Дорога к Алтаю - Алексей Крайнов

Тишину комнаты не нарушали ни радио, ни музыка. Слышались только стук моей ложки и гудение печи.

Наталья Алексеевна вернулась с охапкой дров, свалила их на металлический лист на полу у дверцы топки. Забрала у меня пустую пиалу, перенесла посуду на хозяйственный стол. На плите с синим газовым баллоном разогрела чайник, достала из стенного шкафчика две чашки, пакетики, разлила кипяток.

– Ну что, Алексей… Надеюсь, устроишься у нас в деревне, обживёшься. Поможем чем богаты. Что дальше думаешь?

– Да особых планов нет, Наталья Алексеевна. Бытовые вопросы настрою – надеюсь, и с вашей помощью! После – основное с работой связываю. Учебники по английскому привёз. Вот думаю, какие классы взять… Может, и младшеклассников подключу.

Эти вопросы, безусловно, волновали меня, но не меньше я хотел донести до этого поразительного человека и одновременно моего нового начальника, что главное в моём приезде – преподавание. Всё остальное я приму, каким бы оно ни оказалось. Если люди тут живут (пусть для меня пока непонятно и, скорее всего, непросто), значит, и я выживу. Все из одного теста слеплены.

– Ты знаешь, раз приехал, зови меня по настоящему имени – Наталья Айбысовна, – вдруг произнесла хозяйка. – Отца моего Айбысом звали. Тоже алтаец. В школе лучше официально – Алексеевна. Для документов и работы алтайские имена к русскому языку адаптируем.

Ого, какое открытие! Я всё удивлялся: слышу речь с особенным говором, выглядит женщина как настоящая алтайка, а имя русское. Теперь всё встаёт на свои места!

– Спасибо за доверие, Наталья Айбысовна. Красиво звучит!

За чаем я рассмотрел хозяйку дома.

Приятное лицо с выдающимися скулами, смеющиеся глаза с мелкими морщинками по краям, учительские кудри, подкрашенные до каштанового оттенка. Хозяйка ходила по дому в тёплом халате и шали, так и не снятой с мороза. На вид ей было ближе к сорока, но энергия и жизнь в ней били как у молодой девушки.

Сидя на этой кухне, в бесконечной благодарности Вселенной и этому человеку за тепло, ночёвку, да и саму работу, я медленно осознавал, насколько невероятным является этот момент. Если бы не эта женщина, все мои мечты и идеалистические стремления оказались бы оторванной от реальности фантазией. Мало ли их посещает нас в течение жизни? Многие ли из них доходят до воплощения?

Надеюсь, я, чужой для неё человек, оправдаю такое доверие.

Мы допили чай, доели пачку печенья.

– Ну хорошо. Я приготовила тебе комнату, одеяло толстое, замёрзнуть не должен. Пойдём-ка, покажу, как туалет найти. Все удобства на улице. Знаком с таким?

Мы снова прошли через прихожую в тамбур. Хозяйка приоткрыла дверь на улицу и указала на дальний угол огороженной территории.

– Вон, по тропинке дальше и налево. Сарайчик с дверью посередине. Там все дела – разберёшься.

Закрыв дверь, она запахнула утеплённую жилетку и добавила:

– Думаю всё-таки угля на ночь добросить – с такой температурой дров до утра не хватит. Минус тридцать два ночью обещают в Горно-Алтайске – значит, у нас ещё холоднее будет.

«Как вообще директор школы успевает поддерживать жизнь в этом семейном доме? – недоумевал я. – За последний час человек присел со мной только чай попить – всё остальное время на ногах… Ладно, понемногу разберёмся, что к чему».

* * *

Проснулся я в светлой спаленке, на пружинистой кровати с панцирной сеткой. Перед моими глазами, в ногах – окно, совершенно чистое, не запотевшее и не замёрзшее. Яркое солнце бьет сквозь стёкла, доставая до одеяла.

За окном лёгким изгибом уходит вверх заснеженное поле, за ним поднимаются холмы в щетине редких сосен, за холмами белеют горы. Над всем этим великолепием синеет небо!

На минуту я замер в постели, созерцая картину.

Через приоткрытую дверь донёсся шум – не из кухни, а откуда-то из глубины, из другой комнаты. Девичьи голоса!

Быстро натягиваю джинсы, толстовку, заправляю кровать. Рюкзак – рядом, тележку с книжками с вечера оставил в прихожей. Всё ок.

Смотрю на часы на столе – девять тридцать. Неплохо выспался – пора и на свет выбираться!

Снова девичий хохот, затем стук в дверь.

– Господин учитель, завтракать с нами будете?

В коридоре едва не сталкиваюсь с девушкой лет двадцати. Её не обойти: загородила вход на кухню. Стоит и улыбается!

Чёрные короткие волосы, весёлые раскосые глаза – подарок мамы, крепко сбитая спортивная фигура. Вылитая Покахонтас!

– Я Инна, привет! Мама нам про тебя уже рассказала, – произнесла она глубоким мелодичным голосом.

– И вам good morning! – Губы мои сами расползлись в улыбке. – Алексей.

В этот момент в глубине коридора я заметил вторую девушку. С такими же чёрными прямыми волосами, она выглядела чуть старше и вела себя поспокойнее – смотрела на меня с любопытством, но без смеха или хотя бы улыбки.

Девушка приподняла руку в приветствии, меланхолично помахала и скрылась за дверью, ведущей в другую комнату.

– Это Яна, моя сестра, – заполнила неловкую паузу Инна. – Если поможешь с водой, так и быть, накормим тебя оладьями!

– Замечательно! – отвечаю. – Воды принести не прочь, от оладий тоже не откажусь. Показывайте, как тут всё устроено!

Вдвоём с Инной мы выбрались на улицу, остановились на крыльце.

От яркого солнца снег на участке перед домом и дальше, в полях, искрился, бил по глазам, заставлял зажмуриваться.

Напротив дома, метрах в ста, через белое пространство, пересекаемое речкой со знакомым мостиком, возвышалась крутая каменная гора, присыпанная снегом. Та самая, что служила мне вчера ориентиром. По обе стороны от неё каскадом расходились другие хребты – плавнее и ниже главного собрата.

Вдоль подножья бежала дорога, уходя вправо (оттуда я вчера притопал) и влево (там она забиралась дальше и выше, скрываясь за шумной речкой и сопровождающими её голыми деревьями и кустарниками).

«С утра покомфортнее, – отметил я, потирая щёки. – Минус двадцать пять, наверное, да и солнце! Точно не такой дубак, что был вечером!»

Справа от калитки на пятачке утоптанного снега колол дрова молодой парень в спортивной шапке и телогрейке. Наколотое парень укладывал в поленницу, прикрытую навесом. Вокруг него прыгала крупная овчарка – та, что вчера меня, незнакомца, встречала гулким лаем.

– Женька! Вот Алексей, о котором мама рассказывала! – прокричала Инна.

Поприветствовав парня, я постарался разглядеть и его. Лет шестнадцати, такой же улыбчивый и энергичный, как Наталья Айбысовна и Инна. Кровь не обманешь! Интересно, получается, Яна, старшая сестра, – в отца?

– Так, Алексей, – распорядилась Инна, – берём по два ведра. Четырёх на утро хватит. Носил воду