На краю - Александр Капков

Антон не имел понятия: жив ли Сироцкий? Напавшие на них бандиты могли добить его, если увидели, что тот еще подает признаки жизни. В то, что их добросердечия хватило бы доставить Женю в больницу для оказания помощи, Антон сильно сомневался. Понимая, что только мучается, без толку думая о Сироцком, он заставил себя переключиться на самих нападавших. Кто они? По виду походили на местных уроженцев. А вот кто их послал - вопрос для него немаловажный. И он догадывался, кто это мог быть. Среди бандитов Антон заметил человека, которого уже видел раньше. Сейчас он вспомнил, где произошла их встреча. Во время поездки с Мерседес к Бергу. Этот здоровый детина стоял тогда возле трактора, рядом с немцем. Возможно, его, Антона, и привезли туда лишь затем, чтобы показать, кому следовало. Такая версия вполне вероятна. И это значило, что немецкая разведка заранее разрабатывала варианты своих действий. То есть напрашивался вывод. Немцы тоже хотели выйти на Столярова через него. Дальше все понятно. Когда Антон отказался от сотрудничества, господин Штерн решился на прямой захват. Конечно, Изломин мог пока лишь строить одни догадки. Будущее покажет. Насколько он прав.

На его часах было без четверти шесть, и Антон решил выбираться из леса. Поплутав около часа, он вышел к небольшому ручью, в котором смог напиться и умыться, а заодно привести свою одежду в более-менее приличный вид. Брюки и пиджак сильно помялись, кое-где появились зеленые пятна от травы. Но в целом выглядел Антон вполне прилично, если не присматриваться к нему попристальней. Спрятав пистолет сзади за ремень, он выбрал направление на всходившее солнце и пошел между деревьев, пока не выбрался на грунтовую дорогу. Она пересекала его путь почти перпендикулярно. И Антону предстояло решить: в какую сторону идти. На север или юг? Он выбрал север. Изломин прошел по дороге еще три часа, не встретив ни людей, ни зверей. Последних он не опасался. Слишком близко подходил лес к обитаемым местам. Вряд ли фермеры или плантаторы позволили бы резвиться здесь хищникам, а уж тем более травоядным. Двигаясь вперед, он все время прислушивался к птичьему крику и лесному шуму, надеясь обнаружить иные звуки. Рокот работающего мотора его, к примеру, очень бы обрадовал. На худой же конец, хорошо бы также услышать щелканье бичом гаучо29[29], пасущего коровье стадо. Антон уже изрядно устал и стал подумывать, что дорога заброшена, а вокруг одна дикая природа. И тут появилась первая развилка. Он остановился и присел на обочине. Стоило немного передохнуть и заодно определиться с направлением. Отходящая от дороги тропа была намного уже, но более сильно утоптана. Солнце висело высоко в небе, а парить начинало все сильнее. Антон уже привык к местной погоде и знал, что очень скоро могут налететь тучи. А потом прольется настоящий тропический ливень. В январе-феврале в Уругвае дожди шли уже не каждый день и не подолгу: час или два, зато с большой силой. Здесь легких дождичков не увидишь, одни сплошные ливни. Пора было продолжать движение. Антон поднялся и пошел дальше по дороге. Должна же она хотя бы куда-нибудь его вывести? Сработало у него чутье или просто везение? Но Антон через два часа вышел из леса и увидел совсем невдалеке белый домик с такой же оградой. До него было не больше километра. Антон приободрился и зашагал быстрее. Тем временем солнце спряталось за тучи и резко потемнело. Антон видел, что не успевает дойти к дому до дождя. Он побежал. Тщетно. Ливень налетел вместе с ветром. Антон вымок в одно мгновение. Грунт под ногами превратился в месиво из грязи. Порывы ветра пытались сбить его с ног. Антону пришлось сойти с дороги в траву. Идти стало немного легче, а вот туфли из оленьей кожи вконец намокли. Он добрался до ограды как раз к тому времени, когда дождь впервые дал слабину. Ворота тут, похоже, не закрывались и не могли служить преградой, настолько казались ветхими. Вымощенный неровным булыжником двор кое-где зарос травой. Дом был приземистым, с толстыми стенами и маленькими окнами, полуприкрытыми деревянными ставнями. Антон уже привык к тому, что двери в домах у уругвайцев играли важную роль для защиты. Хлипких среди них не водилось. Эта ничем не отличалась от остальных своих собратьев. Тяжелая и массивная. То ли из дуба, то ли из другого подобного дерева. Рядом на гвозде висела веревка с маленьким молотком. Он взял его и постучал. Струи дождя продолжали лить, но уже гораздо спокойнее, без излишней экспрессии. Дверь ему открыла женщина. Она с недоумением воззрилась на его полностью промокшую фигуру.

– Буэнос диас! – произнес Антон.

Не давая себе труда ответить, хозяйка взяла его за плечо и втащила в дом. Не прошло и десяти минут, как он, укрытый одеялом, сшитым из лоскутов, и полотенцем на голове, сидел возле камина с кружкой матэ30[30], а его одежда лежала на полу мокрым тюком. Хозяин, пожилой смуглый мужчина с морщинистым улыбчивым лицом, украшенным обязательными черными с проседью усами, сидя напротив, развлекал его разговором, в котором Антон понимал с пятого на десятое. И все же он кивал, соглашаясь со всем сказанным из чувства благодарности. Хозяйка, такая же открытая и улыбчивая, как и ее муж, подняла с пола его одежду и сказала, что приведет ее в порядок. Антон поблагодарил ее, но та лишь отмахнулась: какие, мол, пустяки? Вскоре она принесла ему старые, но чистые рубаху и штаны из хлопчатобумажной ткани, а также кожаные сандалии. Он поволновался в начале, думая, как воспримут его кольт. Однако и с этим все обошлось. Женщина небрежно положила его на край стола. И пистолет перестал ее интересовать. Присмотревшись, Антон увидел так много развешенного по стенам оружия, что ему стало понятно спокойное отношение хозяев к вооруженному гостю.

Он провел в этом гостеприимном доме почти сутки. Был накормлен, напоен и уложен вечером отдыхать без всяких вопросов. Хозяина звали Энрике, а его жену – Тринидад. Во время ужина его напоили вином, вызвавшим у Антона сонливость.

В комнате, куда его отвели спать, кроме сундука в углу стояла одна кровать. Над ее изголовьем висело на стене распятие. Из-за толстых стен в комнате царила прохлада, приятно пахло сушеными травами, развешенными под потолком. Проспав всю ночь и пробудившись утром, Антон посмотрел на часы. Убедился,