Дорога к Алтаю - Алексей Крайнов

Черге магазин хозяйственный есть, можно съездить на попутке. По мелочам что-то обязательно потребуется. И заходи к нам иногда, да и я к тебе заглядывать буду. Поможем с обустройством!

* * *

Вернувшись в дом, я сел на раскладушку, спиной поближе к тёплой печке, и присмотрелся к своему жилищу.

Жёлтая лампочка, свисающая с потолка на проводе. Тёмные стены с промёрзшими углами и окнами, печь вдоль стены через всю комнату, облезлый стул у входа.

Ни ложки, как говорится, ни поварёшки. Обзаводиться домашним скарбом точно придётся. Первым делом нужно раздобыть умывальник – его в комнате тоже нет. Да и откуда ему взяться в бывшем классе?

«Это место поразительно напоминает фантазию об избушке вдалеке от мира, с которой и началась вся эта история! – думал я. – Как близко к тексту реализуются желания! Только если грезили мы о таком с Андреем вдвоём, то добрался сюда я один. Десять с лишним лет от мечты до воплощения!»

В сгущавшихся сумерках раздался стук в дверь. Открываю. На пороге – молодая алтайская женщина в шубе и шапке, с большой хозяйственной сумкой в руках.

– Вы Алексей? Я Нелли, учитель русского языка. Наталья Алексеевна про вас рассказала.

– Да, очень приятно, проходите. – Я показал на одинокий стул у стены.

Женщина расстегнула шубу, присела. Аскетичному убранству жилища не удивилась.

– Мы с учителями, как узнали, что вы приезжаете, собрали немного гостинцев, – она раскрыла сумку и достала большой свёрток – аккуратно сложенные слои цветной ткани. – Вот постельное бельё, одеяло. Овощи, – она показала на сумку. – Картофель, свежая морковь, лук. Надеюсь, есть в чём готовить?

Вот это меня сейчас удивили! Как неожиданна и приятна такая забота!

– Спасибо большое! Бельё, одеяло – прямо в самый раз. Раскладушка у меня есть, как раз задумывался, как её для сна обустроить. И за овощи спасибо – я в Чергу завтра поеду, кастрюлю там куплю, что-то из посуды. Короче, всё пригодится!

– Ну и отлично! Хорошо, увидимся в школе тогда. Девятого января первый учебный день.

– Договорились, ещё раз спасибо – от сердца.

Нелли ушла, оставив мне учительские подарки на подъём, а я вспомнил старые истории о деревенском быте, где народ всем миром ставил дома и поддерживал друг друга в общине. Не скажу, что я прямо верил в такие легенды, но пример Карташёвых, Гариных, а следом и Нелли, представляющей своих (моих!) коллег, убеждал, что добрые мифы имеют силу и сегодня.

Бельём я сразу же заправил раскладушку, подвинув её вплотную к остывающей печке. Сверху положил грубое, толстое и оттого показавшееся мне таким великолепным одеяло. Вместо подушки свернул кофту и заправил её в футболку.

Вроде жить можно!

* * *

Поздним вечером под острыми звёздами морозного неба я наколол дров. Забросил в потухшую топку пачку поленьев, добавил щепок, бумаги, зажигалкой разжег огонь. Можно наслаждаться возвращающимся в комнату теплом!

Отставив в сторону неразобранный рюкзак, я достал из книжной тележки недочитанный первый том Толстого и погрузился в истории о красивых мужчинах и женщинах, Наполеоне и Александре, таких нарядных и румяных, однако наверняка не понаслышке знавших, что такое деревня, на которой держалось тогда всё Российское государство – да и не оно одно!

…Ранним утром, практически ночью, когда дрова прогорели, печка Улубея выпустила всё своё тепло, и от проникающего в меня холода не спасало даже толстое одеяло, я услышал, как кто-то шерудит в печи за дверью, бросает в топку поленья.

Вскоре я почувствовал возвращение в тело жизни. Со словами благодарности, адресованными незнакомому пока человеку, я снова заснул.

* * *

Утром нагрянула Инча! Как приятно, что меня не оставляют в покое! Расспрошу её подробнее на тему хозяйства.

Пройдясь по комнате, Инна добралась до дальнего, скрытого от обычного взгляда торца печки.

– Так, Алексей, а почему у тебя заслонка открыта?

– А что с ней нужно делать? Закрыть? Делись инструкцией!

– Ну смотри, всё просто: когда забрасываешь дрова, заслонка должна быть вытащена – идёт тяга, дым через трубу выходит. Дрова прогорели, так, что угольки еле видно, – заслонку нужно закрывать, чтобы тепло из печки не выдувало. Иначе за несколько часов всё выстудит.

«Блин! Возможно, поэтому у меня печь так быстро остывала! – спохватился я. – А я на её старость всё списывал!»

– Понял, Инча. Сейчас проверю… Думаю, там всё прогорело, последний раз рано утром дрова забрасывали.

В топке не тлело ни уголёчка! Впустую, насквозь пролетающий холодный воздух пора было перекрывать.

– И смотри, – добавила Инча, – если заслонку закрыть, когда дрова ещё горят, можно угореть. Это не шутки, народ, бывает, до смерти задыхается, если ночью так учудит.

Ого, заслонка смерти! Шаг влево, шаг вправо – расстрел! Хорошо, что у меня всё открыто было (наверное, и не случайно). Угореть по неопытности в первую же ночь было бы совсем неинтересно!

Так я научился не только разжигать печь, колоть и подкладывать дрова, но и, можно сказать, управлять тепловым контуром домохозяйства! Похоже, я пропустил какую-то важную пару на теплофаке на эту тему или просто недооценивал древние технологии, которые, оказывается, до сих пор очень даже в деле!

– К слову, ты плиту тут уже нашёл? – Инча продолжала просвещать меня на тему сакральной печи, производящей какие-то бесконечные смыслы.

– Нет, честно говоря, не видел.

– Вот, смотри… – Она показала на прямоугольную выемку в печной стене высотой и глубиной в полметра. На дне выемки виднелись две затёртых чугунных конфорки размером с дно кастрюльки. – Здесь можно еду готовить, вот везуха тебе! Всё встроено, даже пропан ставить не нужно.

Скоро я вполне оценю свою везучесть, научившись кипятить на этих плитках воду для чая и пельменей. Пусть это будет занимать около часа, но сама такая возможность окажется, несомненно, полезной!

– Ну что, едем в Чергу, в магазин? – предложила Инна. – Мама попросила помочь тебе с первой поездкой.

– Ты как будто мои мысли читаешь – засыпал с мечтой об умывальнике!

– Отлично, тогда одевайся потеплее, идём на трассу – будем ловить попутку!

* * *

В то утро мне продолжало несказанно везти! Только мы вышли на дорогу, как Инна издали разглядела знакомого, жителя верхней части деревни – тот направлялся в Горно-Алтайск на своём уазике. Черга располагалась по пути, минутах в десяти езды.

Мы уселись на заднее сиденье, я протянул водителю две десятки, но он отказался:

– Тут ехать недалеко, денег не нужно.

От этого же водителя я услышал красивую легенду: все машины, в которых есть хотя бы одно свободное место, обязательно останавливаются, чтобы подкинуть тебя настолько, насколько им