Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

Почувствовался небольшой ветерок, и в тумане стали появляться разрывы, значит, скоро рассвет. Ощущение холода усилилось. Исходящая откуда-то из утробы лихорадка сотрясала всё тело. Сил и возможности остановить это не было. Чтобы хоть как-то согреться, надо было двигаться. С трудом повернувшись, оперся рукой на борт лодки, но ничего не почувствовал. Только услышал, будто чем-то деревянным стукнули по лодке. Чтобы удостовериться, что услышал именно это, Сергей потихоньку левой рукой в перчатке постучал по борту лодки, но опять был слышен только деревянный стук, а по руке отдавались удары. Но пальцы ничего не чувствовали. Испугавшись, что мерзлые пальцы могут обломаться, как показывают в фильмах, Сергей перестал стучать и, прижимая руки к телу, попытался встать на ноги. Но теперь почувствовал, что ступни ног тоже не ощущали ничего. Перекатываясь по лодке и опираясь телом на борт, с трудом смог приподняться и оглянуться по сторонам.

Оказывается, лодка проплывала совсем даже недалеко от левого берега. Потянуло запахом костра, и тут Сергей увидел, что на берегу горит костер и возле неё сидят двое. Один из сидящих размахивал рукой и что-то говорил, при этом что-то ещё и кушал, а на берегу стояла лодка с мотором.

– Э-э-эй, я ту-у-у-ут! Помогите!!! Э-э-э-эй!

Мужчина замер с распростертыми руками и стал прислушиваться, посмотрел по сторонам.

– Э-э-э-эй, я ту-у-ут, тут!!! – обрадовался Сергей и тоже стал размахивать заледенелыми руками, насколько это позволяла мерзлая одежда.

Второй мужчина что-то сказал, после чего первый вновь повернулся к костру и продолжил что-то говорить.

Лодка уже стала отдаляться от костра, тогда Сергей, опрокинувшись на спину внутри лодки, стал пинать ногами по борту, издавая громкие, но глухие звуки удара, и продолжил кричать.

Первый мужчина вновь остановился и встал на ноги. Вытягивая шею и вслушиваясь, начал вертеть головой, затем стал вглядываться в темень реки. Но что можно увидеть при свете костра в черноте ночи, к тому же, если лодка выкрашена в белый цвет? Сколько ни смотри, ничего не увидишь. Второй опять что-то стал говорить и протянул кружку. Махнув рукой и ставя точку во всем этом, первый взял кружку и уселся. Всего этого Сергей, конечно же, не видел, лежа на дне лодки. Прокричав до хрипоты, перестал стучать ногами и, цепляясь телом и локтями за борт, приподнялся. Костер уже был далеко позади, а двое мужчин так и остались сидеть на своих местах.

Как ни сдерживай себя и будь даже дьявольски терпелив, но, когда твой шанс на спасение медленно проплывает около тебя и ты ничего не можешь поделать, обида и слезы накрывают тебя без твоего согласия. Так жалко становится себя и всю свою прожитую, кажущуюся никчемной жизнь, что рыдаешь в голос и просишь всех богов и духов только об одном – о помощи. Но в конце концов успокоение приходит. Не сразу, но приходит. И тогда первыми тебе вспоминаются твои самые близкие – жена, дети, мама.

Утерев рукавом заледенелой куртки последние слезы, Сергей вновь уселся на дно лодки. Безучастный ко всему, стараясь унять дрожь, он думал о жене и детях. Сколько времени так просидел, неизвестно. Окружающая реальность вернула Сергея к действительности. Онемевшее от холода тело с трудом шевелилось. Руки и ноги совсем не ощущались, и даже губы с трудом двигались.

Предрассветные сумерки пришли вместе с усилившимся ветром, который стал сдувать туман, отчего казалось, что ветер сдувает и темень.

Впереди послышался неясный гул, будто работал большой и мощный двигатель. Вновь заставляя себя двигаться, Сергей стал приподниматься. За бортом ничего видно не было. Всё те же льды и совсем уже загустевшая свинцового цвета вода. Но никакого корабля не было. Звук был слышен впереди по курсу лодки. Чтобы не упустить возможный катер или корабль, Сергей не стал садиться и, тратя последние силы, стоя на коленях, вглядывался в редеющий туман.

Вскоре из общего гула стали выделяться отдельные звуки, и это были звуки не двигателя корабля. Это был грохот ломающегося льда и звуки бурления воды. Сергея с лодкой прямиком несло на остров. Точнее, на острие острова, ударяясь об который, течение разбивалось надвое и нагромождало льды друг на друга. Становилось очевидно, что лодку несет прямо в жерло водоворота.

Ещё одна опасность, с которой справиться самому невозможно и перед которой ты себя чувствуешь мельчайшей молекулой вселенной, неспособной противостоять ужасам и страхам, неуклонно надвигалась с грохотом и ревом взбешенной воды и вставших на дыбы льдин. Огромные льдины, попадая в этот водоворот, множество раз переворачивались и крошились в мелкие осколки, а уцелевшие нагромождались в несколько этажей друг на друга. Нависшие по краю острова льдины высились вверх уже на десяток метров.

Оцепенение и страх сковали Сергея, а глаза завороженно смотрели на всю эту бешеную круговерть. Ему представлялось, как лодка войдет в струю, вон на той волне её подкинет, затем перевернет, а его самого понесет подо льдами, чтобы спрятать навсегда в глубине, или раздавит другим настигшим льдом. Он себе всё это ясно представил и, чтобы хоть как-то себя обезопасить, чтобы хоть на долю секунды оттянуть этот страшный момент и хотя бы еще разок вдохнуть воздух и прожить этот последний миг жизни, упал лицом вниз на дно лодки.

Лежа внизу ощущал каждый толчок и каждое вздрагивание корпуса лодки. Вот удар небольшой, ещё удар, уже сильнее. Лодку скособочило, куда-то потащило в сторону. Вот-вот перевернет или накроет льдом. И вдруг – грохотание стало удаляться в правую сторону. Не понимая, что происходит, Сергей, как мог быстро приподнялся и увидел, что его лодку зацепил большой лед, отталкиваемый сильным течением, исходящим от водоворота, и потащил в сторону от опасного места. Не веря тому, что остался жив, и тому, что ещё одна смертельная опасность осталась позади, Сергей, хватая широко открытым ртом воздух, продолжал смотреть на бурлящий поток ледяной воды. Судьба ещё раз сжалилась над ним и дала шанс на спасение.

Когда опасность и уже сам остров остались позади, Сергей, немного успокоившись, вспомнил про холод и мороз, про своё всё ещё незавидное положение. Боль и дрожь вернулись, предстоящее вновь навалилось своей неизвестностью и страхами. Каким-то образом помочь себе он никак не мог. Мог только кричать. Да и то голос уже совсем ослаб. Ведь его даже ночью не услышали, а сейчас вероятность ещё меньше.

Сергей вновь свалился на