Тара Дункан и Творцы заклинаний - Софи Одуин-Мамикониан

с вызовом посмотрела на Чима. Мастер не мог просто так отослать её в гостевые покои: ведь рядом было много придворных заклинателей, и никто из них не понял бы, в чём провинилась девушка.

К счастью, суровые взгляды Калиба, Робина и старого волшебника сделали своё дело: Ангелика благоразумно присмирела.

Подруги Ангелики были тут как тут и принялись утешать её, сочувствуя потере фамильяра. Лишь Кэрол старалась держаться подальше после событий в тронном зале.

Мастер Чим сообщил, что надо поторопиться и ученики вышли из дворца.

– Ох, дворец же построен прямо в центре города! – воскликнула Тара, когда вместе со всеми очутилась среди аккуратных садовых лужаек.

Девочка обнаружила, что ажурная ограда, возведённая вокруг резиденции правителей, не скрывает широких городских дорог.

– Верно, – кивнул Робин. – Здание защищено от шума заклинаниями. Увидишь, что будет, когда мы выйдем за пределы дворца.

Напротив крыльца уже парили несколько ковров-самолётов с удобными сидениями и ремнями безопасности!

Рулевые ковров опустили их на землю, и пассажиры «взошли на борт».

Один за другим ковры взлетали и уносились вдаль.

– Свитчи мум трав унгеран? – спросил Калиб.

– Что, прости? – растерялась Тара.

– Интерпретус! Унглар глинукли! Баклар виндус сабул а чахинкли! – затараторила Пеночка.

– А валюкс… какие старомодные ковры, – вновь понятно заговорил Калиб.

– Теперь ясно, – удивлённо сказала Тара. – Но сперва я ничего не смогла разобрать.

– Это нормально, – объяснила Пеночка. – Заклинание, которое позволяет общаться на разных языках, бесперебойно работает только во дворце, поэтому я сейчас наложила его заново.

Тара хотела что-то ответить, но вдруг заозиралась: повсюду раздавался невероятно громкий шум. Ковры летели по городу, и звуковая волна накрыла путешественников.

Транспорт передвигался по восьми уровням. Друг над другом во всех направлениях мельтешили ковры, заклинатели, кресла, стулья, подушки и кровати (для самых ленивых). Движение регулировали ифриты. Они были похожи на слуг во дворце, только меньше, а ещё меняли цвет.

Внезапно ковёр, на котором сидела Тара, резко разогнался, а ифрит зажёгся красным. Оказалось, что здесь обозначения отличаются от земных: едут на красный, жёлтому соответствует золотистый, а стоят на синий. Транспорт двинулся, когда джинн поменял оттенок. Тара заметила, что среди кресел, кроватей, бочек и даже ванн снуют пегасы.

Если какие-нибудь нарушители летели на синий свет, далеко они умчаться не успевали. Прямо перед ними возникал ифрит в красно-золотом одеянии и выписывал штраф. Завалы – так в Тингапуре называли аварии – были ничуть не опасны: специальные заклинания не позволяли никому пострадать. К тому же не так-то просто найти и помять решётку радиатора на ковре-самолёте!

Пока друзья летели по городу, начался ливень. Тара, ожидая, что вот-вот промокнет. Она инстинктивно втянула голову в плечи, но под облаками появились огромные прозрачные чаши, в которых собиралась дождевая вода. Когда одни наполнялись, на смену им появлялись другие, а заполненные улетали и выливали воду в реку.

Не обращая внимания на ветер и грозу, люди кричали, продавали и покупали (а порой и воровали, отчего начинался настоящий переполох), торговались, плакали, жестикулировали, ругались, прыгали и смеялись. По улицам туда-сюда сновали ведёрки на ножках и собирали мусор. Заметив где-нибудь обёртку, они стремглав бросались к ней, иногда расталкивая друг друга крышками.

В магазинах с яркими витринами продавалось всё, что только можно вообразить. Особняки соревновались за место самого роскошного, поблёскивая черепичными крышами с затейливым рисунком – бабушка Тары наверняка бы недовольно вздохнула и отметила их претенциозность, но город выглядел по-настоящему красиво. Здесь царил настоящий пир для глаз и ушей.

Тара с открытым ртом разглядывала невероятно вычурный дворец, когда тот неожиданно замерцал и испарился. На его месте остался лишь полуразвалившийся старый домишко. Входная дверь распахнулась, на улицу выбежал какой-то человек и гневно швырнул себе под ноги шляпу.

Затем помахал руками, и дворец появился на прежнем месте.

Робин посмотрел на изумлённую Тару и улыбнулся девочке.

– Наверное, что-то пошло не так с заклинанием. А может, он снимает дворец, но не хочет платить, и хозяин блокирует заклинание. В Омуа что-нибудь часто оказывается не тем, чем выглядит на первый взгляд.

Нечто подобное Тара увидела снова. Роскошные особняки исчезали, являя взгляду скромные лачуги, а потом опять возникали во всём блеске. Но один раз получилось наоборот: скромный домик задрожал и превратился в дворец – но только на секунду.

Калиб засмеялся.

– Здесь, наверное, живёт заклинатель, который не платит налоги. Поэтому он накидывает на роскошный дворец личину жалкой хижины. Очень изобретательно!

Ливень прекратился столь же внезапно, как и начался. Выглянуло солнце. Прозрачные чаши пропали.

Вскоре юные заклинатели, немного оторопевшие из-за шумной суеты городского движения, оказались на центральном рынке.

Робин, который был невозмутим, дал ребятам пару советов.

– Омуанцы – самые деловые люди Иномирья, в торговле им нет равных. Тут продают и покупают всё на свете. Будьте осторожны. Вам станут предлагать массу товаров, и про каждый скажут, что на него установлена лучшая цена. Но умолчат, что лучшая цена – именно для владельца лавки.

Ковры-самолёты опустились на землю. Сопровождающие ребят верховные волшебники рассказали юным заклинателям, где будет условленное место встречи, если кто-нибудь потеряется.

Путешественники растворились в толпе.

Робин не шутил. Тингапурский рынок просто бурил. Тара узнала почти все народы Иномирья. Вот маленькие, коричневые и ловкие бесенята, а чуть поодаль горбатые, бородатые и хмурые гномы. А вон и белые единороги с раздвоенными копытами, золотыми рогами и выразительными глазами. Кое-где шныряли вампиры, их Тара разумно решила избегать. Иногда встречались миниатюрные общительные феи с разноцветными крылышками. Здесь были и химеры (как и в замке Травии, стоило подобному созданию появиться, все поспешно шарахались врассыпную), и кентавры – наполовину лошади, наполовину люди.

Не узнала Тара лишь похожее на кошку существо со змеиным хвостом, клешнями, как у лобстера, и головой чайки… и ещё одного представителя Иномирья – с крокодильей головой, обрамлённой львиной гривой, и с туловищем бегемота.

Как будто было мало диковинных цветов и форм, к ним добавлялись и причудливые запахи.

Тара, как и обещала, поделилась с Калибом, Пеночкой и Робином – хоть тот и сопротивлялся – деньгами, чтобы все могли одинаково развлекаться.

Первым их внимание привлёк продавец волшебных флейт.

– Купите прекрасные музыкальные инструменты из золота и серебра. Их звуки удовлетворят самый тонкий слух, даже если вы не умеете играть! – обещал мужчина.

Рядом завлекал покупателей продавец тканей:

– У меня лучший бархат и самые роскошные шелка на рынке! Только потрогайте муслин, органзу, шерсть актаруса, шёлк гигантского паука!

Звал к себе и продавец кожи:

– Посмотрите на алую, фиолетовую, чёрную кожу! Она не выцветает, не портится под дождём, не рвётся от слишком быстрой езды и не теряет