Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

давало спокойно выпить пиво и докурить сигарету. Чертыхнувшись, Сергей замахнулся, чтобы выбросить окурок, но потом передумал и потушил подошвой о днище лодки. Негоже, ещё и находясь во власти реки, относиться к ней столь пренебрежительно.

Ориентиром на этот раз стали совсем уже далекие огни оставшегося позади поселка и еще более дальние огни другого поселения, маячившие ещё дальше впереди.

Холодное пиво и восседание на дне лодки внутреннего тепла не прибавили. Да и мороз стал поджимать не на шутку. Лодка двигалась, время от времени ударяясь об лед. Еле видимые в темноте льдины, а иногда внушительных размеров, приходилось обходить по кромке.

Сколько продолжалась эта борьба с течением и шугой, Сергей уже не представлял. Все время двигаясь внутри лодки от борта к борту, он был озабочен только тем, чтобы грести и при этом не выронить доску из рук. Спустя какое-то время Сергей почувствовал ослабление течения реки и меньшее количество шуги. Это указывало на приближение берега. Хотя какого берега – неизвестно. Но пусть будет даже остров. Надежней всё-таки, чем в полной темноте в лодке барахтаться посреди замерзающей реки.

Вскоре лодка уперлась в стоячий лед. Течение, хотя и было слабое, но потихоньку тащило лодку вдоль кромки. Обрадовавшись этому, Сергей решил пробиться на лодке сквозь лед, насколько это возможно, затем попробовать по льду добраться до берега. Промоин не было, поэтому пришлось разбивать ещё неокрепший лед. Продвинувшись совсем немного, лодка застряла, а доска грозилась сломаться при последующих ударах.

Мороз окреп и пронизывал тело даже сквозь куртку. Пар от дыхания стал гуще, а исходящий от воды небольшой ранее туман стал окутывать всё окружающее пространство. Так бывает всегда во время ледостава, когда приходит холодный воздух, а река ещё не замерзла и от неё исходит тепло.

Сергей попробовал ступить на лед. Лед прогнулся под тяжестью его веса, но не треснул. На то место, куда ступил Сергей, нахлынула вода из промоины со стороны лодки, отчего он сразу решил вернуться и подождать. При таком морозе лед должен схватиться быстро и скоро он сможет по ней добраться до берега.

Вновь расположившись на дне лодки на своей доске, Сергей, уже успокоившись, понимая, что теперь надо только ждать, что он неплохо умел делать, вытащил третью бутылку пива и закурил сигарету. Откупорив бутылку, как всегда, но уже более прочувственно, чем ранее, прося у духа реки помощи, отлил немного угощения за борт. При этом целился именно в воду, а не на лед. Если он в молодости к таким ритуалам старших относился с некоторой долей скептицизма, то со временем, особенно после многих случаев, сопряженных с опасностью, уверовал, что это очень даже нужные, порой обязательные, действия. Уважение к местности, уважение к духам, уважение к традициям предков и их обычаям, наверное, таким образом и прививались всегда.

Видимо, этот лед образовался уже до весны, значит, немного позже можно и лодку спасти. Как тут все окрепнет, надо будет приехать и выдолбить её. Сергей уже представлял себе, как это сделать – как отдолбить корпус и кого с техникой попросить, но народ не зря ведь придумал поговорку, который в переводе с якутского звучит «не вари суп излишне рано».

Время тянулось долго, ждать в неопределенности было тяжело, а вечера и ночи осенью темные и длинные. Представлялось, что проблемы этой переправы вроде как уже разрешились, и на ум стали приходить уже посторонние мысли. Отмахнувшись от них, Сергей попробовал ещё раз ступить на лед. Лодка примерзла ко льду и стояла неподвижно, а лед уже не прогибался. Не спеша, вначале положив впереди себя доску, на которую можно было опираться, лег пластом. Если лед на таком расстоянии от берега держит, то ближе к берегу должна быть ещё крепче. Думая так, Сергей смело пополз по направлению от носа лодки, так как берег должен находиться в той стороне. Сквозь темень и туман ничего не проглядывалось. Время от времени останавливаясь, Сергей оглядывался назад и прислушивался к звукам. Лодка пропала из виду сразу, а звуки шуршащего льда были слышны хорошо. Стараясь не подниматься и не опираться локтями и коленями на лед и, вспоминая армейские учения, медленно ползком продвигался вперед. Ухватившись двумя руками за доску, вначале проталкивал её вперед, затем, опираясь на неё, подтягивал тело. Получалось неплохо. По подсчетам, он продвинулся метров на пятьдесят, а берега всё не было. Но ведь посреди реки не мог образоваться неподвижный лед, поэтому сомнений быть не должно. Разве что направление, может, немного другое взял. Хотя он же перпендикулярно течению пополз. Поэтому ошибки быть не должно. Надо ползти вперед и вперед. Таким образом отгоняя вновь возникшие сомнения, Сергей продолжал двигаться.

В очередной раз подтянувшись, Сергей почувствовал под телом мягкость льда, который под его весом стал продавливаться, отчего, резко отталкиваясь назад, забылся и коленями уперся об лед и сразу почувствовал, что лед под ним ломается.

Страх и паника, ожог холодной водой, отсутствие опоры под ногами, бестолковое барахтанье посреди ледяного крошева – всё это вдруг и резко навалилось на Сергея. Стараясь как-то удержаться на плаву, стал хвататься за кромку льда, но она ломалась и крошилась. Но не зря Сергей с детства купался в ледяных водах этой реки. Умение держаться на воде взяло верх. Немного успокоившись и сориентировавшись, стал пытаться выбраться назад по направлению движения, где толщина льда его ранее удерживала. Кулаком ломая лед, добрался до места, где он стал толще и мог его удержать. Руками прошарил поверхность льда, чтобы за что-то зацепиться. Хотя лед был шероховат, но ни выемки, ни нароста, за которые можно было держаться и подтянуться, не обнаружил. Продвигаясь вдоль кромки льда, под пальцами левой руки почувствовал небольшое углубление, в которую можно было просунуть два пальца. Попытался его расширить, но замерзшие пальцы отзывались резкой болью. Собираясь продолжать поиски дальше, хотел переставить правую руку, но оказалось, что мокрая шерстяная перчатка примерзла ко льду. Попробовал оторвать, но она примерзла накрепко. Обрадовавшись этому, вновь сунул пальцы в выемку и, превозмогая боль, обеими руками стал подтягиваться. Потихоньку – мало-помалу стал выбираться наверх. Промокшая одежда тянула вниз и цеплялась за кромку, а примерзшая перчатка растянулась, но удерживала. Достаточно подтянувшись, стал искать левой рукой другую выемку. Оказалось, что имеется ледяной нарост, за который можно зацепиться руками. Вытащив правую руку из перчатки и перехватившись левой рукой, стал подтягиваться дальше. Когда достаточно подтянулся и поднял ноги над водой, лед по краю стал прогибаться. Тогда Сергей, насколько это было возможно,