От крестьянок до цариц. Женщины в истории России - Лиз Грюэль-Апер

Доказательством тому является то, что, хотя царицу нельзя было увидеть, она сама имела право наблюдать. Сокрытая от посторонних глаз, она присутствовала на всех главных церемониях и торжествах. Через решетчатые ставни, установленные для этой цели в специальном помещении на возвышении, примыкающему к залу для приемов. Она не была обязана, как царь, посещать все религиозные праздники. Зато она часто бывала в церквях, посвященных святым покровительницам родов.

По большим праздникам (Рождество, Пасха) и важным датам царица принимала гостей. Приглашались близкие родственницы и знатные дамы, каждая из которых должна была сидеть в соответствии со своим рангом. Наряд царицы отнюдь не был монашеским: он отличался пышными одеждами, кикой и расшитым платком, его кажущаяся строгость компенсировалась богатством тканей, обилием драгоценностей и украшений, а также дорогими мехами. Царицы носили очень высокие каблуки и наносили обильный макияж (на их лицах было по дюйму румян, возможно, с ритуальной целью, чтобы спрятаться от чужих глаз).

Роскошь была в порядке вещей и поддерживалась с восточным размахом. В 1589 году архиепископ Арсений описал роскошный наряд и корону царицы Ирины Годуновой (сестры Бориса Годунова и жены царя Федора), используя лишь превосходные степени. И наряд, и корона были сплошь усыпаны драгоценными камнями:

«Малейшей части этого великолепия хватило бы, чтобы украсить десять государей. Дамы из свиты были одеты в белое с головы до ног, без всяких украшений, и стояли, скрестив руки на груди и потупив взоры».

Убранство терема было чрезмерным. Двери, казалось, были сделаны из чистого золота. Своды стен были украшены изображениями деревьев, виноградных лоз и птиц. В центре центрального свода лев держал в пасти свернувшуюся змею, служившую опорой для подсвечников. Стены были покрыты изображениями святых, а над троном царицы висела икона Богоматери, усыпанная драгоценными камнями. На полу лежали персидские ковры, расшитые шелком и золотом. Наш очевидец присутствовал на приеме у патриарха Иеремии, которого боярин Годунов попросил помолиться о здоровье царя и царицы и о том, чтобы у них родился ребенок. Царица подарила патриарху золотую чашу, украшенную агатами и 6000 жемчужин[562].

Все утро царица проводила за различными занятиями, в основном шитьем и вышиванием, а также подготовкой одежды для царской семьи. Спальня царицы напоминала огромную швейную мастерскую, где повсюду лежали образцы вышивки. В мастерской царица готовила декоративные ткани, украшенные вышивкой, в том числе для церквей. Все эти работы хранились в сундуках. Царица была безраздельной хозяйкой терема, а также всех пристроек. Царица и царевны вели домашнее хозяйство, выдавали замуж своих подданных (холопов), царица фактически играла роль кастелянши в феодальном замке.

Но терем следует понимать и в более широком смысле, поскольку все его обитательницы, включая царицу, в теплое время года выезжали в летние резиденции. Также они совершали довольно длительные паломничества. Все эти путешествия требовали наличия развитой инфраструктуры: многочисленных экипажей, самых разнообразных слуг и охраны. Царица и великие княжны ездили в экипажах с занавешенными окнами[563].

Несмотря на неприятие религией развлечений, традиционные игры и забавы постепенно проникают в терем (качели, горки для катания, катание на санях и т. д.). Приглашались женщины-музыканты, распорядительницы игр и сказительницы. Под влиянием иностранцев в обиход вошли шахматы, шашки и игральные карты. В теремах стали устраивать пиры и в меру хмелеть. В соответствии с поветриями эпохи гостей смешили женщины-шуты, негритянки, слепые и карлицы. У юных царевен и царевичей стали появляться кормилицы и гувернантки. И все они были женского пола. Из мужчин при тереме жили в основном привратник, дьякон, писец при царице, стольники, слуги, чашники и стражники.

Уединенный образ жизни цариц и великих княгинь предполагал и наличие роскоши, и развлечения, и путешествия, а также обязанности хозяйки дома или кастелянши некоторой территории, пусть и ограниченной. Только присутствие посторонних мужчин было запрещено, вернее, строго регламентировано.

Ограничение на мужское общество было связано с тем, что царица должна была родить будущего наследника престола и поэтому должна была как можно меньше видеться с другими мужчинами, кроме мужа. И все же определенный круг лиц мужского пола, не считавшихся чужими, допускался в терем, наряду с членами семьи царицы (отец, братья, дядья и т. д.). Те могли сыграть определенную роль в зачатии будущих наследников. Что, по слухам, могло произойти с двумя величайшими царями – Иваном IV и Петром I. Мы знаем, что у Елены Глинской, второй жены Василия III и матери Ивана IV, был фаворит – князь Оболенский, спальник[564], и оба они погибли[565].

Что касается Петра I, то его отец Алексей (у которого от первой жены было 11 детей, из них пять мальчиков, но все они были болезненными и умерли в раннем возрасте) после кончины супруги женился снова, и у него неожиданно родился сын исполинского роста (рост Петра был под два метра)[566]. Хотя в истории не зафиксировано имя человека, который мог стать отцом ребенка, злые языки не молчали. Однако следует отметить, что после благословления московского патриарха ни о каких слухах уже не могло быть и речи. Мы видим, что тайная жизнь царицы могла быть по-своему богатой и насыщенной, несмотря на тягостное молчание, в котором она проходила вплоть до XVIII века.

Анастасия Романовна

Первая супруга Ивана IV была идеальной царицей[567]. По религиозным соображениям в рассматриваемый нами период царские и княжеские браки могли заключаться только между православными женихом и невестой. А значит, царь не мог взять в жены иностранку и должен был жениться на одной из русских подданных из знатной семьи ниже его по рангу. Это не могло не сказаться на отношениях между царем и царицей. Поэтому, когда в декабре 1546 года Иван IV решил жениться, по всему княжеству были разосланы депеши с приказом всем семьям высшего сословия прислать юных дочерей на выданье: «Все, у кого есть дочь на выданье, должны прислать ее в царские покои, ослушавшиеся будут отправлены в ссылку…».

Царским посланникам было приказано разделить молодых девушек по нескольким критериям: красота, цвет лица, необходимое телосложение, подходящий рост. Их отобрали около 1000: были организованы смотрины, и Иван IV выбрал одну из них, по взаимной любви с первого взгляда, Анастасию Романовну (из дворянской семьи москвичей). Такой способ выбора невесты не был уникальным для Ивана IV: его отец Василий и дед Иван III выбирали невест так же.

После смерти отца Романа Анастасию воспитывали в деревне мать и дядя. Современники хвалили Анастасию за ее так называемые женские качества (целомудрие, кроткий нрав, набожность, мягкосердечие в сочетании с развитой интуицией). Невольно сменив тихую уединенную жизнь на вихрь кремлевских интриг, Анастасия придерживалась скромного образа жизни. Эти качества были тем более