История русских земель до появления княжеств. От каменного века до славян - Пётр Николаевич Полевой

На рис. 13 изображен один из самых больших каменных топоров, найденных г. Поляковым в Олонецкой губернии. По поводу его он замечает, что, будучи сделан из кварцита, он, «может быть, по своей значительной твердости, не был подвергаем стачиванью и приготовлен вполне по способу околачиванья», между тем как «все остальные топоры являются в форме клина, сточенного с двух сторон», причем продольные ребра их выдаются весьма резко.

Величину этого топора Г. Поляков определяет в 247 миллиметров (длина) и 83 миллиметра (ширина). В его атласе изображение этого топора уменьшено ровно вдвое. Наш снимок против того изображения уменьшен в 2¼ раза.

Рисунок 14.

Заимствован из атласа, приложенного к вышеупомянутой статье Полякова. Там он находится на таблице VII под № 3, и у нас передан буквально, в ту же величину.

По поводу этого рисунка г. Поляков говорит о найденных им горшках следующее: «Горшки встречались нам только в виде обломков, по которым невозможно определить формы их в целом… Большинство обломков принадлежит к окраинным или боковым частям сосудов», видно, что горшки с внешней стороны украшались разнообразными узорами, состоящими из ряда бороздок, с правильными на их глубине четырехугольными вдавлениями; бороздки располагались наклонными и параллельными друг другу рядами, или зигзагами, или сходились под углом друг к другу… или, наконец, разделялись ямочками (как на нашем рисунке 14). Ямки эти в большей части случаев очень глубоки, почти проходят сквозь всю стенку горшка, вследствие чего по внутренней стороне получаются даже ряды выпуклых бугорков (см. ст. Полякова, с. 367–368).

Рисунок 15.

Из атласа, приложенного к «Трудам Третьего археологического съезда» в Киеве, в 1874 г. (Труды и атлас вышли в свет в 1878 в Киеве). Таблица VII, рис. 35.

В объяснительной статье г. Каминского: «Следы древнейшей эпохи каменного века по р. Суле и ее притокам» об этих рисунках сказано между прочим следующее:

«(При раскопке в с. Гонцы, имении г. Кириякова) одна сторона ямы, западная, особенно привлекла мое внимание: по ней проходил едва заметный слой, незначительно выше уровня костей (мамонта)… В этом слое найдены, кроме слишком мелких, 47 неудавшихся и испорченных каменных орудий и осколки орудий, а также костяное шило и костяное острие» (см. Труды, ч. I, с. 148). Хотя г. Каминский и относит, в числе прочих, орудие, изображенное на рис. 35 (нашем 15), к «плоским, бесформенным осколкам», однако же нельзя не обратить внимания на то, что это описание его не совсем точно, так как этот осколок не может быть назван ни плоским, ни бесформенным. На нем сохранились следы обработки рукою человека, который при помощи околачивания старался придать ему известную форму, даже пробил для какой-то неизвестной цели отверстие в камне, но камень не пригодился ему, и он его отбросил в общую кучу остатков. Совершенно справедливо замечает г. Каминский, что все перечисленные им 47 орудий принадлежат «к древнейшему типу каменных орудий, эпохи мамонта, и имеют поразительное сходство с орудиями этого типа, находимыми в Западной Европе в тех же условиях».

Рисунок 16.

См. там же, таблица VII, рис. 52. В объяснительном тексте г. Каминского (Труды I, с. 151) находим такое объяснение этому рисунку:

«Конечная часть кремневого (груботесаного) ножа, отличающаяся сглаженными ребрами н блеском. Орудие это найдено (в Полтавской губ.) возле с. Рудки, Дубенского уезда, в хуторе Чеберяках, на лев. стороне р. Оржицы, в торфе, в саженях 50 от болота, на глубине ¼ аршина, недалеко от Старой Криницы, возле которой протекает ручеек, называемый Руток».

Рисунки 17, 18, 19.

См. там же, таблица XV, рис. 1, 2 и 7. Относительно этих рисунков находим в протоколах третьего съезда (с. LXXX–LXXIV) следующие подробности.

Раскопки предприняты были 11 авг. в 14 верстах к западу от Киева, у с. Гатное; в 1¼ версты от этого села по направлению к хутору Теремцы, на площади, слегка наклонной к р. Вете, протекающей через с. Гатное, на урочище Курган, находилась группа 6 могил. Две из них лежали в лесу, 4 – на поле.

В одном из этих-то курганов открыт был сосуд из красноватой глины, сплошь покрытый орнаментом из прямых линий и точек и сохранившийся вполне (наш рис. 17). Там же, в стороне от группы других находок, несколько глубже него, каменный молоток из кварцита (наш рис. 38). Судя по тому, что в том же кургане найдены были и бронзовые, и железные вещи, как молоток этот, так и глиняный сосуд принадлежали довольно поздней эпохе.

В другом кургане рядом с вышеупомянутым найден был около цельных несожженных скелетов мужчин и женщин другой молоток (изображенный на нашем рис. 19) также из кварцита. Хотя в том же кургане найдены были и другие каменные орудия, присутствие между ними железного наконечника копья заставляет также относить молоток и эти орудия к позднейшему периоду, когда знакомство с металлами стало мало-помалу выводить камень из употребления.

Рисунок 20.

См. там же, таблица VII, рис. 53. В статье г. Каминского (Труды, I, с. 151) находим следующие любопытные подробности о находке этого молотка, который, заметим кстати, также принадлежит к числу груботесаных орудий древнейшего периода.

«На довольно большой могиле (Полтавской губ., Лохвицкого уезда), в хуторе Богодаровке, начали строить ветряную мельницу, а когда приступлено было к рытью ям для фундамента, то в одной из ям, приблизительно на глубине 2 аршин, нашли череп, но больше никаких частей, ни признаков гроба. Рядом, в другой яме, аршина на 3 в глубину, нашли каменный молот (наш рис. 20)… К сожалению, дальнейшие раскопки той же могилы не производились более за ненадобностью».

Рисунки 21–22.

Заимствованы из атласа, приложенного к статье г. Полякова «Следы каменного века на юго-востоке Олонецкой губ.» (табл. III, рис. 1 и 2).

Касательно этих двух топоров (уменьшенных у нас в 6 раз против натуральной величины) г. Поляков замечает, что они принадлежат к наиболее обыкновенным находкам каменного века в Олонецкой губернии. «Большая часть этих орудий сходна со скандинавскими; сходство простирается даже до мелочей во внешней отделке», и в особенности проявляется на топоре, изображенном у нас на рис. 22. «Разница в том, что большинство скандинавских топоров состоит из твердых пород, преимущественно кварцевых и из кремня, тогда как олонецкие, главным образом из глинистого сланца» (там же, с. 360).

Рисунки 23–25.

Изображения взяты из атласа, приложенного к статье г. Полякова, а именно с его таблицы V, рис. 7, 8, 9.

Г. Поляков принимает фиг. 23 и 25 за рыболовные грузила, употреблявшиеся для погружения лесы в воду, а кружок с отверстием посередине (рис. 24) относит к украшениям, замечая, что подобной формы кружки из янтаря часто встречаются при раскопках в Прибалтийском крае, Финляндии и Скандинавии. Те кружки служили, несомненно, украшением; но по отношению к этому кружку, сделанному из мелкозернистого кварцита, могут быть высказаны некоторые сомнения, так как