скала Рускеакаллио и само озеро Панаярви, которое называют жемчужиной парка. Перечисление объектов, как и их описание, бессмысленно – чтобы почувствовать всю первозданную красоту этого края, надо здесь оказаться.

Далее маршрут ведет в Кемь. Можно выехать на трассу Р-21 на 1009-м км от Петербурга по живописной и даже асфальтовой А-131 через Лоухи. Дорога проходит через поселки Софтпорог и Кестеньга. Оба поселка имеют долгую историю: в реке Софьянге возле Софтпорога находили, например, украшения XII–XIII веков. Жители самого поселка организовали «музей оживших вещей», насчитывающий несколько тысяч экспонатов. В нем есть предметы быта, собранные у местных жителей, от старинной прялки XIX века до странного универсального прибора, совмещающего светильник, обогреватель и радио. Такими награждали лучших связистов в середине прошлого века.

Поселок Кестеньга известен с XV века. В 1628 году поселение упоминается в указе царя Михаила Федоровича – в XVII веке на берегу Топозера действовал монастырь. Но саамы здесь жили задолго до появления монастыря.

Не поэтому ли в народных преданиях, которые слышал Василий Немирович-Данченко, здешние старообрядческие миссионеры вели себя, как заправские колдуны: «Ежегодно от Топозера во все стороны расходились миссионеры-раскольники, весьма успешно совершая свою деятельность в затерянных на необозримом просторе поселках. О некоторых этих проповедниках и до сих пор хранятся самые чудовищные предания. Так, например, одного из выселка в выселок возили на себе карельские девушки в украшенной серебром упряжке; другой будто бы вошел в Ухту по воздуху, предшествуемый громовою тучей; третий предсказал свою смерть и, чтоб не прослыть ложным пророком, в назначенный день и час сжег себя со своею любовницей, беглою солдаткой, в бане; четвертый совершил чудо оригинальнейшего свойства: в один и тот